Дом, в котором ты не нужен
"Разложение почти не тронуло его", - сказал однажды врач из сна, говоря о трупе моего отца, похожего на чудовище Франкенштейна.
А вот меня, похоже, тронуло, хоть внешне выгляжу не так жутко: всего лишь мешки под глазами; все остальное не заметно человеческому глазу. Грызет червь сомнения, сжирает заживо, начиная с мозга. Быть или не быть? Проблема в том, что раны не заживают, если ты не прекращаешь наносить себе вред. Ты зависим от боли, еды, алкоголя, черт знает от чего еще, и никак не можешь взять себя в руки. От такой жизни несет гниением, ты - рыба без воды. И вот просыпаешься, окидываешь комнату сонным взглядом, осознаешь, где ты и что ты, и проклинаешь действительность. Лучше уж кошмары во сне, чем наяву. Очень хочется проснуться от реальности, но ты об нее только разбиваешься. Ты просто больной на голову.
А знаете, что в Западной Полинезии распространён миф о происхождении человека от червей? Легенды о первых людях на островах Тонга - о происхождении от червей, которые расплодились в гниющей виноградной лозе. Вспомнишь - сразу хочешь напиться винища, а может, и чего покрепче. Очень к месту было бы не выходить из запоя: так легче скрыться от мира, раствориться в собственных мыслях, исчезнуть. Все равно эта твоя жизнь - лишь иллюзия существования. У тебя нет дома как такового. Родные тебя ненавидят и, ведя свое происхождение, вестимо, от тех же полинезийских червей, стремятся сожрать тебя: гнилого внутри, но еще живого. От тебя осталось мало чего человеческого, это правда, но все же...
Есть еще воля к сопротивлению. Возможно, подростковый максимализм еще дает знать о себе, поднимает тебя на ноги и заставляет делать хоть что-то. Повзрослеешь вот - и хана. Не хочется взрослеть. Хочется так, как Питер Пэн. Алиса, Алиса, не беги за белым кроликом, ты застрянешь в норе, жирная тварь. Не садись на пенек, не ешь пирожок. Червивый клубок мыслей никак не хочет распутываться, и кажется, что ты сходишь с ума.
-Борь, а Борь, - раздается из комнаты голос матери, и ты вздрагиваешь, будто один этот возглас предвещает что-то нехорошее. Сейчас снова будут жрать. И делать вид, будто это нормально. Норма, конечно, у каждого своя, никто не спорит, и принятие чужой нормы поведения - вполне логичная вещь. Но только вот надоело все до чертиков.
-Иду, мам, - нехотя отвечаешь ты и поднимаешься с дивана. Ты стал спать больше, чем раньше: часов по 12. Тебе снятся черви. Они забираются тебе под ногти, ты пытаешься вытащить их, но тщетно, потому что миг - и уже ногтей-то нет, по сути, одно голое мясо. Ты - одна большая открытая рана.
Снова скандал из-за пустяка: дескать, плохо закрыл кран на кухне, и звук падающих капель действует на нервы. Невнимательность. Ни на что не годность. И прочее, и прочее, так много всего.
-Вот другой бы на твоем месте...- включается в разговор бабушка.
-Возьмите уже другого себе и не страдайте, - устало отвечаешь ты, понимая, что сейчас грянет гром.
-Вот и возьмем! Возьмем! Будет лучше без тебя!
Конечно, кто бы сомневался. Жизненные соки уже все высосали, жрать тут больше нечего. Оболочка.
Ты спишь в такси, когда тебя везут в учреждение, где ты будешь жить, пока не станешь совершеннолетним. Спать, спать, спать. Снова черви вгрызаются в твою плоть. У них появились зубы. Это смешно звучит, но представлять страшновато. Только вот реальность все равно уже не нужна. Спать, спать. Потому что сил больше нет. Ты не умираешь, тебе еще жить да жить, вся жизнь впереди, молодой-зеленый. Устами живого глаголет мертвец. И начинаешь думать: пусть лучше меня сожрут черви, чем люди.