Рэнди Калифорния

Саня поправил очки, постоял около террасы своего номера, поглядел в ночное небо. Море сегодня оно было на удивление молчаливо, будто сковано лунным светом. Слева в зарослях мелькнула быстрая тень. Предупреждали же, в конце августа на дальних турбазах водится всякая нечисть. Ну и ладно. По сравнению с извечными домашними склоками и выносом мозгов не только оборотни, даже беляши на пляже не казались такими кошмарными. Лизка совсем слетела с катушек, напрасно было надеяться, что на курорте её попустит. Сегодня снова закатила скандал. Ей, видите ли, не понравилось, что Санька «слишком любезничал» с продавщицей в пивном киоске. А сама-то косилась на накачанных загорелых парней, тех, что катали на банане. Глазки строила. Тщедушному очкарику Саньке это было вдвойне обидно. Честное слово, от отчаяния хотелось пойти купаться в полночь, чтоб русалки уволокли в глубину. Хотя какая там глубина в Азовском море и откуда в нём русалки. Теперь вот вампир или чёрт его знает кто наблюдает из-за кустов. Саня закурил. Возвращаться в номер всё равно не хотелось. Для соблюдения протокола нужно было хотя бы попытаться помириться, и он примирительно постучал.

— Впусти меня! — попросил Саня, и бесшумно приблизившаяся тень насторожилась.

— Ты собирался спать в машине? Вот и спи! — завизжала Елизавета на грани ультразвука, и через приоткрытую дверь вылетели зубная щётка с оранжевым тюбиком и шлёпнулись под фонарём. Дверь захлопнулась, щёлкнул замок.

— Братан, а я смотрю, ты из наших, — проскрипел совсем рядом зловещий голос. — Фраза «впусти меня» и солнцезащитный крем!

Саня глянул себе под ноги. Рядом с зубной щёткой валялся тюбик с нарисованным солнышком. Вот и почистил зубы перед сном.

* * *

— Не поверишь, братан, как я тебя понимаю, — вампир затянулся, скривился, присмотрелся к сигарете в лунном свете. — Что это у тебя? Мальборо? Какая гадость... Совсем испоганились со времён московской олимпиады. Говорю: понимаю тебя. Тоже когда-то развёлся, порезвился совсем чуть-чуть, буквально лет пятьдесят, и опять на те же грабли. На молодой женился, немного за триста. Сколько она мне крови выпила... В переносном, конечно, смысле.

Саня с вампиром сидели на лавочке между качелями и песочницей. Между ними была бутылка тёплого самогона и два пластиковых стаканчика — Саня притащил из нагревшегося за день багажника. На любой турбазе с наступлением темноты детская площадка превращается во взрослую, ничего не поделаешь, традиция.

— Слышь, — перебил Саня, — а я вот часто задумывался, ну если б я жил так долго... сколько вы там живёте... наверное, английский бы выучил в совершенстве...

— Или русский, — вампир улыбнулся, блеснув клыками.

— Тю, русский и так можно знать, ну там школа, университет, сайт профессора Ермоловича, — Саня хлопнул себя по лбу, — так ты иностранец? Румын что ли?

— Братан, ну ты прям одноимённый фильм цитируешь. Американец я. Даже в Белом доме работал относительно недавно.

— Кем это, интересно? В управлении людей в чёрном?

— Да нет же. Начальником охраны, — вампир снова затянулся.

Саня кивнул, мол, понимаю. Налил ещё в оба стакана.

— Так это... Они там тоже из ваших?

— Не-не, из других, — вампир хрипло засмеялся. — Как тебе сказать... Видал вот это?

Вампир вытащил из кармана плаща задрипанную нокию, покопался, с трудом нажимая длинными жёлтыми ногтями на кнопки. Показал Сане фото.

— Ого! — оторопел Саня, — это ты с самим?!

Вампир довольно кивнул. Оба выпили. Саня вернул гостю телефон, тот небрежно сунул в карман плаща. И как ему не жарко? Зато комары не страшны. Интересно, кусают ли комары вампиров? Или вампиры комаров? Внутривидовая борьба самая жестокая...

— Щас расскажу, только ты никому! Побожись! — продолжил вурдалак, и Саня энергично закивал. — Короче, я ему как-то говорю, мол, Баракович, ты же в курсе, что кого вампир укусит, значит, тот тоже становится вампиром. А он мне: прикинь, у нас, у геев, та же фигня!

Вампир рассмеялся хрипло и заливисто, если эти слова в принципе можно поставить рядом. Потом объяснил, почему свалил из Штатов: совсем невмоготу стало, такое, извиняюсь, циничное блядство кругом... Саня вспомнил, что забыл спросить имя своего нового приятеля.

— Рэнди! — представился клыкастый.

— Красивое имя, главное редкое, — отшутился Саня, пытаясь вспомнить, где он слышал недавно это слово. — Рэнди, ты ж не будешь это... ну там кусаться и кровь выпивать?

— Братан, обижаешь! Во-первых, это всё совсем не так. На нас наговаривают. Летать по ночам и бошки отрывать... Так, чисто между своими, наши ещё могут потягаться вполсилы. Но лично я уже не в форме: с поясницей проблемы, артрит достал. Мне, понимаешь, кажный такой фокус потом боком выходит... А ещё на сегодняшний день, поверь, среди людей намного больше мерзких тварей, чем среди наших, понимаешь?

Саня вдруг чихнул.

— Вот видишь, правду говорю, — оскалился клыкастый.

— Та не, у меня это, аллергия на амброзию, на побережье не так сильно, а в городе достаёт.

— Понимаю, это как у меня на чеснок!

В это время из люксового корпуса, откуда-то сверху, усилился пьяный галдёж, заорала из колонок мерзкая песня с идиотскими словами.

— Песни со второго этажа, — буркнул вампир, но Саня не видал ни одного фильма Роя Андерссона и вообще не подозревал о его существовании.

— Рок-группа такая, Сопли Свистоплясова, — скаламбурил очкарик.

— Господи, и они называют это музыкой?

— Да уж, не Рэнди Калифорния! — Саня вспомнил, что такое название ему попадалось на сборнике хитов семидесятых.

— Ух ты, не ожидал! — вампир приятно удивился. — В честь меня название, мой племянник играл у них на бас гитаре. Не самый, конечно, забойный коллектив, Ленерд Скинерд куда круче, там наших четверо...

— В смысле «ваших»? — удивился очкарик.

— А ты как думал? Слыхал, что они творили на гитарах? Человеку не хватит жизни, чтобы так научиться, поэтому и Фрэнк Заппа, и Кит Мун, все они вампиры, — довольно ухмыльнулся Рэнди. — Кстати, не задумывался, почему у него родовое прозвище Мун?

— Офигеть... Я, честно говоря, думал, что наоборот. Ну типа вампиры это вот эти вечные Пугачёва, Ротару, Макаревич.

— Что ты, наши не бывают бездарями. Кстати, задумывался, а с чего это в американском правосудии иногда сроки наказания вполне человеческие, а иной раз триста лет тюрьмы? На кого это рассчитано? Ладно, братан, мне пора. Нужно в бар подтянуться, присмотреть, чтоб всё было без происшествий. Слишком много всякой швали на этих выходных. Бандюки, гаишники, администрация всякая... Праздник у них там какой-то... Вон, наверху на балконе, уже беснуются! — процедил Рэнди.

Шумная компания действительно разгулялась не на шутку. Плевать, что остальные отдыхающие пытаются отдыхать. Напились, орут, подпевают не в лад и швыряют окурки на тщательно вылизанную территорию.

Саня, прощаясь, протянул руку новому приятелю. Малодушно признался, что придётся возвращаться в номер и просить прощения непонятно за что: не хочется спать в машине, спина неделю колом стоять будет.

— Надеюсь, не осиновым? — проскрипел Рэнди и неспеша почапал по песочку.

 


* * *

Саня вспомнил, как ему зимой на стройке нужно было сфотографировать размер одной штуковины. Елозил-елозил рулетку с телефоном, на кнопку нажать оставалось только носом. Тыкал-тыкал — нифига. Потому что нос холодный, как у собаки. Стало быть, смартфон реагирует только на тёплые конечности. То бишь если встречаете гражданина с кнопочным телефоном — не факт, что это пенсионер. Может, вампир. Или вампир-пенсионер. Во сколько, кстати, они на пенсию выходят по выслуге и по возрасту? Лет в восемьсот?

Что-то просвистело в воздухе за спиной, и Саня машинально оглянулся. Хрясь! Пивная бутылка, запущенная этими дебилами с балкона, треснула прямо по голове вампиру. У того аж ноги подкосились. Очкарик подскочил к товарищу, у которого вся физиономия была в крови, взял его под руку, подвёл к умывальнику, тут же, во дворе турбазы. На балконе ржали и подначивали Рэнди.

— Не пугайся, от любой царапины на башке всегда много кровищи, — успокаивал вампир. — Видал, какая рожа у боксёра, если сечку на брови получит?

На беснующееся быдло он не обращал никакого внимания. Саня попытался увести вампира с площадки, чтоб не провоцировать придурков на более активные действия.

— Слышь ты, чёрт, хочешь добавки? — пьяная компания на балконе не унималась.

— Выходите, сразимся в честном бою! — наверное, от шока вампир вдруг перешёл на дворянскую феню.

— Сам поднимайся, лошара, извращенец в плаще! Мы тебе хребет тебе сломаем! 

— Приглашаете? — переспросил Рэнди.

— Давай, заходи! Вэлкам!

— Я щас, — сказал Саньку вампир, — не уходи, делов на две секунды.

Он выпрямился, хрустнул поясницей, быстрой тенью скользнул к стене и мгновенно полез вверх по липецкой кладке, непонятно как цепляясь за кирпичи. Побледневшие пьяные хари и стеклянные от ужаса глаза — это было последнее, что Санька сквозь свои очки увидел снизу. Он не узнал, что творилось внутри апартаментов, и самое жуткое, что всё произошло быстро и без единого звука. Вскоре вампир спланировал вниз, повеселевший и приободрённый.

— Пойдём со мной в «Две луны», сегодня гуляем! Я проставляюсь!

И они пошли гулять.

* * *

Вообще-то над входом в шумную забегаловку красовалась надпись «Автомобилист» и ярко светились два огромных бледно-жёлтых круга, по замыслу дизайнера, наверное, символизировавших фары. Впрочем, «Две луны», как называл Рэнди оказавшийся неожиданно огромным то ли бар, то ли ресторан, звучало лучше. По крайней мере небанально. Потому что вся коса была усеяна турбазами типа Строитель, Нефтяник, в лучшем случае Азовская жемчужина или Жемчужина Азова. После приватизации тридцать лет прошло, и не удосужились даже названия поменять. В заведении была куча народу, если это слово было уместным.

Санька огляделся с опаской и любопытством. Для Рэнди, надо понимать, был зарезервирован дальний столик, и вампир уселся прямо в угол, лицом к залу. Санька скромно примостился сбоку и решил помалкивать. Некоторые с любопытством посматривали на него, но, наверное, из уважения к вампиру никаких претензий не высказывали. Кто-то рядом обронил слово «маугли», и это, кажется, относится ко мне, смекнул Санька. Потому что человеческий детёныш. Интересно, кто из посетителей оборотень, кто вампир, а кто домовой или леший? Кстати, а лешие и домовые существуют?

— Бармен, что там у нас сегодня? — проскрипел Рэнди.

— Я не бармен, я бариста! — бойко рявкнул бармен.

— Слышь, Рэнди, а у музыкантов почему такие длинные пальцы и бледные физиономии? — поинтересовался Санька.

— Так нынче на всей косе только зомби играют живую музыку! Эй, басиста, сбацайте чё-нить для братвы! — Рэнди оглядел присутствующих и поднял бокал.

«Если снежинка не растает, в твоей ладони не растает» — завыла брюнетка у микрофона. Наверное, волчица-оборотень, смекнул Саня. В заведении было весело и шумно. Рэнди скинул плащ. Кажется, он весь был в старинных татуировках, и на шее из-под футболки торчала пасть какого-то чудища, как в титрах китайских боевиков. За соседним столиком захмелевший громадный тип, еле ворочая глазами, объяснял собеседнику, что «Паранормальный Веллингтон» самый реальный сериал, там половина массовки — реальные персонажи. Девчонки в блёстках кричали пианисту: педаль в пол, дай жару! Какие-то девицы сплетничали, что Гелла залетела, причём не в вампирском смысле, а в самом что ни есть человеческом. В общем, всё как у людей.

— Рэнди, давно хотел спросить, а кто на самом деле сильнее: вампиры или оборотни? Кто кого одолеет?

— Санька, ну и вопросы у тебя. Подростковые какие-то, из серии боксёр или каратист.

— И ты туда же... Меня Лизка всё время упрекает, мол, инфантил, подросток, какой из тебя глава семьи, никак не повзрослеешь...

— Ты офигеешь, — вампир призадумался, — мне моя то же самое твердит, всю плешь проела... На самом деле никто не знает, кто сильнее, у нас издавна суровое правило — вампиры против оборотней не сражаются.

— А где твоя дама? Почему не с тобой? — догадался спросить Санька из вежливости. Впрочем, интересно было взглянуть на трёхсотлетнюю красотку. В том, что она красотка, Санька не сомневался.

— Дрыхнет как обычно, раньше полуночи редко встаёт... Хотел, понимаешь, выйти с ней на берег, помёрзнуть под луной... Так истерику мне закатила давеча, к сиренам приревновала. Все бабы дуры, понимаешь? Но я всё равно за неё пасть порву любому.

К нам подсели девчонки в блёстках. Те самые сирены, черноморские, из-под Одессы. Симпатичные и весёлые.

— Барышни, спорим, Санька не сможет безошибочно угадать всех вампирш в зале? — улыбнулся Рэнди.

— Давай, Александр, ты умный, я в тебя верю! — сказала та, что сидела ближе.

Очкарик напрягся. Оглядел всех присутствующих. Ну давай же, Санька, время идёт! Представь, что ты за привычным для себя круглым столом «Что? Где? Когда?». Три пары глаз с интересом наблюдали за его нахмуренным лбом. Санька даже не заметил, что в баре все замолчали, даже музыканты.

— Все те, кто не накрашены! Потому что как им краситься, если в зеркале не отражаются! — громко вскрикнул Санька, и только потом заметил звенящую тишину. Вот конфуз-то получился...

Он виновато огляделся. Но все смотрели не на него, а в сторону входа. На пороге с перекошенным от злости лицом стояла Елизавета.

* * *

— Вот оно что! Нервы мне мотает от заката до рассвета, а сам с какими-то шалавами развлекается! — без раскачки завопила супруга, причём так, что сирены от зависти выпили не чокаясь.

Рэнди попал в ещё более неприятное положение, чем я сам, — смекнул Санька. — Он-то отвечает перед своими и за чужака, то есть меня, и за мою взбалмошную спутницу.

— Леди, прошу Вас, возьмите себя в руки, — забормотал вампир.

— А ты вообще помолчал бы, дедушка с татуировкой дракона, — не унималась Елизавета.

Санька знал, что она не уймётся. Будет орать несколько раундов без перерыва. «Кто она у тебя? Надзиратель в колонии?» — шёпотом спросил Рэнди. «"Психолог"», —пробурчал Санька в ответ. Жена продолжала метать громы, молнии и нецензурные выражения. Симпатичную блондинку обозвала сучкой крашеной, переключилась на солистку-зомби:

— А тебе что, взбледнулось у микрофона?

Свирепый громила-оборотень разъярился, перевернул столик и громогласно зарычал. Лизка резко повернулась к нему и взвизгнула:

— Не смей со мной разговаривать на повышенных тонах!

Отовсюду к Елизавете потянулись посетители, выпустив когти и скаля клыки. Что сейчас будет? Лизка, кажется, не понимала, какую кашу заварила. Впрочем, как обычно. Ну да, вампир за меня не заступится, — тоскливо подумал очкарик, — ему нельзя с верволками конфликтовать. Что же делать... Ни святой воды с собой, ни серебряного крестика.

Санька вскочил, схватил пивную бутылку, с третьей попытки разбил её об угол стола, и с этой розочкой в руках вскочил между Елизаветой и посетителями.

— Спаси и сохрани, — прошептал вампир и перекрестился.

 

Подписывайтесь на нас в соцсетях:
  • 5
    4
    154

Комментарии

Для того, чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться в системе.
  • TEHb
    Анастасия Темнова 29.09.2023 в 17:33

    Нормас, только в рамках этого объёма очевидно тесновато.
    Нужна прода!

  • Psychoscum
    Александр Костин 29.09.2023 в 19:55

    " «Кто она у тебя? Надзиратель в колонии?» — шёпотом спросил Рэнди. «"Психолог"», —пробурчал Санька в ответ."

    Браво!

  • 300bar
    irina kr(vishny) 29.09.2023 в 21:09

    Нужна чистка. 

    Есть затянутые места, есть отличные находки. Оригинальная концовка. Герои отлично видны. Сашку зауважала под конец. Спасиб. 

  • Oksana_oxi

    Понравилось. Персонажи, как живые)

  • Oksana_oxi

    И Автомобилист, кстати, будто вы там были!