Хряк идёт на восток (блицевое)

Часть 1. Поросёнок

 

Мил, розовощёк, ногами тонок,

Хрупок, что модель с обложки «Vogue»,

У свиньи родился поросёнок —

Хрюкающий трепетный комок.

 

И, чтоб сыну было интересней

(Так-то жизнь в свинарнике — не мёд),

Мать-свинья тихонько пела песни

Про восток, где солнышко встаёт.

 

Сутки шли, а может, и недели

(У свиней ведь нет календаря),

И мечтал детёныш в свинском теле

Глянуть, как рождается заря.

 

***

У людей до взрослости с пелёнок

Срок идёт солиден и немал,

Но иное дело поросёнок —

Вскорости окреп и возмужал

 

(Боевой, как бультерьер на псарне,

Зверь, не преклоняющий колен!)

 

Но пришли хозяева в свинарник,

Чтобы поросю отрезать член

 

(Был хозяин малость недалёким,

Не умел кастрировать свиней,

И решил пойти путём он лёгким:

Писю взять — и ножиком по ней).

 

Сердце порося забилось птицей,

Покориться людям он не смог,

Ведь весьма внушительных кондиций

Бубенцы болтались между ног.

 

Глянул хряк на мать проникновенно:

«Мам, прости, но я не виноват,

Что предпочитаю тяжесть члена

Жизни с мерзким прозвищем "кастрат".

 

Вышло так, что в теле поросёнка,

Я и сам не знаю, почему,

Бьётся сердце храброго волчонка.

Я за писю, мама, бой приму!»

 

Часть 2. Бой

 

«Куда ты руки-то тянешь, сука?!

Ты свой отросток отрежь, гадёныш!» —

Сверкая взором, хрипел и хрюкал

С катушек съехавший свин-детёныш.

 

«Да что тебе от меня-то нужно?

Чего пристал-то к чужому члену?

Ведь было ж время, и жили дружно!» —

Теснил паскуду, вжимая в стену.

 

«Постой, хозяин, погодь минуту!

Ты, может, пидор, но только скрытый?» —

Гонял хозяина по маршруту

Корыто-двери-опять корыто.

 

Ножом хозяин писал восьмёрки,

Стараясь свину порезать тело,

Но свин был гибким и очень вёртким,

И от ножа уходил умело.

 

Клыки мелькали и блеск металла,

Схватилась выгода с жизни жаждой,

В борьбе не за премии и пьедесталы.

И выиграть в битве пытался каждый.

 

Сцепились двое в жестокой схватке,

Скрестились взгляды, как два кинжала,

И пахло кровью тепло и сладко...

 

И мать бессильно в углу визжала.

 

Часть 3. На восток

 

Скинул мир темноты покрывало,

Тьма свернулась и ринулась прочь.

Рыжеусое солнце вставало,

Одолев черноглазую ночь.

 

Пробуждался неспешно посёлок.

 

***

На восток, где горела заря,

Шёл, устало хрипя, поросёнок —

Весь в крови, но несломленный хряк.