Прикосновение к камню
Теплого камня надгробья любимого
Я не касалась с начала войны.
Сколько в той нежности невыносимого.
Чем неживые гвоздики больны.
Что они горбятся, бледно-зелёные,
Или бегут от лица черно-белого,
Словно в молочном огне опалённого.
Всё неживое — такое несмелое.
Знать бы тебя, молодого, голодного,
Лет за семнадцать до первого выстрела,
Лишь для апрельской беспечности годного.
Все проиграли. Гвоздика — не вызрела.