Trends With Benefits
— В Ривьеру так в Ривьеру. — Вовк надевал свое винное кашемировое пальто, видимо, надеялся кого-то снять в баре. Сам Троянский давно не играл в эти игры.
Он бросил взгляд в вовкин распахнутый шкаф и увидел между небрежно висящих шарфов и кашне серый — человеческий — глаз.
Еще не успев ничего подумать, он схватил Вовчанинова за плечо.
— Ты че? — возмутился тот, проследил за взглядом друга и нахмурился. — Аа? А! Ффу, да пойдем, по дороге расскажу.
Но Троянский уже вынимал из шкафа тяжелое тело женщины.
Троянский опустил ее в модерновое черное кресло в гостиной и встал напротив. Вовчанинов топтался рядом. Открытые глаза девушки бессмысленно смотрели куда-то в карниз штор.
— Как настоящая, — заметил Троянский.
Вовчанинов оживился.
— Ну. И стоит как Тесла.
— Правда что ли? — покосился Троянский.
— Да не, всего пять тысяч.
— *** (Вот это да) — сказал Троянский.
Тут до него дошло, насколько неловкой, в сущности, была эта ситуация. Вовчанинов тоже засуетился:
— Да я это. У Мишки когда юбилей был, он девочек позвал, была там одна, но пошла с кем-то другим. И чет так она мне запала, что я по пьяни взял и купил вот, на нее похожую. А ее взяли и доставили. А возвраты не принимают они.
Троянский промолчал.
— И коробища как от холодильника, — пожаловался Вовк и оглядел женщину, обмякшую в кресле.
— Слушай, а ты же это. — внезапно сказал он.
— Что? — рассеянно отозвался Троянский.
— Ты ж не любишь… вот это. Живых баб.
Троянский посмотрел на друга. Вовчанинов слегка смутился, но продолжал:
— Забери ее, а? Как раз она вон тебе. Это самое.
Троянский поморщился.
— Да бери ты, — напористо сказал Вовк и посмотрел на часы.
Троянский вздохнул.
Вовк клялся и божился, что не трогал Мию, только распаковал. Троянский все равно провел несколько вечеров на сайте производителя, выбирая из десятков моделей вульв, вагин, сосков и рта. После этого вульвы и губы самых разных форм вращались у него в голове, пока он медленно сползал в сон.
Замена частей оказалось делом простым. Аккуратные, нисколько не оскорбительные для глаза углубления для частей намекали на продуманность дизайна. Во всяком случае, мясником Троянский себя не ощутил, хотя чутко прислушивался к внутреннему датчику отвращения.
Последним он вставил и защелкнул Мии новый рот, а затем отклонился назад, чтобы оценить все лицо целиком. Новый рот значительно менял ее внешность — предыдущий был слишком пухлым и широким на его вкус. Раньше она была похожа на студентку менеджерского факультета, а сейчас выглядела серьезной.
— Ты будешь… искусствоведом. — сообщил Троянский.
Миа не возразила.
Подчиняясь непонятному себе порыву, он взял ее мягкую, практически человеческую руку, и поднес к губам.