Трюмо

Старое бабушкино трюмо, стоящее где-то там, в красном углу, в  частной коллекции, или совсем в другом месте, допустим,  в комнате  со стерильно белыми стенами, где боль и скрежет зубовный и  от белого сводит судорогой мозг, руки и ноги, - его может вообще не быть, оно может жить только в этих буквах, но трюмо безусловно порождает собой, своей предполагаемой формой существование некой красной линии, и она, беря начало в точке А, путает след в прошлом и будущем, как скомканный клубок красных ниток под лапками игривого котенка, петляет по годам, дням, домам, временам года, пронизывает судьбы, тела, розовые ушки  любовниц, касаясь ладоней, лиц, касаясь стен жилищ, предметов, сердец, разбитых и склеенных наспех  дешевым клеем, линия тянется дальше, вороша груды обломков черепов и черепков, нанизывая на себя бусинки  разных историй, страшных и скучных, безумных и никому не нужных – трюмо со складывающимися створками по бокам - так сходу не понять, что скрывает этот портал, что там внутри, - а там все просто, достаточно на кончике тонкой красной линии   добраться в прошлое до позднего юношества и любопытной страницы в  старой потрепанной брошюре под названием «Оккультизм. Деревенская магия», чтобы понять что можно провернуть с обычной восковой свечкой, если ты молод,  в светлом безумии  и по-детски веришь в чудеса,  а твоя  девушка кроме тебя любит кого-то еще, и с этим надо что-то делать, то кто знает , как может изменить жизнь ветхая брошюра с вырванными листами на гвозде в туалете? – рецепт одного из ее уцелевших листов прост:

Ночью, в предрассветный час, босиком, со свечой в руке  иди к реке длинной дорогой, войди  в реку  и три раза опусти  в воду свечу со словами... какими? Это не к нам, в словах вся соль и пустота – каким губами, как готовил ты язык свой к словам своим? Найди сам в себе главные слова свои, но слова не главное, они несущий  конь для намерения, главное мысли, настрой и стертые до крови ноги и так каждый день, изо дня в день, один месяц, другой... Когда взяв в руки свечу, почти не сможешь ее удержать, -  будешь знать что уже пора, ощутишь силу, - тогда сядь  в полнолуние у трюмо, открой его створки, зажги свечу и закрой  глаза. Открой.

Здравствуй.

Здравствуй  те.... Это... я? Это... ты?

Это ты. А это я.

Но как? Это же я. Мое лицо. Но такое чувство, что нет.

Поднеси руку к правому уху. Ты видишь, что я это тоже делаю. Но я подношу руку к левому. Как ты можешь быть мной?

Я хочу быть собой. Кто ты?

Вот мое имя.

Но это мое, только наоборот.

Ты все еще не понял?

Только то, что у нас много общего.

Вот именно. Но это не все. Ты видишь меня каждый день, но смотришь  без уважения. Ты любишь во мне себя, а не меня. Из отражения в каждом чайнике, в оконных стеклах, из стакана  с водой, от полированной двери авто, из каждой лужи я наблюдаю за тобой уже очень давно, а ты, кретин, свысока поглядывая на меня и поправляя идиотскую прическу, даже не догадываешься, куда  смотришь, и что на самом деле видишь. Это забавно, видеть ваши жалкие потуги казаться настоящими, играть в жизнь, при этом напрочь игнорируя другую сторону медали. Вот сейчас я говорю, а ты набрал в рот воды и в голове твоей кукушка изо всех сил долбит  череп, чтобы улететь от тебя навсегда. Отчего  вы решили, что можно вот так безнаказанно нанести на кусок стекла амальгаму из крови, серебра или золота и пялиться туда на якобы свои распрекрасные рожи? В вашем мире любое  действие оставляет след, всюду, любое отражение в зеркале. Если бы  ты знал, какие сонмы уродов неисчислимыми тучами населяют  миры по эту сторону...

Но есть некая вещь, о которой я открою тебе. Приблизь ко мне лицо... Так вот, если вы, так или иначе, оставляете  свой след у нас, то и мы... Достаточно лишь зажечь свечу.

На этих словах необходимо  немедленно, как можно быстрее захлопнуть створки зеркал, но чтобы не разбить, аккуратно, поторопись, задуй свечу, открой окна,омой лицо холодной водой, желательно на улице, в бочке, под полной Луной, но не пугайся, снова найдя там свое отражение и убедившись, что поздно, слишком поздно захлопнул створки,  твое отражение  испугано до предела,  в отчаянии ощупывает свое лицо, озирается по сторонам, хотя уже начинает догадываться, что нет там  ни лица, ни сторон, ни рук, а ты с лукавой улыбкой  подмигиваешь, ощущая как тебе идет этот новый костюм, новое лицо, после долгого сна ты снова чувствуешь ток крови по  жилам, вены, сосуды, странные ощущения новорожденной сладости,  непривычной жизни, сердцебиение, когда каждое прикосновение несет информацию, движение языка по губам, движение глазных яблок вверх-вниз,  звуки, запахи, урчание внутренностей  – все так впору, все так странно и хорошо, ты слишком долго наблюдал этот мир из холодной пустоты, - недурно, недурно – рукой  проведешь по Луне в бочке, навсегда сбивая в рябь изображение своего  визави, прощаясь и прощая, впереди еще так много, но первым делом  припрятать свечу, лампу  Алладина,  сжечь мост, чтобы еще один случайный самоубийца не выдернул эту чеку из беспечного любопытства, хотя, впрочем,  на самом деле тебя это касаться не будет – ты всегда можешь вернуться просто выйдя в окно, шагнув с крыши,  навстречу  своему  отражению на асфальте, раствориться в дожде, нырнуть в стакан с чаем, растаять  в луже или спрыгнуть в реку с моста – чем не приключение? Тело как обычно не найдут, да и зачем, если в  твоих  мирах это никого не волнует, а  что там действительно важно, так это  время от времени ловить в сети, ловить в отражения случайных зевак, продающих свои  лица за копейки дешевого внимания, за попытку увидеть то, чего нет в природе, поймать за хвост  свое эго, раз за разом окунаться в липкий мед самолюбования, совершенно не заботясь о том, что по ту сторону  накапливается отрицательное напряжение и их бесчисленные повторения, сливаясь в бесформенное, носятся армией призраков по пустоте, судорожно и отчаянно ищут выход, ищут малейшую возможность вернуться, вынырнуть, воплотиться снова, они исследуют любые пути, малейшую щель, отблеск, сквозняк, и , как вариант, оседлав в точке Б другой конец красной линии – вот точно как ты – пройти снова этот путь, несколько маленьких смертей и перерождений, несколько разрывов сердца  – подумаешь, ведь все понарошку, - снова и снова, чтобы только добраться сюда, на это  место, в старое бабушкино трюмо, затаиться  и ждать...

Когда ты в очередной раз откроешь створки и  зажжешь свечу.