27 января

Январским утром в минус тридцать два,
По запорошенной заброшенной дороге
Мы шли втроём: я, руки, голова
И где-то там внизу тащились ноги.

Не чувствуя почти что пальцев ног,
И пальцев рук, не чувствуя почти что.
Брели, переставляя, кто как мог
Замерзшие ко всем чертям ледышки.

Какой-то гад в тулупе из овцы,
В полярных унтах, в шапке из оленя,
Кричал: «давай живее, подлецы!»
И жрал стеклянное морозное печенье.

Пришли не все, осталось на пути
Лежать в снегу до божьего апреля,
По-своему дорогу рассудив,
До половины нас. И я не верю,

Что это повторится и не раз.
Редеющей колонной по дороге,
Пойдут все те, кто будет после нас.
Какие-нибудь люди-осьминоги.

(с) SF