Джанго

Когда в далёком 1982 году, мне, молодому романтическому юноше, мечтавшему научится играть на гитаре, как и сотням тысяч ребятам того времени, попалась книга «История подлинного джаза» Юга Панассье (Hugues Panassie), меня поразила практически мифологическая история о гитаристе–виртуозе, который играл только двумя пальцами. В то безинтернетное время, когда о своих рок–кумирах мы узнавали, в лучшем случае, из «Ровесника», а лица представляли по фотографиям тысячи раз переснятых с телевизора ГДР–ской программы «Рунд», на которых себя не узнали бы и сами кумиры, ходило много разных слухов о чудесных историях, как простые дворовые мальчишки превращались в идолов миллионов. Ходили слухи, что «Битлы» совсем не знали нот, а Джимми Хендрикс сам себе сделал гитару. Мы питались этими слухами и успокаивали себя тем, что возможно и нам всё же повезёт и мы получим славу и известность, не имея на то ни таланта, ни упорства, ни многочасового каждодневного труда. Поэтому и та история о французском гитаристе встала в тот же ряд, что и большинство слухов. Уж слишком она была сверхъестественной. Звали этого гитариста — Жан Батист Рейнхардт или Джанго.

Много позже, эта история попалась мне снова и с новой силой захватила меня, но уже не как байка, а как подлинная история жизни, полная драматизма, оглушительного успеха и разочарований, славы и забвения, любви и страданий, бесконечного символизма всей его жизни, начиная от имени, словно новая проснувшаяся звезда и заканчивая внезапной смертью, подводя черту под славной эпохой свинга. Его жизнь будто захватывающий роман, написанный гениальным писателем. Когда я читаю биографию Джанго, меня не покидает чувство, что я смотрю старый черно–белый фильм, наивный и искренний, каким и был сам Джанго.

Джанго Рейнхардт оказался первым неамериканским музыкантом, оказавшим огромное влияние на джаз и популярную музыку того времени и в значительной степени

обусловившим направление их дальнейшего развития. Его талант во многом способствовал переосмыслению роли гитары, как солирующего инструмента в джазовых оркестрах и в дальнейшем, ставшей неотъемлемой частью рок–культуры. Оригинальная манера Джанго нашла своих последователей в период расцвета гитарного рока и, в частности, джаз-рока и фьюжн. Своим учителем его называют: Джон Маклафлин, Ли Ритенур, Рон Вуд и Нил Шон. А история Джанго настолько вдохновила Тони Айоми, что он смог после травмы не только вернуться к гитаре, но и стать ведущим гитаристом «Black Sabbath».

Его пример вдохновил не одно поколение цыганских музыкантов, тщательно и бережно оберегая наследие Джанго, они дополнили и обогатили его, превратив в самостоятельный стиль — джаз–мануш или цыганский джаз, который и по сей день имеет немало поклонников и последователей.

Жизнь Джанго — это цепь удивительных случайностей, неожиданных встреч и знакомств, которые очень сильно повлияли на его жизнь и карьеру, а его характер — удивительное сочетание гениальности и глупости, смелости и трусости, щедрости и скупости — бесконечный предмет вдохновения кинохудожников от Тони Гатлифа до Вуди Аллена.