МОРКОВЬ

В четыре часа пополудни Яна проснулась, выпила чашку белого чая, выкурила утреннюю трубочку, и оцепенела на балконе. Солнышко ласково шелковилось, листики тикали, облачка волхвовали о цикличности сущего. Воздух щекотал оливку носа мятными струйками, всасываясь и растворяясь в глубинах Яниного нутра. Диафрагмы зрачков трепетали, не находя объекта приложения сил. Изумрудные блюдца Яны не смотрели никуда. Пришёл кот Волк, вспрыгнул на колени и лбом поддел ладонь, — гладь, мррр. Она запустила пальцы ему под лопатки, стиснула упругую тушку, натянула кожу морды на затылок, прижала уши и крепко поцеловала в нос, — беги, меховой, а то затискаю. Пора было приниматься за работу, и Яна включила компьютер. Что тут у нас? 

Катя не смогла остаться с Колей наедине. Валентин прошёл первые врата сновидения. Полина, наконец, открыла анахату. Славик побрил хомяка.... Ну, что ж.... Катю — на холод, чтобы захотела согреться, Валя пусть практикует спящего льва, Поле — прокачать сваттхистану, а вот Славик — это проблема. Ему девятнадцать и он влюблён в Яну, как морской песок в отпечатки босых ступней мулатки. Терять мальчика не хотелось — он стабильно платил и божественно декламировал Элюара, но эти его фантазии.... Он не умеет контролировать спонтанно возникающие желания в отношении мелких животных. В прошлый раз сосал медузу, до этого — принимал ванну из кузнечиков, татуировал поросят, лизал гребешки петухам, а началось всё в школе, когда одноклассница душила его амурским полозом.... Видимо, выход один. Яна до последнего не хотела рекомендовать его Славику, но ситуация становилась критической. Необходим алкогольный делирий. Значит, так.... Месяц беспробудного запоя, резкое прекращение, и через неделю — микрозоопсии. Когда он насмотрится на летающих зубастых ящериц, крошечных бегемотов с ядовитыми бивнями и крокодилов-альбиносов, размером со спичечный коробок, его вряд ли снова потянет к реальным зверушкам. Плюс скорая наркологическая помощь — фиксация, нейролептики.... Так и скажем юному поэту на завтрашнем скайп-сеансе. А на сегодня работа закончена. Пора завтракать.

Изрядный ломоть говядины, смазанный маслом виноградной косточки, брошен на сухую горячую чугунную сковородку. Две с половиной минуты с одной стороны, столько же — с другой, слегка запечатать торцы, и — кровавый стейк готов. Немного морской соли, свежемолотого перца, большая луковица, тост из отрубного хлеба, огромный стакан ледяного кваса. Иногда Яна любила выпить за завтраком рюмку-другую водки, но сегодня было нельзя. Ей предстояла встреча с Женей Кавериным, а он, если верить слухам, не терпел алкогольных вибраций. Женя вчера неожиданно позвонил и попросил, вернее — потребовал встречи, умолчав о причине. Яна была заинтригована и немного встревожена. Она, разумеется, много слышала о Жене, но никогда не виделась с ним. В оккультных кругах Каверин был известен, как очень сильный маг, который в любой момент может створить реальный замес — такой, что небеса тряхнёт, будто щёки борца сумо на цирковом батуте. Поэтому Яна отказалась от водки, напилась чёрного кофе с чесночным мёдом, и вызвала такси.

Водитель обнажил резцы в радушной улыбке, и сразу врубил музло. Вкрадчивый девичий голос эротично гипнотизировал:

 

«Я встретила его —

Такого ого-го!

С татуировкой суры из Корана.

Он мне сказал, — о, да!

Я, детка, хоть куда!

Верховный гинеколог Дагестана».

 

Выключите, пожалуйста, — попросила Яна. Водила кивнул и сделал громче:

 

«Меня он целовал,

Меня обследовал,

Лечил массажем мышечные спазмы.

Аллах не даст соврать —

Я раз сто сорок пять

Тряслась под ним в конвульсиях оргазма».

 

Вы меня не поняли, я просила выключить эту хрень, — рассердилась Яна. Таксист удивлённо поднял мохнатую бровь, — «дальше будет самое интересное»!

 

«Прошли те времена.

И я опять одна.

Всё чаще стала напиваться пьяной.

За ним закрылась дверь.

О! Где же ты теперь,

Верховный гинеколог Дагестана»?

 

Вы издеваетесь? Не советую. Яна зло просверлила взглядом бритый затылок над небритой шеей.

«Покоя в сердце нет.

Я вышла в Интернет

И поразилась глубине обмана.

На сайте Порно. ру

Долбил мою дыру

Верховный гинеколог Дагестана».

 

Мужской хор задорно грянул припев:

 

«А сердце, сердце девушки болит

Кровавой дефлорационной раной.

Когда, когда, когда он позвонит

Верховный гинеколог Дагестана»?

 

Таксист расхохотался и убрал звук, — разве не прелесть? Питерские ребята поют. Мои друзья. Хотите, познакомлю? Яна громко пукнула и её стошнило на спинку водительского кресла, за воротник незадачливого автомобилиста. Сдачи не надо, — она хлопнула дверью колымаги и, по-заячьи подпрыгивая, мигом запутала следы. Меломан хренов. Пусть знает, с кем связывается. Ведьма я или нет? Меж тем, смеркалось.

 

Женя курил на скамейке под дубом. Он сразу заговорил о деле: Дело в том, что к нам явились гастролёры — шаманы Чёрного Бона из Чечни. Они практикуют РО-ЛАНГ. Это переводится с тибетского, как «труп, который встаёт». При проведении ритуала, шаман запирается в тесной комнате один на один с трупом. Он должен оживить мертвеца, распростершись на нём, прижав рот ко рту, беспрестанно повторяя мантру ОМ ВАДЖРА ХАИ ХУМ ДЖАИ ХАТ, ни на секунду не отвлекаясь никакой посторонней мыслью. Через несколько мгновений труп начинает шевелиться. Он приподнимается и старается избавиться от шамана, но шаман тесно прижимается к трупу, не отрывая рта от его губ. Наконец, кончик языка трупа слегка высовывается. Это критический момент ритуала. Шаман должен вцепиться зубами в язык мертвеца и вырвать его. Тело тотчас же вновь окостеневает. А его высушенный язык является самым могущественным амулетом для выполнения сверхсильных манипуляций. Особой мощью обладает язык из трупа мага. С ним можно разрушать и создавать миры. Не понимаешь — к чему всё это? Сейчас объясню. Чеченские гастролеры охотятся за моим языком. Если они его получат, то — конец всему. Мир рухнет. Надо их опередить. Я напьюсь водки и передознусь героином, а ты проведёшь Ро-Ланг. Не смотри сумасшедшими глазами. Ты выкусишь язык из моего трупа и уничтожишь злоумышленников. Иными словами — спасёшь мир. Согласна«?

Женя замолчал. Молчала и Яна. В ушах у неё звенело, но не назойливо, а как будто сквозь ватные заглушки. На скамейке неподалёку длинноволосый мужчина мирно беседовал с девочкой лет пяти.

 

— Папа, что такое труп?

— Труп, доченька, — это тело, которому ты служишь.

— А какому телу служишь ты?

— Я — музыкант. Музыка — тело всей моей жизни.

— А, правда, что труп превратил обезьяну в человека?

— Правда.

— А как же Волк?

— Что Волк?

— Разве людей сделал не Волк?

— Кто тебе это сказал?

— Колина бабушка. Она вчера во дворе палкой махала и кричала: «Побойтесь Волка, выродки». Папа, а что такое «выродки»?

— Давай лучше поговорим про Волка. Что такое, по-твоему, Волк?

— Он как Колина бабушка — толстый и всё время орёт.

— Мне больше нравится идея, что Волк — это, прежде всего, морковь!

— Морковь это когда целуются, что ли?

— Морковь — это основа всего.

— Не понимаю, что ты говоришь.

— Надо внимательно слушать сердце. В нём живёт морковь. Эта морковь и есть Волк.

Яна внимательно посмотрела в Женины глаза. Я нравлюсь тебе? Ты не знал, как пригласить меня на свидание и придумал всю эту безумную историю? Маг покраснел, как варёный рак. Яна взяла его руку, поднесла ко рту и откусила ногтевую фалангу мизинца. Кровь весёлой струйкой поставила пятнашки на её лице. Женя засмеялся. Это морковь, — поняла Яна. Точно морковь.