Барра-2

У входа в пв-туннель Альфы к «Султану» присоединился корвет сопровождения, чья задача заключалась не столько в контроле над конвойным судном, сколько в снижении аппетита работорговцев Архипелага Джексона, для которых сорок тысяч здоровых человеческих особей были весьма лакомой целью. Для экономии топлива корвет «Шах» пристыковался к тюремному гиганту и капитан корвета Уильям Берг и его офицеры лейтенант Аурелия Джоул и коммандер Юрий Пименов стали гостями офицерской кают-компании конвойного корабля.
Самым опасным участком маршрута был, конечно, Архипелаг Джексона. Во-первых, законом Архипелага было не просто право сильного, но право подлого. Во-вторых, туннель с Альфы Центавра выходил в точке Архипелага, граничащей с Ро Кита — то есть с Цетагандийской империей. Нападений на земные суда за прошедший год зарегистрировано не было, но...
После прыжка орудийная вахта перешла на усиленный режим, корвет отстыковался и держался немного позади, чтобы атаковать, прикрываясь способной выдерживать серьёзные плазменные удары тушей «Султана».
Остановок в промежуточных портах не планировалось, переход от Архипелага Джексона к Комарре прошёл штатно и Эзар начал надеяться, что удастся проскочить. Не удалось.
Их прищучили на самой середине перехода к пв-туннелю от Комарры на Эскобар — где не было ни астероидов, ни лун, за которыми можно было бы укрыться. На радаре появился ордер из четырех точек, идущих практически правильным ромбом. Расшифровка данных радара показала три джексонианских истребителя треугольником и, в некотором отдалении, цетагандийский корвет. Это означало худший вариант — даже хуже, чем джексонианское рабство. Цетаганда покупала не рабов. Цетаганда покупала биоматериал.
«Султан» безнадёжно проигрывал в манёвренности, единственным преимуществом было относительное превосходство в огневой мощи — и то, пока корвет не подойдёт на дистанцию энергоэффективного залпа.
«Шах», пройдя впритирку к корпусу транспортника, нырнул под защиту батарей «Султана», в надежде, что на радарах джексонианцев оба корабля сольются в один, выигрывая для обороняющихся дополнительный шанс — эффект внезапности. Эвангелос уже сидел в боевой рубке, поделив с Аллегре сферу обстрела. Эзар мучительно пытался придумать какой-то трюк, который вытащит их из этого... (тут уставная лексика не справлялась).
Вдруг в рубке появился лейтенант Свиридов.
— Капитан, разрешите обратиться — Лесник просит Вас о встрече!
— Не до него сейчас, неужели не понимаете?
— Да он и сам понимает, но просит же — а он никогда и ничего не делает зря.
Капитаном Барра стал не настолько давно, чтобы пренебрегать советами или идеями других. Кроме того, всё равно просвета в ситуации не было видно. До столкновения оставалось несколько часов, и Эзар решил сходить
на встречу. Отсек у вора был одиночный, но размером на 12 человек. Очевидно, остальных жильцов распихали по другим камерам.
— Добрый день не скажу тебе, Барра, — сказал вор. — Недобрый он. Ты зови меня Лесник. Позвал я тебя дело предложить, тут от тебя зависит, скиксуешь или нет. Скиксуешь — в одном цетагандийском чане с баландой поплывём, нет — шанец есть.
— Говори, Лесник, — Эзар постарался произнести кличку с иронией. Тут любая слабинка могла привести к катастрофе.
— Скажу, — усмехнулся вор, оценив игру капитана. — Оружие дай!
— Что? — опешил Эзар. — Зачем?
— Сколько у тебя кораблей? — спросил Лесник.
— Ты же знаешь, два.
— А будет триста!
— Почему триста?
— Нас когда на корабль загоняли, скафандры для Северных рудников грузили. Ровно триста штук, я сам ящики видел.
— И что?
— Выпускай нас из корабля в скафандрах. У каждого плазмотрон. Ваших никого брать нельзя — вы и так при деле. А наши разомнутся. Считай на истребитель по сто стволов.
— А ты не забыл, что скафандры эти без движков? Они же висячей мишенью будут!
— Ребята готовы рискнуть. Всех не пожгут. Ты нас раскидай, и слегка тормозни. Они по инерции вперед полетят, на радаре не видно, считай металла — один плазмотрон. Типа пыли. Истребитель ещё в манёвр не войдёт, а уже под стволами будет.
— А не струсят твои?
— А как им струсить, когда я сам с ними пойду?
Эзар задумался. Никакие инструкции такого не предусматривали. Однако в том, что говорил Лесник, был крошечный шанс на спасение.
— Как ты до этого додумался?
— Слушай, Барра — время дорого. Выгорит дельце — побазарим. — Эзар понял, что идею эту вор придумал не сам, и взял себе на заметку разыскать автора.
— Ладно, жди.
За дверью камеры ждал Свиридов.
— Алексей, слышал?
— Конечно! — комм капитана, разумеется, был включен и подключен к комму командира охраны.
— Что скажешь?
— Скажу — не согласишься ты. Я бы не согласился. А потом — как их назад собрать? Подумал этот Лесник?
Корветом за каждым гоняться?
— Зачем корветом? Спасательными шлюпками соберем. Да и многих ли собирать придётся... А почему этот вор сам идти вызвался?
— Да, говорят, другие воры под него копают. Таллин, Волк, Арончик. Вентиль и Гарик его поддерживают, но Леснику очень авторитет нужен.
— Что ж, другого шанса нет.
Прямо с комма капитан начал отдавать распоряжения. Пахан, если и не ожидал согласия, то удивление сумел скрыть. Добровольцев из числа бывших военных и бандитской «пехоты» партиями отправляли в передний шлюз, куда уже подвезли скафандры и ручные плазмотроны. У охраны нашёлся даже один станковый плазмотрон, который, конечно, достался Леснику.
Трудность была в том, чтобы сбросить всех одновременно, чтобы разлетающиеся скафандры образовали не слишком разлетевшееся облако, обеспечивающее плотность огня. Михаил с Федрой считали манёвр как проклятые, но нашли решение — «Шах» снова пристыковался к «Султану», направив двигатели против курса корабля. Их импульс, естественно, не мог погасить инерцию огромной махины, однако создал достаточное торможение, чтобы воровской «десант» значительно опередил сцепку. Радары «Султана» тоже не опознавали людей в скафандрах как самостоятельные объекты, однако, зная заранее, что это за пыль на экране, вполне можно было рассчитывать на успех обратной амбаркации.
До подхода истребителей оставалось не более часа. Цетагандийцы не только не догнали истребители, а значительно увеличили отставание от джексонианцев, недвусмысленно показывая, что те сами должны отработать вознаграждение.
***
Лесник висел в пустоте, для погашения вращения всем десантникам были выданы небольшие баллоны со сжатым воздухом. Ставшие бандитами бывшие солдаты справились с задачей мгновенно, «быки», поковыряшись и покрутившись, тоже разобрались. Короче, разборка была близко, Лесник чувствовал это кожей.
Им повезло. Пилоты истребителей действительно не распознали второй корабль землян на радарах, и собирались, уравняв скорости с транспортником, взять корабль на испуг — ни перегрузить добычу, ни буксировать корабль в случае повреждения двигателей, было нечем. Абордаж при таком численном превосходстве даже не рассматривался. Если экипаж не струсит, придётся расстреливать орудийные палубы и отсеки управления, выбивая команду. Управление восстановить можно, а вот двигатели — нет. Слегка набрав скорость по вектору движения «Султана», треугольный ордер истребителей дрейфовал перед конвойным судном, и «Султан» сам нагонял своих преследователей.
Десант уже приблизился к первому истребителю на дистанцию поражения. Но Лесник знал, что залпов у них будет максимум два — один по цели, один, без всякой надежды попасть, вслед удаляющейся маневрирующей мишени. Поэтому он не давал команды стрелять, пока весь ордер не вошёл в облако десанта. И только тогда он дважды щёлкнул кнопкой передатчика.
Огонь плазмы из трёх сотен стволов, внезапно вспыхнувший в пустоте, разнёс двигатели двух истребителей и кабину третьего. В пустом радиоэфире вдруг поднялся ураган радостных криков, ругани и поздравлений, который не стихал, пока от «Султана» не отделилась туша «Шаха». Эзар взял микрофон:
— Полная тишина в эфире! Собираем всех спасательными шлюпками. Отвечает на вызовы шлюпки только очередной скафандр, ясно?
Молчание доказало, что всем стало ясно.
— Лесник, как слышно? Приём! — капитан вызвал пахана на отдельной частоте.
— Нормалёк, начальник, слышу!
К переговорам подключился Свиридов.
— Скажи своим, в шлюзе шлюпки снимать скафандр, батарею из плазмотрона вынимать и класть в шлюз для предметов — маленький такой ящичек, справа под рукой в шлюзе. Кто попробует рыпнуться — улетит обратно в космос. Подбираем только один раз, усёк?!
— Усёк, всё путём, не для того на дело шли, чтобы хабар дербанить, за честь воровскую!
— Экипажи шлюпок предупреждены, даже не думай. Тебя я сам подберу.
— Уважаешь, значит?
— Уважаю, без базара.
Все восемнадцать шлюпок «Султана» и четыре шлюпки «Шаха» начали карусель сбора. По плану, должны были успеть управиться за пару часов. Победную эйфорию в рубке прервал голос старпома:
— Капитан, засветка на радаре!
Забытый в суматохе цетагандийский корвет не только не ушёл, он набирал скорость, приближаясь к «Султану».
Шлюпки вернулись первый раз, но более ста человек ещё висели в космосе в ожидании второй очереди эвакуации.
— Вторая засветка!
На радаре показалась отметка второго корабля — цетагандийский крейсер.
— Ну, что, начальник? Приплыли?
Эзар обнаружил, что в рубке стоят Свиридов и Лесник. Очевидно, спецназовец привёл пахана отметить победу по-пацански.
— Да. Приплыли. Теперь всё, шуточки твои побоку.
— Капитан, посмотрите сюда!
Федра вытащила вирт-экран из общего обзора на увеличение.
— Что это?
— Червоточина!
— Что?
— ПВ-туннель!
— Куда?
— Не знаю! Этого нет на картах! Но это наш шанс — надо прыгать, может, оторвёмся!
— Успеваем?
— Да, впритирку, но людей придётся бросить здесь...
— Начальник, тут сто, там тридцать кусков — тема ясная, линяем!
— Готовимся к прыжку. Первым идёт «Султан», «Шах» прикрывает, у устья с той стороны мы разворачиваемся, пропускаем «Шах», и огонь из всего, что есть, по любому кораблю, который выйдет после него!
— Капитан, вызов с «Шаха»!
— На громкую!
— Господин капитан Эзар Барра! Говорит капитан корвета «Шах» лейтенант-коммандер Уильям Берг! Я отправил экипаж к вам в спасательных шлюпках, потрудитесь принять их на борт!
— Что это значит, лейтенант?
— Вы пройдёте через туннель, я останусь.
— Уильям, это же самоубийство!
— Нет. Это всего лишь разумная жертва коня, правда, Аллегре?
— Билл, брось, отобьёмся!
— У вас на борту люди. Думайте о них. Салют!
Связь отключилась. Эзар понимал, что задумал Берг — взорвать свой корабль при прохождении пв-туннеля. В этом случае аномалия, получив энергетический удар, искажалась, и туннель на долгий срок переставал действовать. На долгий срок — недели, месяцы, годы — заранее это невозможно было предугадать.
«Султан» уже входил в прыжок, когда в эфире раздался вой брошенных на произвол судьбы людей — цетагандийцы, увидев, что главная добыча ускользает, и оценив пристыковавшиеся к большему кораблю шлюпки с меньшего, раскусили манёвр Берга, прекратили преследование и удовольствовались сбором малого урожая. Их радары не удавалось обмануть, даже отбросив плазмотрон. Возвращаться стало не за кем.

окончание следует