Баскервиль-Холл
Бывает, что жизнь преподносит сюрприз…
Читаешь письмо — вот так номер!
«Вчера, пополудни — в двенадцать часов
Богатый ваш дядюшка помер»
Загнулся, бедняга, святой (старый хрыч) —
Несвежие устрицы были,
Погиб в страшных корчах… Попробуй, представь —
Четверо суток в сортире!
Оставил дворецкому старый сервиз,
А горничной — вот злобный гном!
Четыре подушки диванных, кривых,
Набитых лебяжьим пером.
Хоть ты никогда и не видел его,
И не приглашал на свадьбу —
Он был. И богатый…
Помилуй Бог! Тебе завещал он усадьбу!
И ты издаешь дикий клич «йо-хо-хо!»,
Двойной выпиваешь скотч,
Садишься в двуколку (с сигарой в зубах)
И в ней трясешься всю ночь.
И день, и вечер, и снова ночь
(Не понял еще, в чем прикол?)
Ну вот, наконец-то, и замок вдали
Welcome to Баскервиль — Холл.
В грязном пальто, но счастливый вполне —
Так просто разбогател!
Шагаешь по замку,
Владеешь теперь, чем дядя когда-то владел.
…Проходят годы, скучаешь, живешь,
А на болоте весной
Цветут орхидеи, их запах — дурман
Шепчет: «Иди за мной!»
Дворецкий видит, что скучно тебе
(ведь сам так, несчастный, живет)
И чтобы развеять тоску твою
Он старый сундук достает.
Бумаги и бусы, тряпье, векселя…
В хламе копаясь как крот,
Он между делом расскажет тебе,
Кто за болотом живет.
Ботаник сосед и его сестра —
Прекрасна, светла как печаль.
Все ждет кого-то, роняет слезу
И смотрит в болотную даль.
А в сундуке лежит манускрипт,
Который гласит о том,
Что примет смерть от собачьих клыков,
Тот, кто покинет дом.
«Коль жизнь и рассудок дороги вам —
Не ценит их лишь идиот,
Держитесь подальше, дети мои,
От торфяных болот!»
Дворецкий овсянку на завтрак несет,
Тропинка бежит от ворот.
В сторону ты начинаешь смотреть
Этих проклятых болот.
Глупые сказки… Смешно! Клянусь!
Как много наивных людей.
Побреюсь, оденусь, пойду через топь,
Нарву для нее орхидей.
Молочный рассвет и застывшая мгла,
Как пудинг — хоть режь и в рот!
И ветер собакою воет в кустах,
Дурниною выпь орет…
…На кой-орхидеи — они отцветут!
И в пояснице — прострел.
Тут сыро и холодно, страшно, аж жуть…
И каторжник бы поседел.
Скорее обратно — в покой и уют,
К болотным чертям адюльтер!
На завтрак овсянку тебе подают
И добавляют — …Сэр!
Хохочет собака и мордой трясет,
От смеха сипит коростель…
Ты погружаешься в Баскервиль — топь,
Как муха в овсяный кисель.