Условный Быков

Писатель, критик и литературовед Павел Басинский в «Российской газете» пишет следующее: 

«Один, живущий в Америке, хороший писатель, поэт, критик, говорит, что разговаривать со своими старыми друзьями он будет только после Гаагского трибунала.
Сейчас он написал книгу "VZ" об уcловном Зеленском, как он его себе представляет. Так давайте ее прочитаем. Давайте о ней поговорим. Критики, историки, политики... Чтобы автор лег на лопатки. Чего бояться, если правда за нами?». 

Что ж, давайте. Бояться действительно нечего, ибо правда за нами. Начнём с главного: один, живущий ныне в Америке, «хороший писатель, поэт, критик» — это не кто иной как Дмитрий Быков*, и вправду способный писатель, однако известный широким массам, тянущимся к свету знания, не как беллетрист, а как лектор по всем вопросам мироздания категории «знает всё, но неточно».

Ценю его высоко, но исключительно как прозаика и особенно иногда. За целых два романа. Остальное — как минимум, халтура. Если не сказать крепче. 

К стихам, увы, чутья не имею. Не только к его, вообще. Бог обделил. Точно так же обделил и музыкальным слухом. Очень точная, кстати, параллель. Стихов не слышу. Достойные доверия люди говорят, у Быкова они хорошие. Иметь своего мнения робею и не стремлюсь. Охотно верю достойным людям. 

Как гражданина его на дух не выношу. До рвоты. Суждения его о политическом моменте и вообще публичные злободневности очень резко отдают его же манерой одеваться. Будто специально так и задумано. Сапоги-казаки, джинсы-варёнки, нарочито помойный кич-стайл. К приличному столу в таком не пускают. Не исключено, подсознательно и стремится быть недопущенным. Эпатаж. Не может ведь статься, чтобы совсем вкуса не было. Слово-то чувствует тонко. 

Разродившись как-то в своей книге «Советская литература / Мифы и соблазны» репликой о Довлатове («Сергей Довлатов. Конец мифа»), дескать, сомнительный тот писатель, лишний раз напомнил об ещё одной грани своего могучего естества — неигровой прозе, разного рода изысканиях на ниве литературных и исторических осмыслений. О нон-фикциях.

Нон-фикции его не читаю из принципа. Беда жанра не только в его исполнении, но и вообще в исполнении любого беллетриста (от этого слова он, кстати, бежит сломя голову), что Быкова, что Радзинского, что Акунина какого-нибудь — в главенстве вымысла над достоверностью.

Садясь за нон-фикцию романист придумывает себе яркую модель описываемого человека или такую же захватывающую трактовку событий с прологом и эпилогом, песнями и танцами. Художественно безупречную модель и столь же безукоризненную по изяществу трактовку. На то и сочинитель.

А потом подгоняет реальность под вымысел. В итоге реальность имеет у него одну стержневую основу. Иначе интересного анекдота просто не получится, читатель растечётся мысью по древу, повествование приобретёт рыхлый, аморфный характер, и станет скучно как в жизни.

Не знаю, что взять, пусть революцию. Условная революция по условному Быкову это масонский заговор, или случайность, или диверсия марсиан, или эпидемия, или зомби-апокалипсис, или историческая неизбежность, или даже пролетарское восстание. Но строго что-то одно, самое захватывающее.

История у Быкова не может быть равнодействующей множества причин, каковой она на самом деле и является. Это не интересно читателю. Это не интересно и самому борзописцу. Нет коммерческой интриги. 

И люди у него точно так же моноконцептуальны. Каждый — иллюстрация какой-то одной красивой о себе идеи. Идеи, конечно же, сугубо беллетристической. Не так давно, к примеру, генерала Власова талантливо выдумывал, теперь — Зеленского наполняет авантюрной интригой. Судя по публичным эпатажным выплескам, не на шутку увлечён придумываемыми персонажами. 

Никаких оттенков, никакой многовекторности, никакой полиморфности, ибо всё это только размывает авторский замысел. 
И, разумеется, если реальность не влезает в прокрустово ложе прекрасно выписанного дивного быковского вымысла, тем хуже для реальности. 

Бывает, однако, редко, но бывает, что даже сам он чувствует, что вконец заигрался. Что не влезает реальность, как её ни режь. Что публика, хоть и круглая дура, но всё равно не поверит. Так случилось с быковским Шолоховым и его «Тихим Доном», которых пришлось издавать не «исследованием», а в форме романа «Икс».

Реплика о Довлатове — наглядная иллюстрация вышеизложенного. Чуть ли не на каждый его абзац найдётся контраргумент. Каждый притянут за уши. И главное: кажется, проступает сквозь пассажи обычная зависть. Это очень видно. И стыдно. Но сам он, похоже, не понимает, что прокалывается, как фраер ушастый.

Теперь вот Зеленским увлёкся, как ветреная девица. Придумал его и сам же увлёкся собственной выдумкой. Что с того, что придуманный с настоящим никак не соотносится? 

Главное — вы не увлекайтесь. И не считайте его фантазии историческими изысканиями. Не изучаете же вы французскую историю по Дюма, а английскую по Вальтеру Скотту. В голову ведь такое не придёт. Тем более Димон Быков как автор ощутимо слабее.

* Признан в РФ иноагентом.