УБИТЬ ВОЙНУ

(о фильме Элема Климова ИДИ И СМОТРИ).

На Хатынский мемориал ездили всем классом в далёком 1973-м. Энергетика места кошмарная — без преувеличений. Тогда же запомнилась цифра: из двухсот погибших — более 70 убитых и сожжённых детей.
Ещё был жив(кажется, последний год) единственный выживший взрослый из Хатыни — Иосиф Каминский. Именно ему посвящён главный памятник мемориала — старик, несущий на руках убитого ребёнка.
Изредка Каминский встречал делегации, рассказывал о пережитом. Но категорически отказывался от общения только с немецкими экскурсантами.

Нет смысла пересказывать сюжет очень известного фильма.
Хатынская резня, увиденная глазами 14-летнего белорусского подростка Флёры, превратила последнего из ребёнка в старика за считанные часы.
Трудно сказать, как смог пережить несовершеннолетний актёр Алексей Кравченко столь травмирующую детскую психику роль, и при этом не сфальшивить и не свихнуться.

Кошмар и сюр происходящего усилен использованием новой для тех лет операторской технологии стедикам — перемещение камеры в пространстве — в силу чего эпизоды сожжения деревни и убийства жителей бьют по сознанию с почти документальной достоверностью.

Сцена возмездия — расправы партизан с пойманными карателями (несмотря на запрет самосуда командиром отряда) — тоже жестокая правда войны, не терпящей никаких сантиментов.

Но, более всего сильна кульминация — расстрел Флёрой портрета «Гітлер асвабадзіцель». С каждым выстрелом военная кинохроника поворачивается вспять, выгоняя окупантов, восстанавливая разрушенные дома, смещая фюрера, пришедшего к власти, и, наконец, превращая его в ребёнка на руках у матери.
Наверное, по логике, убив маленького Адольфа, подросток должен отомстить за сожжённых на его глазах детей, и убить саму причину войны.

Но возмездия не совершается.
Флёра опускает карабин, не желая стрелять в дитя.
Человек не может переступить грань, превращающую его в зверя. Уподобиться карателю.

«Гармония мира не стоит слезинки замученного ребёнка» (Ф. Достоевский)...

Наверное, смысл картины в этом.
Сохранить в себе Человека даже в самых адских и нечеловеческих условиях.