Томбе ля нежить

Мой Тургеневский парк миражами дрожит,

Где в аллеях под липами старыми

Уж к Лаврецкому Лиза босой не бежит,

Уж никто не всплакнёт по Инсарову.

Где давно уже нет ни обид, ни идей,

Там, где Ася — лишь листик в гербарии,

Где с пелёнок отцы пожирают детей,

Где палёнкой отравлены парии.

Там, где вешние воды промерил мой лот,

Переврав все сюжеты исходника,

Саблезубые жабы волшебных болот

Сочиняют записки охотника.

Что ни сей, а восходит одна лебеда.

Ни признания, ни прощения.

Доживать на краю у чужого гнезда

Мне и то не дано в утешение.

Станет память лишь титром к грядущему сну,

Жёлтым следом на сумрачном инее,

Где, быть может, и я эпизодом мелькну

В наступившего века унынии.