Рассказы гильдии. Синтоконсул (начало)

Весеннее небо.

Хмурое весеннее небо — оно очень переменчиво и разнообразно. Но в отличие от осеннего, оно более оптимистично — все неурядицы временны, все похолодания проходят. И всё движется к теплу и солнцу. А потому смотреть в такое небо хочется, пусть оно пока и не радует. А не думать о том, что пять минут назад позвонили и сказали, что на склад трубного завода, смяв шлагбаум, заехал мятежный танк. Заехал, повернул за угол и стоит — ни туда, ни сюда.

Казалось бы — раз у мятежников есть танк, у вас должен быть противотанковый гранатомёт. Но его нет. И гранат тоже нет. И много чего ещё нет. Хорошо, если в рожках патронов хотя бы наполовину.

Добро пожаловать в ополчение. Не с двустволками мятежников встречаем — и на том спасибо. Они, правда, и так отступают, но могут и огрызнуться, и повернуть. Но лапки кверху поднимать здесь никто не собирается. Насколько сможем, настолько боя и дадим. А там их уже ударный кулак нагонит и за вас отомстит.

Как уже было сказано — добро пожаловать в ополчение.

Почему никто не побежит и не посмотрит? Извините, здесь все жить хотят. И если погибать — так со смыслом. А здесь его нет: нужно не просто увидеть — а ещё суметь вернуться и рассказать своим. И если они не дураки (а они явно не дураки, иначе бы им никто тяжёлый танк не доверил), то они держат под прицелом поворот.

А стена у склада с той стороны глухая и окон нет. Как и выходов на крышу. Точнее, может, они и есть, но по смутному времени завод закрыт, а завхозы незнамо где. И пока их будут искать, тащить туда и проводить разведку с крыши — ситуация уже изменится и точно не в лучшую сторону.

Конечно, у нас есть методички с контурами бронетехники мятежников. И сверхтяжёлые там тоже есть. Так-то это одна платформа, но в разном исполнении — штурмовая, артиллерийская и миномётная. И сейчас идёт жаркий спор, у какой именно модели какой пулемёт где расположен. Что в принципе бессмысленно — неизвестно, какая из моделей стоит в том глухом проулке. И модель ли эта вообще — война заставляет проявлять фантазию. Так что там может оказаться любая переделка из машины тяжёлого дизеля.

Хотя против вас и бульдозер с наваренным листом поедет. Но в него можно и коктейлем Молотова покидаться. Их у вас тоже нет, но слить бензин из заправок и канистр и перелить его в бутылки можно быстро. Можно даже сразу в пластиковую канистру — чтобы уж наверняка. Вот только её всё равно нужно поджечь и метнуть. А перед этим выскочить в просвет, чтобы хотя край машины увидать. А ещё прицелиться и замахнуться.

И если у танка пулемёт впереди (а он наверняка впереди) — это верная смерть. И тоже без гарантии на эффект — сейчас даже бармалейский новодел делают с герметизацией. Как раз на тот случай, чтобы оружие пролетариата случайно не спалило содержимое дорогой техники.

Но делать всё равно что-то надо.

Вот только что? Ощущение, как в школе на контрольной — все чего-то пишут, делают умный вид, но вот только понятно, что никто ничего не знает и все лишь тянут время перед неизбежной двойкой. Ты тоже не ботан, но двойка тебя не устраивает — ты предпочтёшь ещё побарахтаться. А в этом их вялом разговоре смысл явно не родится.

А вот ещё один отщепенец от общего разговора. Видимо, сам хочет думать. И ты его знаешь — в школе, кажется, вместе учились. В параллельных классах. Пока ты в лицей не перевёлся. А зовут его... Горох его зовут. Уже не вспомнить почему, но он на эту кличку всегда откликался. Ты его лет пять не видел, если не все семь.

— Что думаешь?

— Да подорвать изнутри стену с той стороны — весь угол на них и ляжет. Стрелять они ещё смогут, а вот выехать — уже чёрта с два.

— А где взрывчатку возьмёшь?

— Вот в том-то и проблема.

Идея неплохая. Но в голову приходит только магазины фейерверков на Калинина. Вот только мучает тебя подозрение, что пока будешь ковырять из пиротехники её чёрный порох — как раз до зимы провозишься. Танк столько ждать точно не будет.

— Слушай, а если его коротнуть?

— В смысле?

— Ну устроить ему короткое замыкание на корпус.

— Чем? Столбы с проводами там не стоят — завод всё-таки. Что мне тогда — кабель из цеха к нему тащить?

Поздно — Горох уже ухватился за идею, и будет теперь её прожимать до упора.

— Кабель не надо, там импульса хватит. Вряд ли их на такую пакость натаскивали.

— Это же танк. Он столько весит, что им твой импульс как жук на лобовуху.

— Не боись — всё продумано. Гусеницы в обрезине — это и минус вес, и заряд в землю не стечёт — всё им достанется.

— Всё равно — чем ты их стрекать собрался?

— Да хоть аккумулятором, хоть прикуривателем — лишь бы был источник ампер на десять.

— И как ты собрался им крокодила на корпус цеплять?

— Да не надо ничего цеплять — главное, чтобы контакт был. Танк железный — контакт там везде контакт. Добавим магнит, чтобы прилепилось — и будет им двести двадцать без масла. Я там чутка перепаяю — сработает как один большой конденсатор.

Идея интересная. Замкни их на корпус и внутренней электронике тоже привет. А без неё танк стрелять и ездить уже вряд ли будет. И тогда машиной город будет точно не взять. Его и так не взять, но сопротивляться надо. Осталось только найти где-то два мощных стартёра для грузовиков. А потом ещё подождать, пока Горох их допаяет.

С первым пунктом всё оказалось просто — один девайс был в магазине автозапчастей, второй отдал какой-то шофер, когда мимо него пробегали со странными глазами и спросили — «мужик, есть внешний стартёр на тягач?». Просто удивительно, насколько порой решаются вопросы, когда действительно надо.

А вот паял он долго. Непозволительно долго. Отвратно долго. Сколько именно — не сказать, ты на часы не смотрел. Ты стоял у него над душой и внимательно смотрел на руки, да скакал туда-сюда по комнате, подавая детали. Вышло криво, косо, но проволока испарилась со вспышкой почище электросварки. До сих пор по глазу световое пятно.

Авось им будет ещё хуже.

И раз бума и бабаха до сих пор не слышно, а дыма не видно, остальные тоже так ничего не придумали. А раз так — надо преодолеть дрожь в коленках и всё-таки идти. Смешно будет, когда к нему подберутся, а он уже уедет. Лови его потом вдогонку. И ещё нужно раньше времени эту штуку не уронить — собрана вся конструкция на проводах, соплях и уголке.

И нужно ещё и ещё раз понимать, что это путь в один конец — только выскочить и бросить. Даже если успеть заскочить обратно за угол — замыкание накроет и электроспуск. А снаряд у них наверняка шрапнельный и наверняка нацелен в правый угол — левый и так видно до следующего забора.

Но ещё двух таких психов в городе вряд ли найдётся. А если даже и найдётся — то у них точно нет такой восхитительной штуковины, воняющей электролитом на два метра окрест. Правда, Горох, похоже, хочет сделать всё сам единолично. И, похоже, будет на этом настаивать. А драться с ним из-за права первым лечь под гусеницы... как-то это неправильно.

— Взяли! Взяли! — навстречу по улице летит парень с шалыми от счастья глазами.

— Чего взяли, кого взяли, куда взяли?

— Тот танк, что на заводе стоял — с ходу его взяли! Даже пикнуть не успел!

Горох от удивления едва электрокоробку не выронил:

— В смысле?!

— Наши в город вошли! Ускоренным маршем! Мятежники теперь по шоссе вовсю через Перекоп драпают! Только колонна по Таврической пропылила на газах и привет! А танкисты те, что утром были — сдались сразу же! Наших увидели и тут же лапки вверх подняли! Везуха же, ну?!

Парень, вот чтобы тебе два часа назад, или пять минут вперёд появиться?! Казалось бы — надо бы радоваться — сегодня мы не умрём. Вот только что ты, что Горох — уже морально подготовились прихватить этот треклятый бронеполз с собой.

А тут такой облом.

***

Сегодня в городе гуляния — чествуют освободителей. Заодно ещё администрацию, ополчение и дядюшку Френкеля как майора и заодно её командира. По этому поводу в центральном парке большое скопление народа и вкусные запахи аж досюда.

Но ты туда не пойдёшь. Потому что патрулируешь улицы. На деле ты просто шляешься по центру улицы, пиная неубранный мусор. У тебя хватает совести не портить другим праздник своей кислой физиономией. Хотя вроде всё хорошо и даже немного отлично — в городе теперь будет стоять гарнизон. Но сколько городков, городов и деревень в стране? Всем поставить — армия кончится. Кто тогда будет додавливать мятежников?

Но на деле всё посчитано: гарнизоны стоят временно — на случай прорыва, спящих ячеек и вообще поддержания порядка. Когда фронт отойдёт и здесь станет глубокий тыл, гарнизон снимется и пойдёт вперёд. Остаётся только военная администрация, да рота-другая охраны на район. Так армия тоже уменьшается, но гораздо медленнее.

Вот только тебе от того ещё противнее. Уже третий день как, а запал прыжка под гусеницу всё так и не прошёл. Ты всё так же хочешь разобраться с этим танком, который у тебя прямо из-под носа увели. Ты ведь его даже так и не увидел. Хотя очень подробно представил, как произойдёт ваша мимолётная встреча.

Хотя промазать бы очень не хотелось. Было бы очень позорно и унизительно. Хуже, чем в школе на физкультуре без штанов остаться. Придётся стоять и смотреть, пока они там внутри наржутся и дадут себе труд нажать на гашетку...

А вот на запах мысли и Горох подтянулся. Сейчас нудить будет. Или нет — вид у него больно собранный и деловитый. И с сумкой наперевес.

— Я знаю, где он стоит.

— Кто стоит?

— Танк тот.

— Его ж сожгли.

— Нихрена. Он на складе сейчас. Ну там, где бывший молокозавод. Только там ворота такие, чтобы он пролез. Да и до железки недалеко — видимо, вывозить собираются. Марк там кладовщиком работает, так он видел, как его туда ночью под покрывалом втаскивали. А персонал потом разогнали по домам до особого распоряжения. Конспираторы хреновы.

Действительно, что-то стрельбы и разрывов вы не слышали. А тяжёлая система бесшумно не берётся — её сильно ломать надо. И если её просто бросили — это ещё оскорбительнее по отношению к вашему подвигу и жертве. И что он стоит на складе — тоже логично: на штрафстоянке он бы привлекал много ненужного внимания. Хотя почему не оставить его сразу на заводе? Там ведь тоже есть склады и тоже немаленькие. Но логика начальства она такая — простому человеку не понять.

— Я хочу его поджарить. Тогда хотел и сейчас хочу. Все сейчас у администрации и скоро ни нас, ни его не хватятся. Ты со мной?

Тут важно не соглашаться сразу же. А подумать для приличия пару секунд и потом значительно кивнуть. Будто ты и вправду что-то обдумывал.