Олигарх на час
В присные 90-е годы Сергей Петрович устроился работать в мафию. А куда, спрашивается, еще идти после увольнения из НИИ, который на ладан дышит? Случайно узнал из разговоров в курилке, что появились в Питере конкретные ребята с деньгами. А у Сергея Петровича за спиной — сорок лет с гаком, семья, два высших образования и опыт реальной производственной жизни. Правда, с моралью случился определенный диссонанс, однако бытие все же определило сознание. Внешне он выглядел бодро, отсутствием коммуникабельности не страдал и был в меру нагл, что вероятно и произвело впечатление на авторитетных людей — молодых и симпатичных сынов гор. Наглые и боевые нужны везде, особенно в нашем родном бизнесе, действуя подчас на грани закона или за его пределами.
Владение иностранным языком — существенный плюс, взяли его как временную единицу в элитное подразделение под названием отдел международных связей. Уровень инглиша, конечно, не шекспировский, однако шефы рассудили здраво: работы через край, планы дерзновенны, а будущее покажет — может и приживется, не выпадет в процессе движения из эшелона на рельсы, как несколько других его бывших коллег. Разумеется, фигурально, зато инфаркты и инсульты — настоящие. Тут вам не благотворительное общество или министерство какое, чтобы из кресла в кресло пересаживать. Сергей Петрович не выпал. Кроме лингвистики существуют еще много очень нужных в деле навыков: технические знания, юридические постулаты и здравый смысл, а с этим у него было все в порядке. Но главное — порядочность, целеустремленность, исполнительность, и умение молчать в тряпочку. Где был, что делал — информация только для шефа, а он научит смелости, масштабности мышления и чувству защищенности, ибо за тобой — мощная структура, Организация. Она и накажет, если надо, но и защитит тебя от коварных ударов судьбы. Когда дела пошли в гору, Сергей Петрович стал коммерческим директором, ощутил и запах нефти, и запах долларов, обрел определенный авторитет вкупе с жестким взглядом на бизнес, да и на жизнь в целом. Из-за своей квалификации и способностей он работал как белый человек за столом с бумагами у компьютера и телефоном — словом, он умел зарабатывать деньги, а ему создали действительно комфортные условия и оберегали от наездов конкурентов. А кто не умел — те бегали с пистолетом и пугали народ. Можно, конечно, и голой ж... пугать, но с пистолетом как-то результативнее.
Бизнес руководства был широк и масштабен. Коммерсанту приходилось покупать и продавать акции различных компаний, сотрудничать с разными отделами и специалистами банка «Х», где его принимали по четным числам как родного, а по нечетным — как ВИП-персону, представлять интересы холдинга в различных городах России и за рубежом. Приятно иногда оторваться от кресла, но только, разумеется, для выполнения ответственного задания на высоком уровне — скажем, встреча с британским банкиром или поездка в головной офис компании, где сбываются все россиянские мечты.
Одно из таких интересных поручений — присутствие на собрании акционеров одного предприятия в Санкт-Петербурге. Точнее, принятие ответственных решений, от которых зависела судьба этого завода на ближайшие годы в этом бушующем мире. На имя Сергея Николаевича была выдана доверенность о праве представлять акционера, владеющего пакетом в семьдесят шесть процентов акций (!), то есть фактически он в тот счастливый момент был собственником и этого здания, и выпускаемой здесь очень нужной стране продукции. Итак, у него — свой завод, и не маленький! Редкое, новое чувство посетило его и осталось в нем, правда, не надолго. Сергей Николаевич — олигарх на час! Ну, на три часа от силы...
Как и положено капиталисту, он в мечтах торжественно подъехал в назначенное время к проходной на «Роллс-Ройсе» цвета кофе и милостиво разрешил приступать к процессу.
Он просто вышел на ближайшей станции метро и прогулялся пешком до главного офиса, зашел на проходную и предъявил доверенность с паспортом какому-то уполномоченному — тот заметно занервничал и даже не поднял глаз на Сергея Николаевича. А жаль — Хозяина нужно знать в лицо! Затем поднялся по ступенькам в современный зал для заседаний с огромным стеклянным куполом, осмотрелся — было красиво и дышалось свободно, пахло праздником и подлинной демократией.
Собственник одобрил сцену и милостиво повелел продолжать.
Постепенно зал заполнился, огласили решение о правомочности собрания, выступил генеральный директор с краткими итогами, затем он же обрисовал блестящие перспективы родного коллектива. Согласно утвержденной процедуре выбрали совет директоров и что еще положено, и теперь наступил волнующий момент — голосование по всем пунктам повестки дня. Началось шевеление народа, обсуждение — так или этак голосовать, но, разумеется, Сергей Николаевич, как принц Флоризель, был единственным среди присутствующих, кто сохранял олимпийское спокойствие и благородную осанку. Его тайный голос априори был решающим, да и решать-то ничего не пришлось и зря напрягать извилины. Ценность персоны собственника заключалась в том, что его никто не знал, кроме консультанта-советника, который сидел по правую руку Сергея Николаевича и показывал, против какого пункта он соизволит поставить птичку-галочку. Знаете, серый кардинал — очень интересная роль: как будто режиссер в театре поставил пьесу по своему сценарию и ты единственный, кто в курсе, каков же будет финал. Все зрители сидели как завороженные и ждали кульминации... Председатель счетной комиссии зачитал итоговый протокол, как оду разуму и радующему ухо единодушию: от семидесяти шести до девяноста восьми процентов «за» по каждому пункту! Берите с нас пример! Вот оно, торжество законности и гуманизма в действии!
После собрания акционеров предприятия олигарх закурил гаванскую сигару, сел в поджидавший его лимузин и, скучая, бросил шоферу:
— В клуб, Анри...
Когда собственник предприятия, а именно — неизвестный с дипломатом, обогнав группу рабочих этого завода, услышал жаркий спор о том, что по пятому пункту повестки нужно было голосовать по-другому, Сергей Николаевич им просто позавидовал — счастливые люди... А сам вздохнул и поплелся к станции метро, волоча за собой по асфальту свою высокую самооценку.
Сдирать с себя шкуру олигарха — довольно грустное занятие, скажу я вам...