Я помню
С возрастом мы начинаем ценить воспоминания. Наверное это признак приближающейся старости, но лично меня это не расстраивает. Я люблю свои воспоминания, я холю их и лелею. Нет, я не сижу в кресле-качалке, выдавливая вместе со скупой старческой слезой брюзжание о былых подвигах и победах — мои воспоминания приходят ко мне неожиданно, вместе с шумом улицы, запахом пирога с корицей, давно забытой мелодией... Иногда достаточно просто одного слова, чтобы унести меня в далекое детство.
Большая Никитская... Я до сих пор называю ее улица Герцена. Там находится Зоологический музей. Мы с мамой часто туда ходили, а когда шли обратно, обязательно обедали в забегаловке с громким названием «Гриль-бар». Это было помещение со сводчатым потолком и высокими столиками без стульев. Сейчас я понимаю, что это даже не кафе, так, тошниловка с претензией на громкое название, но я никогда и нигде не ела такой вкусной курицы-гриль, как тогда.
А проходя с дочкой по аллеям Сокольников я вспоминаю кафе-мороженное «Березка». Мы ели там мороженное с папой. Его подавали в металлический вазочках по три шарика, посыпанные тертым шоколадом. Я болтала ногами под столиком и слизывала подтаявшее мороженное, заедая его купленным батоном белого хлеба. Я до сих пор люблю пломбир со свежим белым хлебом
Новый год... На Новый год мы всей семьей наряжали ёлку. Точнее большую ёлку наряжала мама, а я наряжала свою ёлочку, маленькую, и у меня был набор крохотных ёлочных игрушек, которые я любовно развешивала на пластмассовых иголках. Потом я украшала ёлочку ватой и ставила ее на свой письменный стол. Несколько лет назад на вернисаже я купила такой же набор елочных игрушек, но мою дочку они уже не вдохновили. Наверное это правильно — у нее совсем другое детство и потом должны быть другие, свои воспоминания
В первом подъезде родительского дома живет бабушка, а около подъезда растет береза. Ее посадил дедушка в 1961 году. Даже сейчас она мне кажется огромной, а когда я была маленькая, я очень любила сидеть на балконе и, вооружившись дедушкиным 40-кратным биноклем, сравнивать высоту деревьев. И дедушкина береза неизменно была самая высокая. Она и сейчас самая высокая, стоит прямо около подъезда, как часовой... память о дедушке, которого уже 20 лет как нет...
Я помню огромные белые хризантемы, которые я принесла на его похороны...
Помню те, другие похороны, которые были 29 лет назад, и после которых моя жизнь разделилась на до и после... Хотя нет, наверное вру.. Те похороны я почти не помню.. Так урывками... Страшный холод, иней на моих волосах, отчего они кажутся седыми, свежая могила на Преображенском кладбище, береза, тоже береза, склоняющая свои ветки на черный гранит с которого сверкают синие-синие глаза, и даты с разницей в 16 с половиной лет...
В детстве я очень любила гулять с мамой по лесу, она рассказывала мне свои воспоминания, я заливисто смеялась или грустила над ее словами и чувствовала себя самой счастливой. И часто, держа маму за руку я просила чтобы она рассказал мне «что-нибудь из детства», а она говорила, что не может рассказывать «по заказу», воспоминания должны прийти сами.
Моя дочка тоже любит когда я рассказываю свои истории. Часто она берет меня за руку и просит: «Мама, расскажи мне что-нибудь из детства»... Но и я не могу вспоминать по заказу... Воспоминания — они ведь как ветер, должны налететь, закружить и унести туда, куда к сожалению может вернуться только наша память.