Отец-лес
Недавно прочитал одну офигенную книжку, хочу поделиться названием и ощущениями от прочтения этого действительно нетленного произведения.
Начну с того, что читать мне вообще некогда, работа, дети, дом, огород 15 соток, английский на работе (нахрена он мне сдался? Уроки-то дома приходится учить). Короче читаю в двух случаях: зимой и в сортире. Дорога в сортир обычно лежит мимо трех (хм. есть же еще вот эти), мимо шести шкафов с книжками, обычно я выбираю что-нить и пропадаю в сортире на ближайшие полчаса. Жена, кстати, местонахождение моей избы-читальни очень не одобряет.
Итак, летним теплым солнечным утром попалась мне в руки книжка Анатолия Кима «Отец-лес». Тихея его знает какой демон дёрнул мою руку в направлении этого бессмертного эпического произведения. Дернул же, блин. Я открыл книжку и погрузился. До сих пор не могу оценить смысл моего погружения, или я погрузился в бред или ступил на тропу, которая может в будущем вывести меня из лабиринта Сансары.
В общем. С первых строк меня начал мучить вопрос: «Что курил автор?» и «И что нужно сделать, чтобы также вштырило?».
Экземпляр, который я читал издан в 1989 году в издательстве «Советский писатель». Как? Объясните мне, КАК? Как? Могла быть напечатана эта книга в издательстве «Советский писатель», книга, которая повествует о Боге, книга, которая рассказывает, как русский солдат издевается над немецкими пленными, как убивает их и наслаждается их смертью? Как?
Гений автора предвосхитил появление КК, его роман – это реальный пиздец. Натуральный и бесповоротный. Господа, прочитайте эту книжку, это нужно вам, стопудово нужно.
Итак, книга о деде, отце и внуке. О Николае, Степане и Глебе. Автору понимает всю призрачность наших понятий о времени и пространстве, в романе все смешано, переживания отца испытывает сын, внук чувствует мысли деда. Автор живописует картины лагерей смерти, картины газовых камер, картины вылезающих из живота серых кишок и сладковатого уносящего в вечность газа.
История по большому счету начинается, когда барин Николай Николаевич Тураев видит крестьянку, которая пьет воду из его колодца. Его возбуждают ее сиськи, облепленные мокрой тканью, и барин приглашает Анисью (или не Анисью?) работать кухаркой. Когда река разлилась, и барин с кухаркой остались вдвоем, отрезанные от всего мира, барин жестко трахает кухарку, наполняя её чрево барским семенем. У них родились дети, но речь только о Степане. Степан на войне попал в лагерь, чудом выжил, вернулся полумертвый домой, выжил благодаря лесу. Родил детей. Ему помог лес. Лес – непонятное живое существо. Сильное. Могучее. Способное давать жизнь целой планете и смерть отдельным индивидуумам.
Меня порадовали, например, вот эти строки этого мастера эпистолярного искусства: «Но именно после появилось в нем необратимое равнодушие к нежному, теплому естеству его жены Ирины, которая из этой нежности и теплоты произвела на свет их общего ребенка». Так назвать равнодушие к гениталиям жены! Гениально.
Или вот, что говорит автор далее: «… а на месячную зарплату от какой-нибудь жилищной конторы, начальником коей является некий Сидор Пидоров, позапрошлогодний мухомор с хитренькими глазками …» В 1989 г. Сидор ПИДОРОВ. До разрушения великого и могучего оставалось еще два года!
Книга, взрывающая мозг. Я когда-то размышлял, что рисунок звезд скрывает некий шифр, даже стишок написал как-то об этом, в книге я нашел астронома, который пришел к таким же мыслям что и я. По позвоночному столбу после прочтения этих строк пробежали электрические импульсы и унеслись куда-то туда – в неизведанные глубины Космоса.
Есть в книге про евангелия, про бога. Про грязь человеческую, про психов. Про дракона. Про Любовь. Многие вещи затронул автор в своем произведении, посему мне хотелось бы пожать его мужественную руку или ветку (будь он еще человеком или уже деревом) и посоветовать вам прочитать сей интересный труд.
2011 г.
ЗЫ
После прочтения этой книги, изменилось мое отношение к лесу. Я стал относиться к нему как единому живому организму. Когда идешь по лесу, можно почувствовать разлитые в пространстве силу и мощь этого существа. И воспользоваться этой силой. Чтобы, например, добраться до вершины Демерджи.