Дженни

— Отвали.

Дженни сидела и пристально смотрела на Генри.

— Отвали, я сказал, — он откупорил бутылку и сделал несколько жадных глотков.

Она отвернулась и тут же повернулась обратно.

— Иди к чёрту.

Дженни медленно вышла из кухни и остановилась в дверном проёме.

— Убирайся.

Она втянула голову в плечи и шагнула в коридор. Грубо. Как же грубо!

— Ты где?

Дженни вернулась.

— Уйди.

Дженни понуро побрела по коридору, толкнула дверь и выскользнула во двор. Там, стряхнув с себя обиды и грусть, забытые обещания, бездумные подарки и вечера одиночества, она забралась на скамейку и задремала.

 

— Дженни! Я поехал. Следи за домом.

Он завёл её в гостиную, ласково погладил и тут же пихнул, чтобы она не вздумала обниматься.

Она не успела ничего сказать, как он сел в машину и уехал.

Дженни сглотнула и опустилась на пол. Прямо перед ней, под столом, валялись чьи-то шпильки.

Она расплакалась. Зарыдала, завыла в голос, зашлась криком, потом опять завыла. Всполошились соседи, позвонили Генри. Через полчаса он уже был дома.

— Какого хрена? — Генри сжал кулаки. — Какого хрена ты меня позоришь?

Дженни всхлипывала и ничего не могла сказать.

Генри замахнулся.

– У, сука!

Дженни испуганно заморгала, прижалась к двери. Толкнула её. Потом ещё раз. Она хотела на улицу.

— Жди.

Дженни тихонько ныла, уткнувшись носом во входную дверь.

— Не надо было меня бесить. Теперь жди, — он прошёл на кухню, оставляя на чистом полу размытые, грязные, пахучие следы.

Дженни прикрыла нос, но запахи все равно просачивались: пивная, второсортные духи, дешёвая помада.

Она хотела пойти за ним, но передумала и только выглянула из коридора. Открыл холодильник. Ест стоя. Закрыл холодильник. Дженни попятилась.

Генри вернулся из кухни:

— Готова?

Дженни кинулась к двери.

— Пошли.

На улице он всё время её одёргивал:

— Куда ты бежишь? Не можешь спокойно? Иди рядом!

Но она не могла сдержаться. На деревьях набухли почки, на газоне появились тонкие стебельки мать-и-мачехи, сошёл снег. Дженни радовалась и веселилась. Ей хотелось коснуться и первых травинок, и весенних прогалин.

— Слушай, хватит метаться из стороны в сторону. Иди помедленнее.

На другой стороне дороги Дженни увидела старую подругу и потянула Генри.

— Нельзя!

Дженни остановилась. Затихла. Сбавила шаг. Ещё совсем недавно Генри любовался каждым её шагом, нежно приглаживал растрёпанные волосы, требовал, чтобы она разрешала носить себя на руках. Совсем недавно. Что с ним?

— Дженни, домой.

Вернулись домой, и Генри тут же уехал, а она заняла привычное место и стала ждать. Последнее время она только и делала, что ждала.

 

Ближе к полуночи, когда она уже спала, звякнул автоответчик:

— Дженни? Я приеду через полчаса. Приготовься. Буду с друзьями.

Она тут же заметалась по дому. Гости! Будут на неё смотреть, говорить, как Генри повезло, какая она красивая и умная. Дженни любила гостей.

 

Шумная компания пахла в точности, как утренний Генри: пивная, низкопробные амбиции, дешёвая помада, второсортные духи. Такие гости ей не очень нравились. Дженни чуть не зарычала, когда кто-то попытался усадить её к себе на колени. Вырвалась, убежала в свою комнату.

 

— Ты на кого скалишься, дура? Забыла? Ты моя!

— Р-р-р-ррр, – Дженни показала зубы и склонилась над плюшевым медвежонком.

— Дура! — Генри протянул руку, чтобы забрать игрушку.

Она недовольно искривила рот.

— Только давай не будем ломать комедию. А то запру в подвале. Отдай. Сейчас принесу еду. Успокойся. Тебя никто не тронет. Кому ты нужна?

Снова чужой запах. Он что-то добавил в еду? Может, так будет лучше? Жить, как во сне, — это все-таки жить.

Мысли наслаивались друг на друга. Она пыталась сосредоточиться, но не могла. Перед глазами все плыло.

А что, если он и правда закроет её в подвале?

 

***

– Ну вот, – Генри провел рукой по её голове, похлопал по спине. – Ведь так же лучше? Слушайся меня, и все будет хорошо. Все будет, как раньше.

 

Он ушёл и забыл запереть дом. Она толкнула дверь, и та открылась. Дженни вышла на улицу. Посмотрела на небо и вдруг побежала, понеслась прочь. Бежала и вспоминала. Бежала и вспоминала. Бежала и вспоминала.

Как и когда всё это началось? Раньше он смотрел только на неё, гордился каждым её шагом, с умилением расчесывал ей волосы, не скупился на лакомства. Но никуда не выводил. Как он говорил...

— Ты должна принадлежать только мне. Зачем тебе другие? Я знаю, что ты лучшая. Разве тебе этого недостаточно?

 

Она вдруг остановилась. Прервала бег. Убегать было не от кого. Дженни развернулась и пошла домой. Пошла туда, где, как она надеялась, будет её дом. Вспомнила главные слова – сумка, ключи, документы. Нашла все нужное, вновь вышла из дома. Бросила на крыльцо ключи и зашагала прочь.