Каталы

Если вы однажды решите сесть за стол, поиграть с шулерами. То будьте готовы к тому, что игра в подкидного дурака внезапно перейдет в переводного. Как только вы освоитесь на новом поле, они достанут шашки, затем шахматы, потом нарды, ну и в конце вас могут обрадовать воланчиком от бадминтона. Я бы настойчиво не рекомендовал, садиться с ними играть. Мне однажды довелось, невольно принять участие в таком забеге, о чем и хочу вам рассказать.

Солнечным летом, девяносто пятого года, я в приподнятом настроении вышел на перрон челябинского ж/д вокзала. У меня закончился очередной летний отпуск, и я по предписанию, возвращался в родную часть своего училища, военных авиа штурманов. Настроение было, что надо. Предвкушалась встреча с однополчанами, к которым, на то время, я уже успел привыкнуть, и даже немного соскучился, за время отпуска. На плече висела спортивная сумка, с домашними плюшками для товарищеского стола, по поводу прибытия. Во внутреннем кармане джинсового пиджака предусмотрительно была заныкана мелочь, чисто для проезда к месту, и чуть-чуть сверху, чтобы купить «компот» к плюшкам. А больше денег у меня не было.

Пройдя сквозь брюхо вокзала, я направился к выходу, полностью слившись с толпой. Ехать мне предстояло на другой конец миллионника. Сначала, часа полтора на трамвае, потом пересадка, и еще полчаса на автобусе «гармошке». В общем, так себе перспектива. Но, делать нечего, и дело вполне себе привычное. Приближаясь к выходу, всё отчетливее стали слышны голоса местных зазывал в такси.

— Такси по городу! Недорого! Довезем почти даром! — скороговоркой кричали зазывалы.

— Парень. По городу. Совсем недорого. Поехали. — Услышал я приглашение, и в то же время некто потянул меня за рукав пиджака.

Обернувшись, я увидел обычного, посредственного паренька, скромно приглашающего меня в поездку. Предложение было заманчивым.

— Интересно конечно. Вот только ценник у вас обычно совсем негуманный. — Начал я свой торг.

— Да не, брат, договоримся. По-любому. Возьму не дороже, чем на этих на лоховозах возят. — Паренек не унимался, и настойчиво продолжал привлекать внимание. — Тебе куда надо-то?

— ЧМЗ, до шагольского поворота. — Обозначил я маршрут, названный так в честь военного аэродрома «Шагол».

— Вообще не вопрос, дружище, пойдем. — Паренек проявил уже настойчивость, приглашая меня следовать за ним.

— А пошли. — Согласился я, прикинув свои возможности. И улыбнувшись, блеснул ему своими двумя золотыми фиксами на верхней челюсти.

Здесь, я думаю, будет уместным рассказать, что из себя представляла жизнь для подростка девятнадцати лет, того времени. Выросшего в провинциальном поселке нефтяников, и на тот момент уверенно «прокурив» пару лет в городе миллионнике.

Драться мы начали очень рано, сначала в поселке. Будучи совсем юными, захватывали снежную гору, чтобы стать царем горы. Затем, поделили поселок на три района, и стали уже биться стенка на стенку, «Ну а чо они!» При этом возрастные разносы участников были вполне приличные. Также, поголовно увлекались дворовым хоккеем, как нормальные мужчины. По мере взросления, усиленно качались в подпольных самодельных качалках. Почему подпольных? Потому, что они реально были в подвалах, под полом, и реально самодельные. Три раза в неделю спарринги, включительно на секции по боксу, которую организовал наш местный «мастер спорта советского союза по боксу», дядя Петя. Ну не было у нас, ни танцев, ни балетов, ни интернетов, ни даже кружков шахматистов.

В общем, чем становились старше, тем чаще стало прилетать по лицу. Уже в других районах, окрестных селах, да и школу к тому времени уже сменил. Где, безусловно, в качестве прописки, мне радостной толпой разнесли харю. Потом уже, мы, толпой, с гигиканьем и улюлюканьем, разнесли кучу других харь. И такое круговое веселье продолжалось почему-то постоянно. Если коротко описать, то время. То пока за хлебушком в магазин сходишь — пару раз в нокауте поваляешься. Наверно поэтому, к своим пятнадцати годам, я уже уверенно носил золотые коронки во рту. Как по классике — это были девяностые. Мы развлекались, как могли.

Наши старшие товарищи, с четвертого курса, очень обрадовались, когда мы поступили и заселились на четвертый этаж их казармы. Дождавшись, когда мы пройдем курс молодого бойца, и примем присягу, опиздюлили сразу всю роту. Видимо, чтобы два раза, не подниматься.

Там мне еще скрошили четыре зуба. Если опять же коротко, то на первом году, такие спарринги голыми кулаками проходили регулярно. За место под солнцем надо было бороться. С чем я вполне справлялся, постоянно повышая свою квалификацию. Да и вообще, армии надо отдать должное, потому как там, волей не волей, а заставляют следить за своей физической формой. У меня же за плечами, уже было два года, вот такой бурной и активной зубодробительной жизни. Поэтому, посмотрел я на паренька, взвесил свои шансы, и уверенно подтолкнул его на выход.

— А, пошли!

На выходе меня ожидал сюрприз. Подойдя к машине, внезапно обнаружилось, что мы «не вот прямо сейчас поедем», а надо чуть-чуть подождать. Потому что, чтобы не ехать в «лоховозе», надо, чтобы салон шестерки жигулей был забит полностью. А это значит, что нужен еще один попутчик.

— Вот смотри. Вот есть ты. Вот есть еще два мужика. Ты покури пока, а я быстренько найду четвертого, и сразу же тронемся. — Начал убеждать меня обходительный водитель.

— Хм. Ну ладно. Я покурю пока. Но ты тоже не затягивай, с поисками пассажира. У меня, знаешь ли, время не резиновое. Лимитировано оно, очень. — Ответил я, закуривая сигарету, и оценивая вновь открывшиеся обстоятельства предстоящей поездки.

Шкала моих шансов резко пошатнулась. Потенциальный противник, внезапно прибавил в весе. Неожиданность состояла уже из дополнительных двух тел. Тело номер один — мужичек лет за пятьдесят, худощавый весьма, с дипломатом в руке. Одет он был в поношенный такой, но все же, костюмчик. Рядом с ним, переминался с ноги на ногу, некий мутный тип. Ничем не примечательный, также сухощав, среднего роста, с налетом желтизны на лице. Лет, я бы ему дал, чуть больше тридцати. На лицах обоих персонажей, да и по их повадкам, отчетливо виднелась «хозяйская печать». «Хозяйская» — от слова хозяин. То есть, данный элемент, прямо или косвенно, имеет отношение к уголовной среде. Ну что же. Так и буду называть их в дальнейшем. «Мужик с дипломатом», и просто «мутный тип». Три неизвестных в уравнении мне стали известны, я начал ждать четвертую величину.

Закурив, мы потянули непринужденную беседу с этими. Ну как вести? Они что-то мне рассказывали, я отвечал. Кто, куда, и зачем я еду. Последний пассажир, и, правда, нашелся очень быстро. Это был паренек, уже лет под тридцать, крепок телосложением, с дорожной сумкой и портфельчиком в руках. Прилично одет, и всем своим видом выражал полный успех по жизни. Его я назову «мажором». Так вот.

Вся честная компания была в сборе. И таксист объявил погрузку в свой пепелац. Открыл багажник, и предложил всем сложить свои вещи в него. Компания принялась складывать свои пожитки, я же вежливо отказался. Указав на свою вполне ручную кладь, и сообщил, что мне совсем не будет с ней тесно в салоне этого космолета. Мы же помним, какие лихие годы стояли тем летом. Поэтому, я просчитывал для себя все возможные варианты развития событий. Вплоть, до внепланового катапультирования с этого гостеприимного лайнера. Ибо, война войной, но домашние плюшки, братьям по оружию, я доставить был обязан.

Диспетчер судна объявил общий сбор, и он же, как стюард, предложил нам занять свои места, согласно купленных билетов. Но, так как билеты нам не выдали, то расселись мы сами, и место я занял на свое усмотрение. Да и ближе ко мне оно оказалось. У левой двери, на заднем сидении, поближе к «эвакуационному выходу». Сумочку свою бережно уложил себе на колени, чтобы всё было под рукой. Мажор уселся на переднее пассажирское кресло. Мужик с дипломатом посередине, на заднем диване, справа от меня. А мутный тип, стало быть, протиснулся на свободное место, у правой пассажирской, задней двери. Все расселись. И левый летчик, он же командир корабля, объявил взлёт. Пожелав нам всем доброго пути, и хорошего настроения. И мы поехали.

По моим расчетам, с учётом крейсерской скорости, времени суток, и пробок по городу, ехать в этой честной компании предстояло, не менее часа. Чтобы скоротать время, компания, как и положено, начала вести непринужденную беседу. Так как, я уже был вполне воспитан и научен, то в незнакомой компании, я занял позицию внимательного слушателя, нежели охочего рассказчика. Из происходящей беседы начало выясняться. Все эти люди, между собой, совсем-совсем не знакомы.

Мажор вот, по важным делам приехал в город. Для какой-то деловущей, и страшно секретной встречи.

Мужик с портфелем. Вернулся из командировки, где он, как специалист редкой квалификации, настраивал какое-то хитрое оборудование.

Мутный тип, просто приехал в город из провинции, в поисках лучшей для себя доли.

В общем, ничего необычного. Люди как люди. Ну что же, едем дальше.

По-быстрому перезнакомившись, между собой, компания сильно заскучала. Но, ненадолго. Внезапно оживился мажор с правого переднего кресла.

— О, мужики! А я вот люблю знакомиться в дороге с людьми, поближе. Вы знаете? Это так интересно! Порой столько можно узнать всего нового. Вот, например, как вы любите коротать свой досуг? — Произнес мажор, и обернулся в нашу сторону.

— Ну, всё как обычно. Мы, любим с мужиками по выходным в баньку ходить. Водочка, пивко там, и в картишки. Порой, так до утра и перекидываемся. — Ответил мужик с портфелем.

Мутный тип ответил, что-то невнятное. Я же кратко объяснил, что у курсантов военного училища нет свободного времени. Они круглосуточно защищают свою Родину. Ходят с оружием. Грызут страшно секретные граниты науки. И в любой момент готовы сложить за неё голову. Или же стереть с лица земли любую страну на карте, а то и вовсе превратить в радиоактивную пыль, любого супостата. В общем, это уже, кому и как повезет.

— Ого, картишки! А вы знаете, мы тоже любим такое занятие со своими друзьями. А во что вы любите играть? — Мажор никак не хотел униматься.

— Да много всяких игр. Но вот одна нравится нам особенно. Но зачем это все? Мне кажется не всем интересно про это. — Мужик с портфелем явно включил интеллигента.

— Очень, очень интересно! — Мажор продолжал давить свою линию

— Да, мне тоже хотелось бы узнать, что вы предпочитаете! — Подключился к разговору, мутный тип.

— А, давайте сделаем так. У меня совершенно случайно, с собой есть бутылочка коньяка. Хорошего коньяка! Я сейчас её презентую. И под неё, мы скоротаем время в пути. А вы нам расскажете про свою игру. — Мажор ловко извлек из портфеля красивую бутылку импортного напитка.

— Ну, знаете ли. Это же совсем другое дело! — Обрадовался мужик с портфелем, и положил его на колени. Тем самым организовав импровизированный столик.

— Вот только беда. У меня с собой совершенно нет карт. — Огорчился мужик.

— Ну что вы. Я когда в дороге, у меня с собой всегда есть новая колода карт. — Ответил мажор, и протянул запечатанную колоду.

— Вот же. Убедитесь сами. Колода совершенно новая! — Колода карт перекочевала к нам, на задний диван автомобиля.

Колода была действительно новая и запакованная. Мужик с портфелем, неловко её распечатал, и неуклюже начал тасовать карты. Тем временем, мажор услужливо начал наливать всем коньячок. Мутный тип с мужиком выпили по рюмочке. Я же отказался, сославшись на вечернюю поверку, и прочие занятости и обязательства. Было видно, как мой отказ, весьма и весьма огорчил этих добрых людей.

— Ну что же. Игра называется... Вот здесь прошу прощения, я не запомнил название игры.

Мужик с портфелем начал свою лекцию:

— Правила игры очень просты! Всем участникам, сдается по одной карте. Посмотрев карту, игрок принимает решение играть или нет. После чего, он делает фиксированную договорную ставку. Как только круг пройден, и игроки выразили своё намерение играть дальше, сдается еще по одной карте. На этом всё — больше сдачи нет! И вот здесь, игроки оценивают свои шансы, и поднимают ставки для вскрытия соседей. Вскрытие происходит, когда все участники уравнивают общие ставки. Всё просто. Выигрывает тот, у кого более сильная пара или комбинация карт. Если же пары или количество очков в комбинации оказываются одинаковыми, то начинается пересдача. И выбывшие участники, могут, снова присоединится к игре.

Далее, мужик рассказал нам, о выигрышных вариантах. Я не стану это всё описывать, потому, что даже и не помню уже этих деталей. Важно запомнить одно! Самая сильная пара в игре — это две шестерки.

Перебить её могут — только другие две шестерки! И то, это лишь уравняет расклад, и тем самым, назначается новая раздача. При этом же банке, естественно! То есть, мы уже понимаем, что новый банк станет в разы увеличивать банк предыдущий. Кому интересно, сами считайте, что это за прогрессия получается. Не забываем, что участники игры совсем не ограничены в своих потугах задрать банк. Я же стану рассказывать дальше.

Казино «Лохнемамонт» добродушно открыло свои двери, впустив всех желающих. Под всеобщее одобрение игра началась. Ставка была назначена — минимальная. Опять же, я не помню, сколько это было, по тем деньгам. В то время, деньги менялись с частотой смены листьев на деревьях. Компаньоны стали настойчиво и слёзно звать меня в игру. Дело в том, что внезапно, играть в неё надо, ну не меньше, чтобы было четырех человек. Иначе не совсем интересно всё. Прикинув по времени, сколько мне еще с ними ехать, я решил не накалять атмосферу. И согласился войти в игру, на минимальную ставочку. Я уже имел опыт в карточных играх, и потому четко понимал цену азарта. И особо не парился по поводу своей внутренней жабы.

Пошел первый круг раздачи. Участники посмотрели свои карты, я тоже посмотрел, свою. Что вы думаете, за карта мне досталась? Ну, всё верно — это была шестерка пик. После чего, все начали делать ставки первого круга. Я также подал свою минимальную ставку. Там сущая мелочь. Пошел второй круг раздачи. Получив свои вторые карты, игроки уже оживились. Мутный тип вышел из игры, сделав пас. Мажор с мужиком вступили в схватку за банк. И пошел, более ощутимый накал страстей, в плане повышения сумм по ставкам. Так, на дипломат мужика уже выпали бумажные купюры, манящие своим привлекательным цветным номиналом. Дошла очередь и до меня. Прикрыв руками, я посмотрел свою вторую карту. Поднял глаза на компанию, кинул заинтересованный взгляд на портфель с банком. В лобовое стекло я заметил, как появились очертания моей остановки. Изобразил мучительный вид по принятию моего решения....

Игроки, молча и внимательно, наблюдали за моей реакцией. Я потянулся рукой в карман брюк. В котором, денег было лишь на оговоренную сумму поездки. Как вы думаете? Какой была моя вторая карта? Ну, опять правильно вы всё думаете. Это была шестерка треф! Мы же помним про данную комбинацию и дальнейшие последствия. Самая сильная комбинация. На равных играет только со второй парой шестерок. При этом, не дает права на победу, но запускает следующий круг игры. Где снова банк разгоняется, до куда хватит сил. Расчет на «жабу» клиента. Элементарно же. Ведь ты уже потратил сколько-то своих денег.

— Пас! — Произнес я, и кинул карты рубашкой вверх, тем самым скрыв свои карты от всех.

— Как пас?! — Одновременно, и скорее невольно вырвалось у мажора с мужиком с портфелем.

— А вот так мужики! Заканчиваем ваше казино, я уже приехал.

— Будь другом, прижмись к вон той остановочке, где трамваи. — Это я уже обратился к водителю.

— И это, парни, я уже на своем районе, если что. А дома и стены помогают. Так что, вот вам за проезд. А мне пора выходить — И я кинул договорную с водителем сумму на портфель.

Кто жил, в то время в Челябинске, вполне знали, что этот остановочный пятачок, по большей части шагольскими и обжит. Ну, вот сами подумайте, кто здесь может обитать, если с него постоянно курсирует более тысячи курсантов. И это, не считая населения самого военного городка, и мест к нему прилегающих. Большинство, между собой, хоть шапочно, но знакомы.

Наш болид послушно свернул к остановке. Я вышел, и тут же приветливо махнул рукой компании крепко сложенных парней из соседней роты, одетых по гражданке. Получив ответное приветствие, я уже спокойно направился, через дорогу, в сторону своей «гармошки», которая, пыхтя и натужено, повезет меня в пенаты моей любимой роты.

Краем глаза, я заметил, как шестерка постояла немного, и, взвизгнув шинами, понесла добрых людей, лишь по им ведомым делам.

Вот такая история, имела место, быть.

Страшно ли мне было? Да фиг его знает. В том возрасте, и в то время, как-то всегда казалось, что впереди еще пару-тройку жизней есть в запасе. И всё непременно будет — хорошо!

А на дворе, шел девяносто пятый год, шагал я, и взвод курсантов по плацу, отбивая четкий строевой шаг.

Кто не смог дочитать до сюда, тому, «к одиннадцати, туз». Кто смог, тому «пару десяток, когда он банкует».

Спасибо. Я думаю, мы еще увидимся, мистер Белый.