ГОГИ

— Гоги, мальчик мой, подойди ко мне... — старый отец Гоги, Вахтанг, с трудом приподнимается на постели. 
Гоги, огромный семнадцатилетний кахетинец, слегка наклонившись, встает у кровати. 
— Да, папа.
— Я уже стар, сынок. Сегодня, пока я еще с вами, хочу научить тебя одной старой мудрости. 
— Слушаю, папа. 
— Возьми прутик, сынок. Сломай.
В руках Гоги с резким щелчком ломается хворостина. 
— Теперь, сынок, возьми и сломай веник. 
Гоги поднимает старый голик, стоящий около печки. Почти без напряжения ломает...
Вахтанг озадаченно смотрит на сломанный веник, Гоги — вопросительно на папу...
— Хорошо, сынок. Принеси вязанку хвороста и попробуй сломать ее...
Гоги возвращается быстро — взял вязанку со двора. Напрягается, на лбу вздуваются вены, помогает коленом — с хрустом ломает. Подымает на папу глаза.
— Так?
— Эх, Гоги. Дураком ты жил, дураком и помрешь, наверное... — обессилено откидывается на подушки Вахтанг...
* * *
Гоги переломал все веники во всех пятидесяти дворах поселка и принялся за вязанки с хворостом — он обязательно решил постичь древнюю мудрость. Односельчане сначала молчали, боязливо поглядывая из окон на процесс. Но к вечеру, когда Гоги взялся за запасы хвороста, мужчины не выдержали...
Гоги ловили долго, почти всю ночь. Но уже к утру он точно знал, что настоящая сила — в коллективе!