zombiewaifu zombiewaifu 13.09.23 в 14:53

Медведь

Резко раскрылся прямоугольник света — это папа заглянул в дверь.
Вдох: раз-два-три-четыре-пять. Выдох: раз-два-три-четыре-пять. Главное, не перестараться и не сбиться с ритма.
Дверь медленно затворилась. Она подышала по счету еще какое-то время, для страховки.


Щелчок зажигалки. Алиса повернулась на бок, подложив подушку под щеку поудобнее. В темноте вспыхнул огонек: медведь затянулся сигаретой, осветив пушистую шерсть мордочки.
— Расскажи что-нибудь? — попросила она.


Легкое шипение затяжки. Легкий вздох.


— Иногда я думаю — если меня пропустят через мойку машин, чистота достанет до нутра или нет? Мне вообще-то тридцать лет. Ты не смотри на мех, это пересадили после того, как машина сгорела.


Плюшевый голос обволакивал, покачивал на волнах. Она редко понимала, о чем говорил медведь, но слушать его безразличный тон было приятно. Ему было все равно, и это было привычно и правильно.
Алиса закрыла глаза.


Утром папа с лицом серее обычного мешал кашу в кастрюльке и спорил по телефону про доставку. Алиса села за стол, старательно дыша мятной пастой. Когда-то она пыталась выдавливать в рот пасту и булькать ей вместо чистки зубов, но папа быстро это пресек. С тех пор она чистила зубы очень тщательно.


Папа шмякнул кастрюлькой о стол и молча ушел в другую комнату, слушая голос в телефоне. Клякса овсянки шлепнулась на клеенку и даже не расползлась. Алиса некоторое время смотрела на клеенку. Обычно в бишках, так папа называл квартиры, снятые по AirBnB, столы были голыми, с металлической окантовкой, неприятно холодящей локти. Алиса вывалила кашу на плоскую тарелку и начала есть, зная, что этот день ей запомнится благодаря клеенке. Это было хорошо.


После завтрака они поехали. Медведь остался дома, но папа разрешил взять с собой книжку про динозаврика Шуру.
Он предпочитал, чтобы они стояли в метро, но какой-то студент уступил им место. Алисе пришлось сесть рядом с красиво одетой женщиной, от которой пахло как будто немного булочкой. Алисе снизу были видны ее глаза, в которых мерцал непонятный огонек, когда она смотрела на папу.


— Какая трогательная книжка, — внезапно сказала женщина. Алиса осознала, что обращаются к ней, только когда папа едва заметно дотронулся до ее сапожка своей голенью. Под штаниной папиных джинсов ощущалась твердая кость.
— Любимая, да? — ласково продолжила женщина, глядя на Алису и поглаживая треснувший пластик корешка, который Алиса забыла прикрыть варежкой. Алиса поняла сразу две невыносимых вещи — что папа теперь выбросит книжку, и что с ней больше никто так не заговорит.
— Не расстается днем и ночью, — сказал женщине папа поверх головы Алисы. И сразу: — Давай, малыш, выходим.
Пока Алиса сползала с сиденья, он улыбнулся женщине. Выверенно рассеянная улыбка, не за что зацепиться, не на что обижаться.


Они вышли из вагона, прошли несколько метров к выходу вместе с толпой, потом повернули по платформе обратно. Подъехал следующий поезд. Папа смотрелся в окна, с виду бездумно, на самом деле проверяя, как они выглядят. Они смотрелись обычно: мужчина в джинсах и темно-зеленой парке и маленькая девочка в ярко-розовой куртке. Цвет куртки был специальный, дешевый. В метро было много таких курток и таких девочек.


Сегодня Алисе определенно везло — они зашли в кофейню. В кофейне пахло как будто булочкой. Алиса подумала о женщине из метро и открыла книжку. У динозаврика Шуры тоже не было мамы.
Папа заказал кофе с круассаном себе, чашку шоколада и блинчик для Алисы. Отошел в туалет и вернулся с грузом — неприметной темно-серой сумкой для ноутбука.
Они спокойно пообедали. Папа молчал. Двухдневная щетина тенью лежала на щеках.


— Истощенно и молча, — вполголоса говорил медведь в темноте, — я крадусь по улицам. Хлеб не насыщает меня, рассвет разрушит меня, весь день я охочусь за звуками капель твоих шагов.


Алисе не понравились эти стихи, от них пахло темными подворотнями и голодными людоедами. Это было совсем не то, что она хотела услышать. К счастью, уснуть получилось быстро.


Утром папа вышел из ванной, благоухая колючим одеколоном Армани. Щетина на его щеках была трехдневной, идеальной, серый свитер в квадратиках как вафельное полотенце.
Он зашел в свою спальню и вынес медведя, посадив его на трюмо перед зеркалом в прихожей над стоящими в ряд чемоданами — большим блестяще-серым и маленьким коралловым. Медведь выглядел заплаканным, но следов на нем не осталось, как и на самой Алисе.


— Ничего не забыла? — спросил папа.
— Нет, — сказала Алиса. Книжку он уже вынес с остальным мусором вчера.
— Тогда бери медведя. Убер уже внизу.


Мужчина в дорогом пальто стоял на контроле безопасности, держа за руку маленькую девочку с длинными светлыми волосами. Девочка доверчиво положила своего розового медведя в прямоугольную корзинку для паспортов и украшений, протянутую сотрудником досмотра, шагнула через рамку контроля, и снова взяла медведя, протянутого офицером.
Медведь пробормотал что-то в ее футболку, и она едва не переспросила, но вовремя опомнилась.
Папа защелкнул на запястье часы, вернул паспорта в карман пальто и взял Алису за руку. Она улыбнулась ему снизу вверх.

Подписывайтесь на нас в соцсетях:
  • 201
    27
    701

Комментарии

Для того, чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться в системе.
  • Nematros

    Хороший рассказ, образный, информативный с долей небрежности и капелькой самолюбования. Почему бы и нет?


    Ассоциации навеял примерно такие:


    На песчаном берегу, там, где океан встречается с материком, сидели двое. Одна, неприметная девочка двадцати восьми лет с идеальной трехдневной щетиной и твердыми жизненными принципами. Второй – некто, когда-то бывшее медведем, с чуть свалявшейся шерстью на лапах и гладко выбритой промежностью под желтым пальто. Но главной отличительной от всего вокруг чертой его была пластиковая кукольная голова с напомаженными губами, посаженная на медвежьи плечи. Свою голову медведь потерял в середине девятнадцатого века под Севастополем, спасая Толстого от артобстрела, но и эта была ничего, по крайней мере с дыркой во рту вполне подходящего для сигареты диаметра. В свой рот медведь когда-то мог курить даже трубку, здесь же приходилось обходиться Родопи.

    - Иногда я думаю, - начал медведь, затягиваясь сигаретой, - но чаще всего – нет.

    Других друзей у Алисы не было, поэтому приходилось слушать его бредни. Надо отдать должное его плюшевому баритону, который обволакивал будь здоров. Алиса мечтательно смотрела вдаль, выше набегающей на берег волны, выше несущихся барашков, туда, где океан сливался с небом. Хотелось побежать по водной глади все быстрее и быстрее, перебирая ногами, как водмерка, подставить грудь навстречу выглядывающему из-за горизонта солнцу и громко рассмеяться.

    А еще какать.

  • zombiewaifu

    Нематрос 

    красиво. душевно.

    может еще старая гвардия! тут была цитата из библии про семена не туда, лень искать, сорян. 

  • 313131

    Нематрос 

    и правдо не паленился. к большим формам готовищься бро ггг. мелкими шажками.

  • Nematros

    zombiewaifu 

    старую гвардию давно пора к стенке и расстрелять. а на обломках возвести альтернативный обелиск. ящщитаю так

  • moro2500

    и мене зашол.. шли ищо!

  • jatuhin

    Текст похож на анонс в объявлении на Главной.

    В медведе - Винни.

  • jatuhin

    Но лживый Винни, или ложный, то есть, не наш. Но это не точно. Наш Винни может быть в папе.

  • zombiewaifu

    Полковник Васин 

    так это наш ложный

    копия копии копии

  • zombiewaifu

    Полковник Васин 

    блин я все поняла

    наш истинный потому что он симулякр

  • nologintoday

    А мне в целом, именно в целом - понравилось. Как определял Бунин: слог, стиль, содержание. Третьего не особо... Но 1 и 2 есть, как ни верти.

  • zombiewaifu

    Дон Боррзини 

    спасибо

    вкусные пустые углеводы)