Неверный диагноз

«У меня к вам несколько запросов. Я представляю интересы больного. Мы считаем, что ему неверно поставили диагноз: Шизофрения параноидная и хотели бы снять его, а также грамотно сойти с нейролептика, уйти от наблюдения в ПНД и подать апелляцию в суде…» - написала дама в мессенджере, - «Вы сможете нам помочь?»

Множественный запрос вызывал некоторые опасения, так как случай представлялся уже заведомо проигрышным для той стороны из-за невозможности совместить его в одну консультацию.

«Не смогу ответить на все ваши запросы, но постараюсь помочь в лечении и готов взять его на курацию» - ответил я и сбросил телефон регистратуры частной клиники.

Уже в коридоре я заметил чудаковатого вида мужчину с частичной алопецией, длинными седыми бакенбардами, одетым в несуразную изношенную одежду ​ и не по сезону в сандалиях с носками. За годы работы в специальности, глаз невольно выделяет таких людей из толпы и пытается дифференцировать, кто перед тобой: гений-чудак или хроник из ПНД.

- Позвольте показать вам историю болезни? Она сплошь сфабрикована! – не успев присесть, тараторила сопровождающая, которая выгодно отличалась внешним видом от своего подопечного, - он просто истинный христианин…часто посещает храм…что же каждому верующему теперь диагноз? Вы только почитайте, что они тут написали? Бился головой о стену. Ходил по кладбищу, записки собирал…Разговаривал сам с собой…Мы это так не оставим…Я знаю в чем их умысел. У него социальное жильё…Вот они и хотят лишить его дееспособности, а затем оформить в интернат, а жильё к рукам прибрать…

- Не торопитесь. К его истории болезни я еще вернусь. Давайте всё по порядку… Иван Иванович, расскажите, пожалуйста, на что вы жалуетесь, как жили, чем болели?

- Я знаю, что он в декабре 2021 года перенес ковид, - комментировала дама, - его тогда все плохо переносили. Сама месяц в постели провела. От него сильная церебрастения развивается.

- Вопрос был не к вам, - пришлось перебить настырную даму, так как консультация могла не на шутку затянуться.

- Жалоб у меня к психиатру нет, и никогда не было, - тихим монотонным голосом ответил мужчина, который в пятьдесят лет выглядел почтенным старичком, - я просто шел по улице. Меня внезапно схватили охранники бизнес-центра. Дескать, я кричал и оскорблял пассажиров лифта. А к ним даже не заходил. Потом они вызвали полицию. И в камере я не бился головой о стенку и не сквернословил и не считал, что у меня две личности. Наговор сплошной. Потом приехала бригада. Я конечно не хотел ехать в больницу. Сопротивлялся, кричал, просил общественного адвоката. В больнице конечно же отказался от добровольной госпитализации. Но по суду меня продержали там два месяца, хотя суда, как такового, никакого то и не было.

- А что было до больницы? Как вы учились, где и кем работали, служили в армии, женаты, имеются ли дети? – на последние вопросы, как мне кажется, я уже знал ответы, но решил придерживаться протокола.

- ​ Закончил среднюю школу, потом институт, там была военная кафедра, по специальности инженер-строитель. Работал два года. Потом кризис в стране. Сами знаете, девяностые годы, всё рушилось. Не до работы было. Женатым не был.

- На что вы жили?

- Дачу продал.

- Давно?

- В 2017-м.

- Ну а до продажи дачи?

- Курьером работал, окна мыл, ночным сторожем, гардеробщиком.

- Когда вы в последний раз были на работе?

- В 2015-м, кажется.

- А что это имеет значение? – вставила вопрос блондинка в черном.

- Для меня да. Пожалуйста, не мешайте, иначе я попрошу вас выйти.

- Я его доверенное лицо. Вам показать доверенность?

- Спасибо, не надо, - ответил я. Можно было бы ее и выпроводить из кабинета, но это было бы слишком легкое решение, - у вас есть родственники, друзья? – спросил я у него.

- Нет.

- Ваши увлечения, хобби, интересы?

- Церковь. Молитвы. Я хожу в храм.

- На что вы сейчас живете?

- На пенсию по инвалидности. Год назад ее оформили. Плюс наша социальная поддержка, - ответила доверенное лицо…- вы посмотрите, что они тут написали в истории болезни. Мы еще будем разбираться, как в психбольницу попали его обращения в полицию, департамент здравоохранения и домоуправление. И почему ему незаконно отключили свет и воду?

- Вы не оплачивали коммунальные услуги? – спросил я, листая ксерокопию историю болезни, из психиатрического стационара. Коллеги отправили запросы ​ и приложили наглядные ответы, в которых наш пациент, ссылаясь на свое заболевание желудка, возникшее на фоне отравления рыбными консервами и последующую немощность, просил не отключать у него свет и воду, а также запрашивал ​ средства на пропитание: «так как вынужден из-за упадка питаться исключительно детским питанием».

- А что это были за консервы и давно это произошло?

- Килька в томате. Это было летом двадцать первого.

- Много съели?

- Полбанки.

- А какие симптомы отравления у вас были? Температура, тошнота, рвота, понос?

- Нет, такого не было. Я почувствовал, что мой желудок остановился. Я ходил по врачам, делал ФГДС, все говорили, что у меня банальный гастрит и давали омез. Но он долго не помогал. Я его полтора года принимал. И лишь недавно понял, что неправильно пил.

- Как это?

- В инструкции написано, что запивать достаточным количеством воды. После каждой капсулы я принимал полтора стакана. И это неправильно, так как я не чувствовал от него эффекта. Желудок стоял. И лишь недавно, я запил капсулу глотком воды и сразу почувствовал эффект, - медленно и монотонно рассказывал он, а я наблюдал за его немигающим взглядом на застывшем маскообразном лице. Я заметил, как оно покрылось капельками пота, а его руки стали сильно дрожать. Вообще он производил впечатление паркинсоника. Шаркающая походка дополнялась мышечной ригидностью и симптомом «зубчатого колеса», которые выявлялись при осмотре.

- Судя по выписке из ПНД, вам делают инъекции пролонга, и вы должны принимать тригексифенидил по одной таблетке три раза в день. Вы пьете эти таблетки?

- Иногда…

- Это как часто?

- Когда не забываю.

- Это довольно опасно не принимать корректор. Этот препарат купируют побочные эффекты от типичного нейролептика и пропуск приема чреват жизнеугрожающими осложнениями. Некоторые из симптомов так называемого лекарственного паркинсонизма я у вас и наблюдаю.

- А почему врач ПНД этого не увидел? – вставила вопрос дама.

- К сожалению, вопрос не по адресу. Я бы рекомендовал обратиться к неврологу, сдать анализы крови, сделать ЭКГ. Возможно потребуется госпитализация. Нельзя нарушать предписанную терапию.

- Вы сделаете нам справку, что мы наблюдаемся у вас, и напишите схему отмены?

- Я напишу вам консультационный бланк, что вы были на приеме. Распишу рекомендации по лечению, но опять же лучше лечиться в стационаре. Отменить вот так сходу пролонг я вам не могу, так как масляный раствор еще будет действовать на протяжении недели. Могу лишь рекомендовать не забывать принимать противопаркинсонические препараты, которые можно усилить дополнительными инъекциями. Конечно, в будущем, когда пройдут побочные эффекты от антипсихотика, вам стоит перейти на более современные препараты.

- У нас есть доверенная медсестра. Мы можем на дому капельницы делать, - в очередной раз вмешалась дама.

- У меня еще несколько вопросов к Ивану Ивановичу. А свет вам подключили?

- Да. Я ведь теперь получаю пенсию.

- Скажите, Иван Иванович, как вы считаете, те рыбные консервы до сих пор оказывают влияние на ваше здоровье?

- Естественно, доктор. Я ведь не прекращаю пить омез. И у меня впереди суд с Роспотребнадзором, который допустил ту отравленную партию в продажу и сделал из меня инвалидом