На бе(ре)гу
В позе пророка простершись ниц,
Вытяну полотенце.
В этом песке вязли ободы колесниц
И играли младенцы.
Вскормлены серой шерстистой титькой,
Строились на века.
За горизонт убегает ниткой
Аппиева дорожка.
Увенчанный лаврами блеет араб,
Агнцем жертвуя снова.
Отдам ему кесарево, жизнь поправ,
В жарких недрах столовой.
Впившись зубами в перченый бочок,
Думаю о прекрасном.
Кем бы ты ни был, римский волчок,
Было все — не напрасно!