После

Раздвигаются пасти пустот,
Металлический воздух горяч,
Страшно думать: я больше не тот,
Кем однажды вошёл в эту дверь,
А точнее — влетел, словно мяч,
Вкус познавший побед и потерь,
За паденье принявший полёт…

Разрываются грани на раз,
Звон глотают железных цепей,
Пей-не пей, не закончишь рассказ
О судьбе, нет которой конца.
И прилипла тоска, как репей,
И путь жизни — подобье рубца —
След ожога от взглядов злых глаз.

Распадается прахом язык,
Сил немеют потоки во рту,
Нет спасенья от глаз этих злых
И ушей — слышат то, чего нет.
Первый, первый, держу высоту,
Вижу — то есть предчувствую свет,
И над пропастью город возник…

Этот город, живи-не живи
В нём, — растает, как вкус леденца,
Здесь гнездо я над пропастью свил,
Утром солнце в глаза — чем не Рай?
Я взлетаю с упорством птенца
Через ночь, через дым, через край —
Сквозь сплетение призрачных вил.

Я лечу — и не помню тоски
О былом, о несбывшемся, нет
Силы той, что погубит ростки,
Рёбер сталь распоровшие… Где
Тьма — известно теперь — и где свет,
Я иду по прозрачной воде,
И шаги нестерпимо легки…