Страшные женщины Покса
Господа присяжные заседатели!
Является ли рассматриваемый нами сегодня автор нравственным человеком? Нет. Автор не является нравственным человеком.
Но помешает ли это нам объективно и беспристрастно оценить его творческий потенциал и глубину литературных заблуждений? Нет, не помешает.
Итак, приступим. Не корысти ради, а токмо волею пославшей мя алчности. Анализировать будем строго, но справедливо!
Мужские и женские персонажи в прозаических произведениях Олега Покса.
Рассказ «Весёлый юбилей».
Мужские персонажи:
«Оба высокие широкоплечие красавцы».
«Парни... задвигали булками домой».
«Герои стремительно погрузились в ласковые воды — нормализовать повышенное давление бильярдом в два шара. Передергивали затвор до последнего патрона». Примечание: столь возвышенным до непонятности слогом был описан рядовой, можно даже сказать — заурядный акт одновременной мужской мастурбации на глазах друг у друга. Одновременной, но не взаимной. Это важно! Этот нюанс мы, как объективные и беспристрастные исследователи творчества Олега Покса, просто обязаны подчеркнуть.
«Парни экипировались в замшелые тряпки старушечьего гардероба, подобрали парики в тон колгот (оказалось, если надеваешь кофточку с глубоким вырезом, то на бугор в районе трусов не обращают внимание). Но пришлось ребятам идти босыми: ступни здоровяков не втиснулись в кукольные туфельки». Обычный читатель такую деталь может и не заметит, но мы-то понимаем — это изящный омаж Квентину Тарантино с его пресловутым фут-фетишизмом из фильма «Криминальное чтиво».
Тут стоить пояснить — далее идёт описание мужского персонажа, которого несказанно преобразило переодевание в женскую одежду: «Гудрон засверкал брильянтом африканской фауны! Прекрасная блонда — негритоска с шикарным крупом. ...завалить чернягу хоть на койку, хоть под иконку так же интимно, как держать в руках сердце девы Марии».
«Парни... через час уже не отличались от обычных шалав».
«Никогда он больше не будет так желанен и неприступен, как в тот крымский вечер».
«Долговязый чернобровый яркий как павлин румын затянул песню о своем зайке, жестами предлагая мужчинам в зале обслуживание под столом».
Женские персонажи:
«...сжался, как очко девственницы на свидании с проктологом».
«...хозяйка с внешностью забухавшего Фернанделя».
«На перроне хозяйка вагона — чаровница Ильза, в пилотке из нацистских хроник».
«Обнаженная венера разместилась на полке в позе караульной овчарки».
Рассказ «Реинкарнация».
Мужские персонажи:
«...Жахнуть не страшно, а в два ствола вообще фантастика! Вообрази картину — "Жосткий ахтунг у ворот в рай". Мечты сбываются!
— А-а-а, дерьмо собачье! Это чучело с раздачи испортило ужин! Предлагаю жахнуть негодяя в педагогических целях, чтоб другим неповадно было!».
Женские персонажи:
«А у них были матери, сёстры, жены, любовницы, которые тоже понимали, что увядающие бутоны и проигравшие борьбу с гравитацией сиськи не делают их ликвидными на рынке нежных услуг. "Минетом сыт не будешь" — трезво рассуждали мадам, а мода на золотые зубы и не думала покидать подиумы страны».
Рассказ «Жаркое с луком».
Мужские персонажи:
«Отец и сын быстро нашли общий язык, и это был язык Вовки, который впоследствии стал Владиленой. Ну да, инцест, а вам жалко?!».
Женские персонажи:
«Помню лишь, как драл благоверную в ванной, на лоджии, на коврике в прихожей и подумывал, как бы её подвесить жопой кверху на люстру».
«Возле плиты стояло и базланило песню чудовище. Огненно-рыжие волосы торчали во все стороны, лицо, да нет уж — морда зверя была измазана чем-то белым, а по белому фону словно кляксы, красовались кровавые пятна. Чем-то напоминающие раздавленную клубнику. Я придвинулся к монстру вплотную и узнал... тёщу, Эсмеральду Нифонтовну».
Рассказ «Судьба человека 2.0»
Мужские персонажи:
«Фёдор Фокин — холеный, словно племенной бычок, высокий, слегка располневший красавец. Его низкий баритон с хрипотцой заставлял биться сердце до мокроты трусов. Впрочем, дамы красавца не интересовали».
«Два часа парень нетрадиционно вливался в политическую тусовку. Мужественно представлял себя на приеме у жестокого проктолога и тихонечко плакал».
«Вспотевший Федя, не переставая махать кулаками, перешёл к насильственным действиям сексуального характера — ставил раком воображаемых чертей, раздвигал волосатые ягодицы и засаживал под хвост свою огромную елду!».
Женские персонажи:
«Мужики в штабеля укладывались. Миловидное лицо, потрясающая грудь. А жопа! — Мечта поэта, — поддержал Карпов, вспоминая, с какого класса он начал мастурбировать на светлый образ Эльвиры».
«Эльвира, в строгом чёрном костюме с вырезом до ягодиц на спине».
«Однажды друзья привели с собой женщину. Робкую, с взлохмаченными седыми волосами и съеденными грибком ногтями. Видали вы когда-нибудь глаза, словно присыпанные пеплом, наполненные такой неизбывной смертной тоской, что в них трудно смотреть? Вот такие глаза были у неё».
Рассказ «Под стук колёс».
Мужские персонажи:
«Саня — худощавый, с вьющимися волосами до плеч, гордой осанкой и лицом, внушающим доверие, — сидел в наушниках, вставленных в кассетный плеер, и при этом беззвучно отстукивал на столике длинными тонкими пальцами какой-то ритм. Всем своим видом он напоминал композитора или музыканта, играющего мелодию на воображаемом рояле».
«А вот у второго были большие жилистые руки, лицо, скорее квадратное, чем круглое или продолговатое, высокий лоб. Голову его покрывали седые волосы. Голубовато-серые глаза поражали своим лукавым выражением. А самое главное, в нём чувствовалось неподдельное благородство».
«— Заснул, карась! — произнёс "музыкант" Саня и вслед за тем шепнул улыбаке:
— Иди ко мне, красивый, побалуемся!».
«Мне подобрали молодого парня, схожего по росту и габаритам с Клавой. Я надевал на него различные лифчики, наполненные ватой разного объема, а затем облачал в платья старомодных фасонов, которые носила Клавдия. До сих пор у меня разъезжаются щеки от улыбки, когда вспоминаю некоторые моменты этого шоу».
Женские персонажи:
«Была у него, значит, прекрасная семья — карлица жена...».
«В городе проживала Клавдия, женщина с внешностью самки людоеда».
«...удача, как и женщина, любит не просто смелых, а совсем ебанутых».
Рассказ «Клеймо потерпевшей. Продолжение».
Мужские персонажи:
«...сидела шумная компания крепких немолодых мужиков».
«В кабинет ввалился худощавый высокий парнишка в ботинках с загнутыми вверх носами, явно страдающий от слабоумия».
Приятная неожиданность — все мужики пока в норме. Слабоумие и ботинки с загнутыми вверх носами — это ещё не приговор.
Женские персонажи:
«В кабинет ураганом влетела женщина. Ей, судя по всему, было слегка за тридцать. Летнее платьице не скрывало красивых ног и подчеркивало миловидные черты лица, а жесткие каштановые волосы были растрепаны, даже взлохмачены и лишь слегка, явно наспех, приглажены».
«Красивые губы со скомкавшейся в уголках помадой презрительно скривились. И без того огромные синие глаза, измазанные разводами туши, распахнулись, казалось, еще шире. Дама со всей силы ударила редактора свернутым журналом по холеному лицу, и по ее щекам покатились слезы».
Ну наконец-то! Мы так давно этого ждали! Появился нормальный такой, приятный, подробно описанный красивый женский персонаж. Но радость продлилась недолго:
«Женщина ему говорит: — А то, блядь, швабра ты недоделанная, что сейчас я тебя лично уложу на стол, раздвину твои тощие булки и посмотрю, сколько у тебя было ба-ба-ба!».
«...дамские пальчики демонстративно подняли со стола анальную пробку и поднесли к мясистому носу редактора».
«— Ну, братцы, ваш черед, — Ирина заперла дверь на ключ и применила по прямому назначению конскую анальную пробку за нарушение журналистской этики».
После всего вышеизложенного, просто нестерпимо хочется процитировать Михаила Михайловича Жванецкого почти дословно: «Тут надо или в Консерватории что-то менять, или с Поксом что-то делать». Что делать с Поксом я не знаю. Но и отказываться от своих слов я тоже не буду.
22 ноября 2022 года, прочитав рассказ Олега Покса «Мишкина улыбка», я написал такой комментарий: «Покс достал из широких штанин и утёр нос всем этим креаклам от литературы. Они там из своих полен полудохлых буратин всё выстрогать пытаются. А Покс сделал весчь! Полированая, многогранная резная шкатулка с двойным дном, инкрустированая драгоценными камнями здраво циничного юмора и жизнеутверждающего дерзкого задора. Филигранная работа, маэстро! За концовочку — отдельная буря оваций».
На что скромный Покс ответил: «Дружище, не пишите так. Меня тут сожрут вместе с котами. Я знаю этих людей»
То есть — Покса всегда травят, ущемляют и зажимают. И в своём творчестве он вот так своеобразно протестует против тех, кто его зажимает. Олег Покс — зрелый, опытный и матёрый литератор. Он бесконечно и самозабвенно влюблён в своё творчество. Из приведённых выше примеров может создаться обманчивое впечатление, что своё творчество Олег Покс любит даже больше, чем женщин. Но это не так.
Всё в тот же судьбоносный день — 22 ноября 2022 года, Олег Покс в ответ на мой восторженный отзыв о рассказе «Реинкарнация», написал по-настоящему великие, исполненные мудростью и наполненные до краёв «критериями утопического субъективизма» слова:
«ну пишу хреново между нами говоря. Просто сердцем пишу иногда кому то заходит».
Поэтому, господа присяжные заседатели, предлагаю без лишних слов перейти сразу к банкету. А приз вручим потом. Если захочИм. Правда, Олежа?
— Какой я тебе, нахуй, «Олежа»? И какая, нахуй, правда? Это нихуя не правда! Это — #искренность!