Глазунья

Это самые красивые глаза, что он видел: темно-голубые, с фиолетовыми звездочками вокруг зрачка, а радужка словно обведена черным угольком. Таких он раньше не встречал.
Они лежали на его ладони, и он любовался. Прекрасное пополнение для коллекции.
Он поцеловал каждое глазное яблоко и погрузил их в баночку с формалином. Скоро на полке соберутся нужные оттенки человеческих глаз, и он исполнит свою мечту.
***
Ольга выкладывала покупки на ленту перед кассой и пыталась припомнить, все ли она купила, что планировала. Вроде все. Наверно…
Девушка нетерпеливо ждала, когда дойдет очередь до нее, но тетка, что рассчитывалась с кассиром, докапывалась до каждой позиции в списке:
— А вот на эту колбасу же акция! Две по цене одной. Почему вы мне полную цену на обе палки посчитали?
— Акция идет на ореховый сервелат, а не на это, — устало отвечала кассир.
Когда все вопросы были улажены, тетка начала искать в кошельке наличные без сдачи и бормотать:
— Где-то тут у меня рублики были. Наверное, в сумку высыпались. Вы подождите, я сейчас найду.
Ольга раздраженно постукивала носком сапожка по плиточному полу и злилась. Неожиданно кто-то легонько похлопал ее по плечу:
— Девушка, это не вы обронили?
Она обернулась. За ней стоял мужчина лет двадцати пяти и показывал пальцем на пол, где лежала маленькая шоколадка.
— Нет, не мое, — сердито ответила Ольга и отвернулась.
— Ну, не ваше, так не ваше, — раздалось в спину, — тогда положим на полочку.
Девушке стало стыдно за излишнюю резкость. Человек просто хотел помочь, а она на него с грубостью... Нехорошо получилось. Она снова повернулась к мужчине и произнесла:
— Извините, просто эта душнила впереди выбешивает.
— Ничего, — улыбнулся незнакомец, — всякие люди встречаются.
В руках мужчины не было ни корзинки, ни покупок, вообще ничего. Он заметил недоуменный взгляд девушки и пояснил:
— Грешу вредной привычкой — за сигаретами стою.
— Давайте, я вас вперед пропущу, — предложила Ольга, — а то у меня вон сколько всего, — она обвела рукой свои покупки на ленте.
— Дамы вперед, — галантно парировал незнакомец. — А как вы все это понесете, тяжело же? Или вы на машине.
— Живу в соседнем доме, — пояснила Ольга и отвернулась.
Тетка все еще рылась в необъятной кожаной мешкообразной сумке, выискивая рублевые монетки, чтобы рассчитаться. За это время образовалась солидная очередь, и люди начали роптать. Раздались голоса:
— Сколько вам не хватает? Я добавлю! Только очередь не задерживайте.
— Все нормальные люди уже на карточки перешли.
— Купи нормальный кошелек!
Тетка психанула и прекратила поиски. Она подбоченилась и надменно оглядела очередь:
— Неча мне тут ваши подачки предлагать, свои деньги есть. Дойдет до вас очередь, там и платите как хотите!
С этими словами она вновь запустила руку в сумку и начала обшаривать ее нутро. Очередь обреченно вздохнула.
Мужчина снова слегка похлопал Ольгу по плечу и когда она обернулась, предложил:
— Давайте, я помогу вам пакеты донести. Нехорошо это, когда красивая девушка тяжести таскает. Мужчина должен помогать, меня так мама воспитала.
Ольга растерянно пожала плечами:
— Да неудобно как-то. Зачем вам сумки незнакомой женщине таскать?
— Так, давайте знакомиться, — снова улыбнулся мужчина и протянул руку, — меня А́льдо зовут.
— Ольга, — ответила на рукопожатие девушка и тоже улыбнулась.
Альдо смотрел в ее глаза с искренним восхищением. Свет магазинных ламп играл на ярко-зеленых радужках новой знакомой. Казалось, что первая молодая листва отдала все свои оттенки для этих глаз. Таких в его коллекции еще не было.
— Возьмите ваш чек, — раздался голос кассира, — следующий.
Ольга снова улыбнулась новому знакомому и отправилась складывать покупки в фирменные пакеты супермаркета. Альдо ей понравился.
***
Вокруг темно. Руки за спиной больно зажаты браслетами наручников, ноги тоже к чему-то привязаны. Видимо, к ножкам стула…
Девушка вертела головой и прислушивалась, пытаясь понять, где она, и как вообще тут оказалась…
Сначала она была в магазине, где бесячая тетка копошилась в сумке. Потом она познакомилась с мужчиной со странным именем. Потом он нес ее пакеты и поставил их возле двери. Потом взял ее руку, чтобы поцеловать… а потом запястье что-то укололо и дальше провал.
— Помогите, — крикнула Ольга, — спасите! Помогите!
Голос не отражался от стен, а словно поглощался ими. Черная вата мрака окутывала девушку, и паника подбиралась к связанному телу. Ее начало трясти от страха, сердце забилось чаще, воздуха не хватало. Она судорожно делала вдохи и кричала:
— Спасите! Спасите меня! Мама! Помогите!
Минуты тянулись, горло болело от криков, голосовые связки осипли и вопли девушки уже не были настолько громкими, как в начале ее пробуждения.
Неожиданно вспыхнул яркий свет и сбоку раздалось:
— Наоралась? Молодец. Думал, никогда не заткнешься.
Ольга щурилась от света, режущего глаза, и испуганно оглядывалась, пытаясь понять, кто с ней разговаривает.
Небольшое помещение было обшито поролоном, под которым в углах проглядывал пенопласт. Бетонный пол залит под наклоном, который заканчивался канализационной решеткой. В дальнем углу стоял стол, небольшой холодильник, а рядом стеллаж с открытыми верхними полками. На столе расположилась камера видеоняни, из нее и доносился голос.
Ольга с ужасом разглядывала баночки, расставленные на стеллаже, в которых плавали глазные яблоки. Больше двадцати страшных экспонатов занимали две полки. Девушка забилась в своих оковах и закричала с новой силой:
— Отпусти меня, долбаный психопат! Маньяк! Отпусти!
— Ну, поори еще немного, — раздался голос Альдо из рации видеоняни, — кстати, ты там еще не обгадилась? Почти четыре часа в отключке просидела.
— Отпусти меня, сволочь! Я тебя засажу, до конца своих дней в камере гнить будешь!
Ольга замолчала и злобно уставилась в камеру. Сначала было тихо, а потом в потолке раздался скрежет и открылся люк. Альдо опустил раздвижную телескопическую лестницу, и сам спустился по ней. Он подошел к холодильнику, достал большую ампулу с каким-то лекарством и зажал ее в руке.
— Холодное, — пояснил он Ольге не оборачиваясь, — надо немного подогреть, тогда быстрее подействует…
— Ты что задумал, психопат! — девушка снова задергалась.
Наручники громыхали о толстую металлическую трубу, которая поднималась от пола до потолка и была надежно приварена к спинке железного стула, на котором сидела пленница.
Альдо открыл нижние дверцы стеллажа и достал шприц-пистолет. Ольга вжалась в спинку стула. Она поняла, что он хочет вырвать ей глаза, чтобы поставить на полку, к остальным. А что он еще с ней сделает до или после этого, она знать совсем не хотела. Она набрала воздуха и на одной ноте завизжала:
— А-а-а…
Когда воздух кончился, и девушка затихла, чтобы набрать новую порцию, Альдо сказал:
— Мы на втором подвальном уровне загородного дома в садовом товариществе. Еще несезон и дачников нет. Звукоизоляцию я сам делал. Зря надрываешься.
Ольга закашлялась и просипела:
— Дай воды.
— Тебе больше не нужна вода. Тебе уже ничего не нужно. Я просто заберу твои глаза и все.
— Ты меня потом отпустишь? — с надеждой прошептала Ольга.
— Дура, что ли? — удивленно спросил Альдо. — Убью и под речной лед спущу, с порезанными легкими, чтобы не всплыла. Летом бы в лесу закопал.
— Не убивай меня, пожалуйста, — зашептала Ольга, — я про тебя не расскажу. Слепой жить стану, а тебя не выдам! Хочешь, с тобой жить буду? Только не убивай!
Слезы полились из красивых ярко-зеленых глаз. Девушка зашмыгала покрасневшим носом.
Альдо подскочил к ней и отвесил звонкую пощечину:
— Не смей реветь, — крикнул он, — глаза покраснеют! Остановись!
Но девушка уже не могла сдерживаться и заплакала в голос. Из глаз лились слезы, а из носа сопли, которые размазывались по губам и подбородку.
— Вот же мерзкая баба, — выругался Альдо.
Он быстро набрал в шприц лекарство и приставил инъекционный пистолет к шее девушки.
Щелк, и тело больше ее не слушалось. Она сползала со стула, как опадающая квашня у плохой хозяйки. Словно ее кости вынули и остался только мешок из мышц и кожи. Из последних сил Ольга успела прошептать:
— Это линзы.
После чего затихла, повиснув, словно сломанная кукла. Сфинктеры мочевого пузыря расслабились, и теплая желтоватая жидкость потекла по джинсам жертвы.
Альдо подошел, аккуратно обходя струйки мочи, стекающие по полу в канализационную решетку, и оттянул веки девушки. Он провел пальцами по глазному яблоку и вытащил линзу, с мастерски нанесенным рисунком радужки. Он долго разглядывал ее на свет, а потом скатал в трубочку и отбросил к решетке:
— Вот обманщица! Еще и пол обоссала. Ладно, оставлю для эксперимента.
Маньяк вытащил вторую линзу и стал внимательно разглядывать серые неинтересные глаза Ольги. Самые обычные, каких миллионы. Подобный экземпляр у него появился одним из первых. Сейчас в его коллекции было двадцать три пары глаз разных, неповторяющихся оттенков. Эти должны были стать последней, но он нарвался на фальшивку! А как она ему в магазине улыбалась, как ручку для поцелуя в подъезде протягивала… Врушка фальшивоглазая!
Альдо пнул безвольное тело Ольги в бок, отцепил от стены шланг и включил воду. Холодная струя окатила девушку ниже пояса, смывая мочу с джинсов и бетонного пола. Чтобы не завоняло!
Потоки воды утекали в решетку, унося с собой цветные дорогие линзы жертвы и надежду на спасение.
Ольга застонала и попыталась пошевелиться. Альдо выключил кран и прицепил шланг на место. Он подошел и постучал костяшками пальцев по девичьей голове:
— Тук-тук-тук! Врушка, прием. Я сейчас в канцелярский магазин съезжу и вернусь. А ты никуда не уходи. Жди меня. Поняла?
Не дожидаясь ответа, Альдо поднялся по лестнице, втянул ее наверх и захлопнул крышку люка. Через минуту подземная тюрьма погрузилась в темноту.
***
Дорога стала оживленнее, и Альдо въехал в город. Ночные фонари освещали почерневший мартовский снег. Желтые круги света выхватывали из темноты одинокие силуэты припозднившихся прохожих.
В его городе круглосуточных канцелярских магазинов нет, а значит, нужно дождаться утра. Альдо решал: поехать в свою квартиру или зарулить в ночной клуб. Вдруг повезет встретить двадцать четвертый экземпляр необычных глаз. Сегодня и потусить можно — на работу только послезавтра идти, а если найти нужные глаза, то вообще туда ходить больше не придется. Тогда он отправится к маме…
Желание посетить клуб победило.
Альдо знакомился с девушками, танцевал, выпивал коктейли и веселился. Никого необычного не встретил. С фонариком к пьяным людям в глаза не полезешь — рассматривать особенности окраски радужки… Зато он лихо отплясывал под песню «Черные глаза», исполненную с характерным кавказским акцентом.
Под утро Альдо вернулся в городскую квартиру и завалился спать. Страшное прошлое всегда настигало его во сне…
Мама любила рассказывать маленькому Альдо сказку про душу:
— В глазах каждого человека заключен целый мир. За каждым зрачком, за каждой цветной радужкой таится вечность, которую человек проживал в прошлых жизнях. Если долго-долго смотреть в глаза другого человека, то можно соединиться с его душой и на час попасть в потусторонний мир.
— А если смотреть весь день и всю ночь? — спрашивал малыш.
— Так не получится, — смеялась мама, — нужно, чтобы глазки другого человека все это время были рядом…
Однажды Альдо с другими мальчишками играл на детской площадке, а мама с соседкой сидела на лавочке возле дома. Женщины обсуждали последние сплетни и по сторонам не смотрели.
Когда со стороны дороги раздался громкий визг дрифтующих шин, все вскочили на ноги, а во двор влетел джип местного братка-бандита. Машина на полной скорости пролетела детскую площадку, чудом никого не задев, и устремилась к женщинам, которые прыснули в разные стороны, словно испуганные мышки.
Джип резко повернул, чтобы не врезаться в дом, и погнался за мамой… Через десять секунд ее не стало.
Она лежала с пробитой головой и смотрела в синее небо мертвыми голубыми глазами. Грудная клетка смялась, придавленная к земле колесом от тяжелого автомобиля, а под телом растекалась лужа крови.
Маленький Альдо подбежал и упал на колени рядом с мамой, он заглядывал в ее глаза и звал:
— Мама, мама, я тут! Посмотри на меня. Я рядом! Я тебя не отпускаю!
Малыш пристально всматривался в ее глаза, пытаясь рассмотреть ее душу и задержать в теле…
Отца у Альдо не было, бабушка умерла до рождения внука. Из родни был только дед-инвалид… Так что после гибели мамы началось путешествие по детским домам и приемным семьям. Альдо нигде долго не задерживался: люди боялись странного мальчика, который подходил и долго, пристально смотрел в глаза, ничего не объясняя. Возвращали его чаще всего после того, как опекуны просыпались от того, что ночью им в лицо начинали светить фонарем, и малыш тихим голосом говорил:
— Я просто хочу увидеть вашу душу. Не пугайтесь.
После очередного возврата Альдо затаился. Он понял, что люди не хотят показывать свои тайные миры, и если ему надо их увидеть, то нужно глаза забрать. После девятого класса парень поступил в медицинский колледж и теперь работал медбратом в районной больнице. Доступ к необходимым препаратам значительно облегчал задачу по выемке глаз у живых людей. От мертвых-то толку нет — в них не заглянешь.
Поначалу он пытался выковыривать глаза у просто связанных жертв, но ничего хорошего из этого не вышло: люди дергались, кричали, сопротивлялись… Все было перемазано в крови, а глазные яблоки повреждались. Теперь же все было проще.
Два года назад ему стала часто сниться мама. Она гладила его по голове и спрашивала:
— Малыш, ты хочешь ко мне?
— Очень, — отвечал снова маленький Альдо.
— Тогда собери столько пар глаз, сколько часов в сутках, соедини их с собой и приходи.
Альдо радостно хлопал в ладоши и просыпался. Сначала он не понимал, что делать, а потом вспомнил мамину сказку. Тогда-то он и вывез свою первую жертву в лес. Пьяненькую девушку из клуба. Парень не ожидал, что она будет так громко орать и вырываться…
Ну, первый блин — комом. С кем не бывает?
Вообще-то, Альдо хотел первым убить того бандита, но как выяснилось, его грохнули сокамерники за крысятничество, всего через полгода после смерти мамы. Мстить было некому…
В наследство парню остались квартира и старая дача, которые дожидались совершеннолетия Альдо. От деда досталась комната в коммуналке, которую парень продал и купил подержанную машину.
Часть денег он потратил на стройматериалы и привел в порядок дачу. Заодно выкопал под погребом тайную комнату. Пришлось много нового изучить про электропроводку, вентиляционные системы и водоотведение. Но дело того стоило: двадцать три пары глаз разных оттенков уже были готовы, осталось найти последнюю.
Все испортила эта врушка с линзами! Но, сама виновата. Он будет вкалывать ей в глаза зеленые чернила для перьевых ручек. Он видел в интернете, как таким образом закрашивают белки глаз, чтобы походить на демонов или инопланетян. Прикольно получается.
***
Проснулся Альдо ближе к обеду. Принял душ, пожарил яичницу и поехал за чернилами. В итоге купил не только зеленые, но и синие. Да и глаз у врушки два, почему бы не разнообразить эксперимент?
Потом он поехал на кладбище, навестить могилу мамы. Она к нему во сне приходит, а он к ней сюда. В лавке у ворот он купил свечку-лампадку и направился знакомыми тропинками.
Город у них большой — областной центр. Кладбище тоже большое, все время вширь растет. Уже и заборы давно посносили. Новые могилы границы погоста обозначают.
Дойдя до нужной оградки, Альдо остановился. Он долго смотрел в глаза маминой фотографии, а потом произнес:
— Скоро я к тебе приду.
Он зажег свечу под стеклянным куполом и поставил светильничек на могилу. Скоро этот свет будет указывать и ему путь к маме.
К выходу с кладбища Альдо шел бодрой походкой и напевал:
— Черные глаза. Вспоминаю, умираю…
Весеннее солнце давно перевалило зенит, и посетителей не было. Только человек в рабочей форме копошился на перекрестке двух тропинок. Он посторонился, пропуская Альдо, при этом поднял на него глаза и с акцентом произнес:
— Извините. Проходите.
Альдо застыл на месте. На него смотрели черные глаза уроженца южной страны из ближнего зарубежья. Абсолютно черные глаза!
Карие, каре-зеленые, каре-голубые, медовые, очень темно-карие — все такие у него были. Черных, как смоль, не было! И чего он себе втемяшил, что двадцать четвертые должны быть изумрудно-зеленые? Вот же — стоит готовый экземпляр!
Мысли Альдо скакали, как ошпаренные блохи, пытаясь найти причину для контакта, и в итоге он сказал:
— Вы мне не поможете? Мне из машины плиту для надгробия перенести надо. Я заплачу за работу.
— Три тысяча! — радостно осклабился рабочий и спросил: — в какой сторону тащить?
Альдо показал в сторону маминой могилы, а рабочий начал объяснять:
— Ты на машина вокруг кладбища едь. Там боковой заезд есть. Близко получится. Ты едь, а сам приду.
Альдо радостно припустил к машине. Шприц-пистолет у него всегда с собой. Нужно только заправить нужным препаратом и уколоть…
***
Свет в подземной тюрьме вспыхнул и на минуту ослепил Ольгу. Когда девушка проморгалась, люк в потолке открылся, и на пол рухнуло тело человека в оранжевой спецовке. Следом опустилась лестница и спустился Альдо.
— Очухалась, врушка, — добродушно улыбнулся он девушке, — а я вот тебе замену подобрал. Но ты не волнуйся, я из тебя хаски делать буду. Знаешь, такие, с разными глазами.
— Чтоб ты сдох, сволочь! — прошипела Ольга. — Меня будут искать. Тебя по камерам вычислят.
— На твоем доме и подъезде нет камер, нечего вычислять. И соседи из окон не выглядывали, пока я тебя и магазинные пакеты в багажник грузил. Не волнуйся.
Альдо находился в самом благостном настроении и не хотел ругаться с Ольгой. Сейчас нужно было только вытащить глаза у рабочего и положить их в баночку.
Он перевернул кладбищенского сотрудника на спину, а сам полез в нижние ящики стеллажа. К спящему телу он вернулся с чайной ложечкой и баночкой от детского пюре с прозрачной жидкостью. Когда Альдо открутил крышку, на всю комнату запахло едким формалином.
— Свеженький, — пояснил Альдо и оттянул верхнее веко жертвы, — видишь, совсем черная радужка. Это очень красиво.
Ложечка все глубже погружалась в глазницу и вскоре круглое глазное яблоко с чавкающим звуком вывалилось, повиснув на жгутике зрительного нерва. Со вторым глазом проблем тоже не возникло. Рука мастера не знает ошибок! Ольга зажмурилась, чтобы не видеть этот кошмар, но даже от одних звуков тошнота подкатывала из пустого желудка. Во рту появился привкус желчи.
Альдо поцеловал каждый глаз в радужку и опустил в баночку:
— Теперь все. Теперь я готов. Только хаски сделаю, всегда хотел попробовать.
Он набрал в шприц немного лекарства и вколол в шею Ольге. Вскоре руки и ноги ее ослабли, а голова на шее свесилась набок. Из приоткрытого рта потянулась струйка слюны. Альдо специально так рассчитал, чтобы она не спала и все чувствовала. Девушка слабо замычала.
Уколы в белки Альдо делать понравилось. Сначала протыкаешь иглой роговицу, потом обходишь радужку и хрусталик, и заливаешь краску в стекловидное тело. Только врушка все портила — мычала постоянно. Он даже поднес к ее лицу зеркало, чтобы она посмотрела на результат его трудов, но она только пускала слюни и выла, как раненная собака.
Альдо оглядел свою работу и остался доволен. Пора встретиться с мамой.
***
Он лежал в горячей ванне, предварительно вколов себе антикоагулянт, чтобы кровь не сворачивалась. Рядом на тумбочке стояли все баночки с глазами. Его трофеи были прекрасны: все оттенки голубого, зеленого, карего и серого. Смешанные цвета с вкраплениями точек, звездочек и узоров, удивительных по своей природе. И одни черные.
Альдо доставал их ложечкой и опускал в воду. Они плавали кверху зрачками и смотрели на него. А он на них.
Двадцать четыре пары, сорок восемь глаз чужих миров, в которые он отправится вместе с мамой.
Альдо взял острый скальпель и разрезал себе внутреннюю часть руки от локтя до запястья, потом вскрыл вены на второй.
Вода быстро окрашивалась в красный цвет и только белые островки глаз, не моргая, наблюдали за воссоединением семьи.
Альдо слышал, как в подвале выла связанная Ольга, как кричал пришедший в себя ослепленный работник кладбища. Но все это было уже не важно. Их нескоро найдут. Гости в тайной комнате к тому времени будут мертвы, а он отправится в путешествие с мамой.
В долгое путешествие по мирам чужих душ, которые слились воедино с его кровью.