Пятихатка

Все началось с одного урода-таксиста.

Я опоздал на последний автобус, вызвал от метро такси. Уже когда доехали, хотел отдать водиле последнюю сотку, но он сам предложил разменять мне тысячу. Ну, я и отдал ему тысячу, а он мне дал сдачу – несколько соток и одну пятихатку.

Еще уронил ее, как будто специально, и с каким-то странным любопытством следил, как я шарился под сиденьями и искал ее. Но тогда я не придал этому значения.

Уже дойдя до дома, я зачем-то полез в рюкзак и вляпался рукой в какое-то липкое гэ. Да, я за бананом полез, захотелось пожрать, а в холодильнике валялся только хлеб и сомнительная колбаса. Начал рыться в рюкзаке, достал кошелек, а из него — как будто из пятихатки — очится что-то гадкое, грязно-розовое,  как если бы насекомое раздавили. Еще и аромат — похоже на жасминовый освежитель воздуха, смешанный с дохлятиной.

От запаха у меня глаза заслезились.

Я вымыл кошелек, хотя проще было выбросить. Аккуратно обтер туалетной бумагой купюру. Выкинул банан и лег голодным спать.

А ночью мне приснился таксист, которому я типа даю эту пятихатку, а у него сдачи нет. И он мне говорит с ненавистью:

- Да чтоб вы подавились своими деньгами!

А пятихатка прилипает к моему рту, и я не могу дышать.

Я проснулся после этого в три ночи с огромным искушением выкинуть эту купюру, но решил, что это паранойя. Я вообще плохо сплю, когда не ужинаю. Подумал, на свежую голову разберемся.

С утра мне и правда в голову пришла гениальная идея. Положить деньги на безнал, заодно сгонять жратвы купить.

Я выбежал к ближайшей «Пятёрочке», нашел банкомат. И тут опять началось. Эта дебильная бумажка оказалась с небольшим надрывом, и я ее раз десять пихал туда. Потом психанул, стукнул банкомат, сказав, чтоб он подавился деньгами — и тот на удивление тут же сожрал пятихатку.

Но когда я затарился, если пакет пельменей и огрызок сыра можно считать тарой, и дошел до кассы, идиотизм вышел на новый виток. Терминал сказал «Недостаточно денег». Я промучился минут десять (может, деньги не дошли до счета), пытался даже зайти в онлайн-банк, но в итоге ушел без всего и с головной болью.

А дома выяснил, что вместо последний сотки у меня в снова заляпанном кошельке лежит эта липкая и драная пятихатка

Это была суббота, я должен быть сделать внештатный заказ. Я заварил себе молотой гречки, похлебал эту пищу богов и сел работать. Ну, то есть попытался начать.

Но вместо этого зачем-то загуглил «проклятые купюры» и увидел фоточку, похожую на мою. Розовая бумажка, истекающая какой-то своей денежной кровью. Пока я пытался найти сайт-оригинал — ее включали в какие-то странные картиночные галереи, но нигде не было никаких объяснений, — мне написал заказчик и сказал, что проект отменяется.

А в течение часа еще двое. Конец ноября, до зп две недели, а меня лишили хлеба с маслом.

Сайт-оригинал я нашел, но он был на казахском. Я помучился с гугл-переводчиком и плюнул. Свалил гулять по городу, обычно это меня успокаивает. Прошелся до Таганки, зацепил кусок бульварного кольца и выблудил к Курскому. И тут в подворотне на подходе к вокзалу я напоролся на нищего.

 Он клянчил денег, я, конечно, хотел сказать, что денег нет. А потом меня что-то дернуло.

Я помню, как достал эту пятихатку, протянул ее и сказал:

— Извини, она порванная, брат.

Помню, как нищий бегающими глазами огляделся, дернул рукой…

А потом задергался, вскрикнул и упал как от выстрела. Он был всё.

Я пытался убедить себя, что это от шока, но как-то самому не верилось.

Не помню, как я протупил остаток дня. Не буду говорить, что мне снилось, но это была опять уродская пятихатка. И мужик с бегающими глазами и дрожащей рукой.

С утра в воскресение я поехал на репбазу к друзьям. Ехал и думал, что делать с этой проклятой бумажкой, из-за которой у меня скоро не только с деньгами проблемы будут, но и с головой. Еще думал, может, ее в храм отдать, там отмолят не знаю от чего.

И тут меня озарило: таксист-то не зря ее уронил.

У следующего ларька с кофе я оттер эту бумажку как мог аккуратно, даже о штаны вытер. И заказ какой-то фигни, а расплачиваясь, уронил ее так, чтобы она улетела на ту сторону окна.

Проверил кошелек – пусто! Решил, что займу денег и как-нибудь дотяну до десятого числа. И в хорошем настроении поехал к ребятам.

Забежал на репетиционную базу, похлебал кипятка с привкусом чая, сжевал пачку чужих сухариков. В желудке было все еще пустовато, но я был в приподнятом настроении: ничего, еще прорвемся!

Когда репа закончилась и пацаны свалили на улицу, я задержался с басистом, который оплачивал аренду. И попросил денег, у него всегда водятся, он их притягивает как магнит.

Он мне говорит:

— Да, щас, подержи гитару. Была у меня тут «пятёрочка», надорванная, правда.

Я от шока уронил гитару. Поднял, чувствую, щеки горят. Думаю, ну, не может быть? Или, может, он в то же кафе зашел? Мог же зайти.

А он шарит по карманам и ищет и не находит. Еще говорит, мол, надо же, был уверен, такая приметная купюра, липкая чутка.

— Ну, нет, и не надо, — как бы отшутился я. — Слуш, погодьте меня на улице, забегу в сортир.

Метнулся, закрыл дверь на щеколду, проверяю кошелек. В кошельке лежит она. А это же репбаза, там в сортире постоянно накурено, и пепельница стоит, и зажигалка.

И я по наитию взял зажигалку и сжег эту пятихатку нах. Жег и старался, чтобы руки не дрожали.

Выхожу, ребята спрашивают, чем от меня так пасет.

— Деньгами, — говорю, а сам чувствую, что рожа у меня сейчас кривая и неестественная.

— Приманиваешь подобное подобным, нищеброд? — спрашивает Валька, солист.

— Боже упаси, — вырвалось у меня. Ну, как-то дальше отбрехался.

Как мне тогда хотелось сказать им всем, что за бство с этой купюрой вышло. Чтобы они заткнули рты. Но вряд ли они бы мне поверили. А зп десятого мне не дали, и вообще у нашей конторы потом проблемы начались с клиентами. Но не факт, что это связано.