«Чудо-женщина: 1984»

Напомню, что «Чудо-женщина» 17 года была триумфальна почти во всех отношениях. Фильм срубил без малого миллиард в прокате. Был положительно встречен критикой и массовым зрителем. В России, впрочем, фильм приняли далеко не все. Наивный и чудаковатый — он был совсем не таким, каким должен быть фильм о супергероях в нашем представлении. Лично мне фильм этим как раз и импонировал, ведь я далеко не самый большой поклонник фильмов про мальчиков и девочек в эластичных кальсонах: ходят все такие ясноглазые и на шарнирах, и в небо, как ракеты класса земля-воздух без всякого повода взлетают.

И в чем шик?

В том, что на такие фильмы, как правило, выделяются сотни миллионов — и мы видим спецэффекты, невиданные доселе?

Да? В этом?

Или в том, что такие фильмы заставляют нас на мгновенье поверить, что одним движением бутафорских мускулов можно сокрушить зло во всей Вселенной?

Я не знаю. Да, говоря откровенно, и не хочу знать; все эти розовые и голубые сопли массовой культуры были с легкостью размазаны и обойдены на крутых и визжащих поворотах к сердцам зрителей малобюджетным «Джокером» и еще более бюджетными «Паранормальными». И вовсе не потому, что их «супергерои» были склонны ко злу и многочисленным убийствам из хулиганских соображений, а потому, что это были серьезные фильмы, задающие всем и каждому ох какие непростые вопросы. Зритель самолично без помощи суфлеров — рекламы, шоу, новостей — решал загадки кинематографических сфинксов — и был благодарен за это создателям. Люди возлюбили новых эдипов и антигон, а не чебурашек с претензиями.

К несчастью, фильм 17 года и Чудо-женщину 20-го снимала женщина-режиссер. А женщина-режиссер — эта не та двустволка, которая стреляет дважды. Говоря без сантиментов — это даже не та двустволка, которая вообще стреляет. Дюкурно — это исключение из правил, но Дюкурно ведь и не женщина... в известном смысле. На жизнь такая смотрит волчьим взглядом и имеет на нее зуб. 

Уже в первом фильме Пэтти Дженкинс чувствовалась мышиная возня в голове (некоторые, в том числе и я, увидели в этом изюминку и оригинальность). Но во втором фильме от изюминки и оригинальности не осталось и следа, поскольку крышу у Пэтти снесло окончательно.

Глупо.

Аляповато. 

Инфантильно. 

И по-женски морально.

Да к тому же, к ужасу продюсеров, не в меру расточительно. По сути двести лямов пошли на причуды «женского интеллекта». Даже уровень спецэффектов в этом фильме сомнительный.

«Чем нелепей — тем лучше» — и так во всем. 

И это не злословие шовиниста — это творческий императив Пэтти, который она бросает в лицо зрителю с той непоколебимой даже гордостью, с которой пьяный поэт, стоя на столе в ночном кабаке, бросает публике растрепанные свои стихи: «ДА Я ТАКОЙ. МНЕ — НРАВИТСЯ. А ВЫ ХОТЬ УСРИТЕСЬ».

Так большинство героев «Чудо-женщина: 1984» могут дать фору героям «Тупой и еще тупее» именно в тупости.

Главный злодей — коварный бизнесмен Максвелл Лорд — напоминает Карлсона, которому до полного внешнего сходства не хватает повидла, размазанного по жирненькому личику и пропеллера, гудящего за спиной. Такой слюнтяй охотно позволил бы кормиться собственной кровью комару, вместо того, чтобы прихлопнуть его без всякого сожаления. Но он — мужчина, «мужчина с самом расцвете сил», а такой — потенциально опасен.

В лице главных героинь — Дианы и Барбары — мы имеем двух антиподов: с одной стороны, Диана — женщина красивая, волевая, целеустремленная; с другой — Барбара, «женщина в очках», батанка, чье дурашливое поведение скрывает под собой глубокие комплексы и трогательную душу тридцатилетней девственницы. Тем не менее женщины дружат между собой до такой степени интенсивности, что даже не знаю, до чего они додружились бы на наших глазах и в одной постели, если б однажды ночью Барбара не загадала желания у волшебного камушка:

«Ну пожалуйста, пожалуйста, волшебный камушек, сделай меня очень крутой»

А камушек возьми да и подкинься на эту провокацию — и вот Барбара уже не Барбара, а Гепардита, чьи ноги дружат с нейлоном, кожа — с парфюмом, а тело, в целом — с усами и хвостом. Нет, Гепердита не та кошечка, которая даст спуску коварному мужичью. Скоро она выпустит свои коготки!

Последние 15-20 минут довольно смотрибельны и «по-женски» моральны. Но они уже не могут изменить негативного впечатления от просмотра. В целом, самая мягкая и, думаю, объективная его характеристика: посредственный. За исключением кастинга, который и вовсе ужасен: и к без того довольно-таки посредственным Гадот и Пайну добавились Уиг и Паскаль.

Кто-нибудь может представить очаровательную дуреху из «Охотников на приведения» в роли роковой злодейки? Ну вот если посмотрите фильм, и представите, и посмеетесь заодно. И еще больше посмеетесь, когда увидите Паскаля в роли суперзлодея. И это притом, что он единственный актер, который играет на приличном уровне, но так уж получилось, что играет он Карлсона, который почему-то возомнил себя злодеем. 

Единственная аудитория, у которой фильм может снискать сочувствие, это — дети. Причем именно дети, а вовсе ни тинэйджеры, а из них, девочки, которые, естественно, не упустят возможность отождествить себя со своим кумиром — чудо-женщиной.

Поскольку я не девочка и даже не ребенок, фильм не показался мне удовлетворительным.