Альбер Камю, «Посторонний»
Доброго времени суток, друзья. Сегодня на обзоре у меня снова золотая классика европейской литературы XX века. Которая неожиданно оказалась похожа на предыдущую прочитанную книгу (тоже из «золотой классики») — на «Будденброков» Томаса Манна. Не стилем, не сюжетом, не подачей. Своим подтекстом. Впрочем, ожидать этого, наверное, всё же стоило. Ну, или, как минимум, такому не нужно было удивляться.
Альбер Камю, «Посторонний»
Сразу скажу, что взяться за неё у меня было сразу несколько причин, и все они — особые. Прежде всего, я уже давно задался целью прочитать все книги, которые читает главный герой моего любимого романа «Норвежский лес» Мураками Харуки. Я их для себя так и называю — «книги Ватанабэ», по имени этого главного героя. И, могу сказать, что, зная его книги, можно увидеть в любимом романе целые слои новых смыслов и подтекстов. Разгадать мысли автора. Понять то, что он хотел тебе сказать, его намёки. А также мысли и чувства главного героя. Ну, и, плюс ко всему, у Ватанабэ весьма неплохой литературный вкус. Пусть и весьма специфический, но это, как раз, вполне объяснимо. Кто читал «Норвежский лес» — тот поймёт.
Но, а кроме того, к самому Камю у меня очень особое отношение. Во-первых, действительно серьёзным чтением я увлёкся не так уж и давно. Камю был одним из тех, с кого я начал и благодаря кому оценил настоящую литературу. А, во-вторых, его роман «Чума» был последней книгой, которую я прочитал перед войной. Вот уже, без малого, десять лет назад. Так что новое обращение к Камю изначально вызывало у меня особые чувства.
И я совершенно не удивлён, что эта книга оказалась в «списке Ватанабэ». А ещё в том, что она, как я выяснил, в разное время серьёзно влияла на совершенно разных творческих людей, от писателей и художников, до рок-музыкантов (включая и отечественных тоже). В эту короткую повесть (чуть более сотни страниц) Камю ухитрился зарядить очень много смыслов и контекстов. Другое дело, что к ним самим у меня отношение после прочтения, мягко говоря, неоднозначное. Как и к самой книге. Вот об этом сегодня и будет у нас разговор.
Что самое занимательное — эта книга очень здорово напомнила мне ещё одно произведение. Самое первое, с которого началось моё серьёзное чтение ровно десять лет назад — роман «Тошнота» Жана-Поля Сартра. И пусть авторский стиль и даже атмосфера у них весьма разные, но основная тема в общем и целом та же — человек, переживающий жесточайший экзистенциальный кризис. Впрочем, между ними есть и огромная разница, но об этом чуть ниже. Так вот, главный герой Камю — это человек, не понимающий, зачем живёт. Вообще не понимающий. Для которого оная жизнь, как дурацкая комедия в заштатном кинотеатре, в который он случайно забрёл на ночной сеанс, смотрит не с начала и плохо осознают, что вообще происходит на экране. И если герой «Тошноты» Сартра жестоко страдает, то этот человек... Ему всё равно. Его единственное чувство — это недоумение. Он находится в абсолютном недоумении от этой жизни. Для чего вообще всё это? Зачем? Что это? Он недоумевает до такой степени, что даже когда его судят с перспективой смертного приговора, он смотрит на это с запредельным равнодушием. Не как на то, что его касается, а как на судорожную суету и истерику непонятных персонажей в стиле Кафки. И под конец начинает возникать ощущение, что судят его не за убийство, а за это равнодушие — именно его предъявляют главному герою в качестве главного пункта обвинения. Именно в этом его обвиняют. Для того странного бредового наваждения, которым выглядит общество, суд и вся окружающая реальность, равнодушие к ней — главное преступление.
И вот здесь снова выплывает то, что и делает Альбера Камю похожим на Томаса Манна — апологетика смерти. Всё та же. Даже поданная в каком-то неуловимо похожем изложении. Как же этим, всё-таки, пропитана европейская литература XX века. От неё просто разит небытием. Бездонной, чёрной гностической жаждой смерти. Прекращения существования, как наивысшего блага. Любого существования.
И как раз в этом месте вдруг обнаружилась та самая огромная разница между Сартром и Камю. Парадоксальная разница, ставшая для меня абсолютной, почти шокирующей неожиданностью. У мрачного, депрессивного Сартра в конце была надежда. У Камю её нет.
Герой Сартра ищет и находит точку опоры. Для героя Камю эта жизнь — идиотский спектакли и абсурд, а человек в ней — посторонний.
И, знаете, мне вдруг подумалось: какая же, на самом деле, колоссальная культурная и ментальная пропасть между Россией и Европой. В нашей культуре над теми же самыми вопросами рассуждает Пушкин:
«Дар напрасный, дар случайный,
Жизнь, зачем ты мне дана?
Иль зачем судьбою тайной
Ты на казнь осуждена?» ©.
С первого взгляда видно, что даже в самом формулировании этих вопросов не прошито яростное отрицание жизни, как таковой, и желание её прекращение. Не удивительно, что ответы, которые в итоге находит русский поэт, никак не связаны с воспеванием смерти. А к чему приходят в тех же обстоятельствах «наши бледнолицые братья», отлично показал Альбер Камю. Это, кстати, хорошо объясняет то, что нынче происходит в самой Европе.
К слову сказать, в книге мне в глаза бросилось описание тогдашних европейцев и это, что называется, «большая разница» в сравнении с европейцами нынешними. Дело там происходит ещё во французском Алжире, и французы там дерутся с арабами. Причём, бьют их, что характерно (просто попытайтесь себе такое представить сейчас). И это совершенно другие европейцы: сильные, наглые, сэксуально активные. Создавшие ту самую цивилизацию, которая принесла миру прогресс... Прошло всего несколько десятилетий, а всё это — словно на другой планете. Даже не знаю, что сказать. Грустно это.
Читать книгу всё-таки рекомендую, не смотря на сказанное выше. Камю, всё же, очень хороший писатель. В том-то и беда. Так что хорошего чтения вам, друзья мои.