Транзит

Здравствуй, папа. Чудо, а не погода.
Я тебе принесла тут песок и воду,
и какую-то вечноцветущую ветку.
Покурю — и за дело. Прости, что редко...
Так народу много... А ты стал моложе.
Я? Да ладно, не думаю — скажешь тоже,
ты всегда был добрый. И помню, ещё бы!

Солнце яркое. Только вот ветер знобок.

Нарядили, посыпали. И конфеты...
Где — обычаи, память, а где — приметы —
нету разницы — нам, и кто жили-были, —
в царстве мраморной крошки, солнечной пыли.

Рвём траву забвения, цветы сажаем, —
как могли, убогим одарили раем,
уходя с облегченьем, смертной тоскою,
от своих — к своим, от покоя — к покою.

Те, кто едет в машинах, смотрят вполглаза,
как бредёт по тропе до хромого ПАЗа
вереница старух в кроссовках разбитых,
разбирая даты на могильных плитах.

А с небес на транзитных глядит с укором
Тот, кто впустит нас в вечность. Однажды.
Скоро.