Кислица

Начало мая выдалось просто чудесным: тепло, солнечно, свежие листья струятся из веток.

            – Дети, – прохаживаясь вдоль строя на внеочередной линейке, сказал Алексей Михайлович – директор школы, – в честь праздника Победы в РОНО принято решение провести военную игру «Зарница», – замолчал, с ожиданием глядя на нас.

            Строй молчал.

            – Ура, – негромко подсказала стоящая на правом фланге завуч.

            – Ура! – послушно грянули мы.

            Эхо заметалось в коридоре, отскакивая от увешанных стендами стен.

            – Будут сводные команды от четырнадцати школ, мы выставим две…

            – Ура, – снова подсказала завуч.

            – Ура! – эхо скакало, оконные стекла дрожали.

            – Вы должны победить!!!

            Завуч захлопала, мы вслед за ней.

            – Вопросы есть? – когда отзвучали аплодисменты, спросил директор.

            – Да, – Андрюха Пончик, бывший моим другом до того, как остался на второй год, поднял руку.

            – Да, Родионов?

            – Что мы должны делать?

            – Там ничего сложного, – Алексей Михайлович стал загибать пальцы, – бег по пересеченной местности, тропа разведчика, установка палатки, разжигание костра, стрельба из пневматической винтовки и так еще, по мелочам.

            – А где будут играть?

            – В районе Святого колодца. Еще вопросы?

            – Кого в команды возьмут? – спросил мой одноклассник–второгодник Вацик Кострожегов по кличке Череп.

            – Списки я составил, классные руководители вам сообщат. Еще вопросы?

            – Я буду в команде? – снова спросил Пончик.

            – Андрей, а в чем из перечисленного ты силен? – Алексей Михайлович остановился напротив Андрюхи.

            – Ну…

            – Вот ты и ответил на свой вопрос. И куришь ты много, бегать быстро не сможешь. Младший Шеппе с Костроминым точно войдут, – директор посмотрел прямо на меня. – Им по лесам скитаться не привыкать.

            Стало понятно, что Михалыч нас не простил за тот случай, когда мы с немцем Володькой Шеппе сбежали с картошки и, заблудившись, двое суток ходили по лесам[1].

            – Еще вопросы?

            Строй молчал.

            – Тогда всем спасибо за внимание. Разойтись по классам.

            Назавтра поутру мы собрались в заросших лесом глубоких оврагах. Полдня беготни по лесам, оврагам и перелескам с планом местности, отмечая печати на контрольных пунктах.

            – Интересно, нас кормить будут? – спросил Володька Шеппе.

            – Тебе бы только пожрать, – я поправил на плече постоянно съезжающий деревянный автомат. – Нам выиграть надо, вся школа смотрит.

            – Игры это все, – презрительно плюнул под ноги немец.

            – А если бы на самом деле война была? – спросил Вацик.

            Как и за что он попал в команду, было не понятно никому. Видимо, директор так решил пошутить.

            – На войне обед по расписанию, – отозвался Шеппе.

            – Это у вас, немцев, по расписанию был, поэтому мы вас и победили! – весомо припечатал Вацик.

            – Сам ты!.. – Володька сорвал с плеча автомат и едва не заехал увернувшемуся Черепу по черепу.

            – Хорош вам! – я удержал немца. – Из-за вас мы проиграем.

            – Жрать охота, – почесал живот Володька.

            – Во ты нытик. Смотри, – я на ходу сорвал широкие листья, – это черемша. Жуй, – протянул ему. – А вот это, – сорвал другую, – кислица. Кушай на здоровье.

            – Вкусно, – Володька жевал, словно жираф.

            – Тут на «подножном корме», как партизаны, жить можно, – я сорвал кислицы и себе.

            Володька сорвал нежный лист подорожника и прежде чем я успел остановить, проглотил. Я промолчал, вспомнив, как он перепутал ампулы в коллекции[2].

            Добрались до стоянки, оказавшись вторыми. Пока мы с Черепом осматривали предстоящую «тропу разведчика», Шеппе общался с ребятами из других школ, что-то увлеченно рассказывая и срывая траву. Когда собрались все команды, то Володька куда-то запропастился. Ставить палатку нам пришлось вдвоем. Палатку и я и Вацик видели первый раз в жизни и с треском провалили испытание.

            – Где фашиста носит? – кусал губы Череп, наблюдая, как соперники ловко ставили палатку. – Проиграем из-за него!

            – Да ладно, он то чем виноват?

            – Он же приезжий, вдруг умеет палатку ставить? Может они, немцы, все умеют?

            – Я откуда знаю? – пожал я плечами.

            Не в пример нам, другие участники со шнурами и колышками справлялись лучше.

            – Проиграем! – едва не заплакал Вацик.

            Кожа на его лице натянулась еще сильнее, целиком оправдывая кличку.

            – Не корову проигрываем, успокойся.

            Откуда-то из кустов вынырнул Шеппе с позеленевшим лицом.

            – У вас газеты нет? – страдальчески спросил немец.

            – Нет, – сказал я, а Вацик набросился на Володьку:

            – Где тебя собаки давят?

            – У меня это… живот от вашей кислицы прихватило, ой, – ломанулся обратно в кусты.

            Мы с Черепом изумленно переглянулись.

            – Что русскому хорошо, то немцу смерть, – вспомнил я бабушкину мудрость.

            – Что делать? – спросил Вацик.

            – Я откуда знаю? Вдвоем придется…

            Не пришлось. Пока наступило время «тропы разведчика» многие команды не досчитались участников, по примеру наивного немца наевшихся разной травы. К вечеру «Зарница» была сорвана окончательно, участники разъехались по домам. А нас троих за нечаянную диверсию опять исключили из школы.

            – Так бы мы выиграли, – говорил всем расстроенный Вацик, – но вот не получилось…

 

[1] См. рассказ «Кино и немцы».

[2] См. рассказ «Кино и немцы – 3».

«Наследники Мишки Квакина. Том III» https://ridero.ru/books/nasledniki_mishki_kvakina_2/