Сестра милосердия

Евгения Емельянова

СЕСТРА МИЛОСЕРДИЯ

1.

Мы с моей американской снохой - женой сына - в прошлую пятницу договорились встретиться и проехаться по магазинчикам, чтобы купить нашей младшей Марусе  памятный сувенир в честь окончания 11-го класса школы.

- Она на отлично закончила,  - сказала сноха. - Надо подарочек сделать! Хотя впереди и 12-й класс. Ещё целый год!

- А у вас в школах отличников награждают?  - спросила я. – Ну, там, похвальными грамотами, свидетельствами, призами.  А в конце школы – медалями?

У меня до сих пор где-то валяются похвальные грамоты, ещё советские: сначала с портретами Ленина и Сталина, потом - с одним Сталиным.

- Нет, - сказала сноха. - Ничего такого в нашей школе нет. Но наверно, учителя для себя в списках отмечают.

- Жаль,  - сказала я. - Эти награды очень пригодились бы ей при поступлении в вуз. Я помню, со своей медалью, хоть и серебряной, была зачислена в университет без очереди, вне конкурса.

- У неё не все пятёрки, - сказала сноха. - По физкультуре не то 3, не то 4.

- Ой, она прямо мой путь повторяет! - ахнула я. - Меня ведь в выпускном классе наш физрук заставил физкультуру пересдавать за все школьные годы!

- Правда? - не поверила сноха. - Вот дурак!

- Он был не просто дурак, - сказала я. - В наших школах в моё время - в 60-е годы - физкультуру в основном преподавали военные отставники. И у нашего было говорящее прозвище – Сапог. Это был тупой солдафон, ограниченный и воинствующий пошляк, который, тем не менее, сумел поставить дело так, что неуспевание по физкультуре приравнивалось к неудаче по жизни. Иван Иваныч - так его звали - постоянно изводил сальными шуточками девушек-старшеклассниц, особенно по  уважительной причине  пропуска занятий.

Поскольку я была в классе самой высокой и рано развилась, его остроты часто выпадали на мою долю. С особым, двойным смыслом он командовал:

- На грудь правофлангового равняйсь!

И мальчишки умирали со смеху.

- Вот пошляк! - сказала сноха.

- И когда обнаружилось, что я “иду на медаль”,  физрук заупрямился и потребовал, чтобы я пересдала ему предмет за все годы обучения!

Что  я только ни делала тем летом: прыгала в длину, высоту и через “козла”, подтягивалась на кольцах и брусьях, лазала по канату, кувыркалась на матрасе, бежала стометровку…

- Ужас! - сказала сноха.

- Но пятёрку Сапог, царство ему небесное, всё таки мне поставил, - сказала я.

2.

В субботу утром позвонил сын и сказал, что сноха выехала ко мне и скоро будет.

Семья снимает для меня отдельный частный двухэтажный домик, с газоном перед домом и уютным задним двориком на тихой зелёной окраине нашего городка.

В нашем районе все дома частные и совсем нет этих страшных домов-свечек, этих 35-этажных курятников для людей, которыми вдруг стали увлекаться в России, и особенно - в Москве.

Строить дома-свечки было модно в Америке в 18-19 веках. А уже с середины 20-го века люди стали стремиться жить ближе к земле и на земле.

И в идеале каждая семья в Америке старается жить в отдельном домике на зелёном участке.

А мне вообще с детства повезло: я  и в Советском Союзе никогда не жила выше второго этажа, и всю взрослую жизнь провела на первом.  У меня  взгляд на землю другой: не сверху, и руки к ней тянутся.

Да ещё с тех пор, когда прочитала в медицинском журнале, что повышенная этажность  прямо влияет на психическую возбудимость человека и его неуравновешенность, вообще стараюсь высоко не подниматься.

И то: человек создан не для того, чтобы летать.

Но твёрдо ходить по земле.

Продолжая разговаривать с сыном по телефону, я вышла встречать сноху и увидела,  что два белых пластиковых мешка с мусором, которые я вынесла вчера, так и лежат на зелёном газоне, и наши мусорщики вчера их не забрали.

- Ты знаешь, - сказала я сыну, - наши мусорные короли опять нам ресайклинг ( рассортированный мусор  ) вернули. Мешки остались лежать на газоне, и к ним они ещё прилепили какие-то оранжевые листовки.

- Хрен им, а не возврат! - рассердился сын. - К мешкам не ходи, их не трогай и поганые листовки не читай! Что упало - то пропало! На мешках не написано,  что они наши!

Тема мусора в нашей семье если и не главная, то очень животрепещущая.

Мне кажется, что в то время как 20-й век был веком индустриализации и развития стран, 21-й можно смело назвать веком переработки всепланетного мусора.

В Штатах я живу больше двадцати  лет и за это время прошла высшую школу сортировки бытового мусорного говна.

Американцы сортируют мусор уже сто лет и делают это почти автоматически.

В каждом доме и на каждой кухне стоят большие пластмассовые урны, выстланные изнутри пластиковыми мешками.

Бумагу, стекло,  пластмассу бросают отдельно, органические и бытовые отходы – отдельно. Остатки еды сваливают в кухонную раковину, и специально вделанный измельчитель перерабатывает их в мелкую кашицу и смывает водой в канализацию.

Как говорили в СССР – “Органику - на поля! “

В нашем районе мусорные короли проводят опыты над жильцами, не стесняясь, от души.

Сначала весь мусор упаковывался в чёрные пластиковые мешки.

Потом хозяева помоек потребовали мешки белого цвета и чёрные не брали.

Подданные послушно выполнили указание.

Потом для бумаги, стекла и пластмассовых отходов короли наклепали ярко-синие коробки и баки из пластмассы и велели их купить.

Окрестные жители повиновались беспрекословно и украсили свои дворики жбанами и ящиками цвета васильков.

Два года назад господа мусорщики запретили собирать осеннюю опавшую листву в пластиковые мешки и обязали своих подданных покупать экологические бумажные мешки стоимостью один доллар за мешок.

Мы опять повиновались и стали тратить время и деньги, чтобы разыскать и приобрести их.

И вот вчера, без объяснения причин, мусорные короли отказались забирать наши белоснежные, чистые, тщательно отобранные бумажно-стеклянно-пластмассовые отходы и оставили их сиротливо лежать на траве, налепив какие-то жёлто-оранжевые листовки, - видимо, с новыми требованиями и инструкциями для нас.

- Не повозжай их! - сказал сердито сын. - Мы и так уже сдаём им самый чистый мусор в мире и моем банки из-под майонеза и йогурта до блеска!

- Наши соседи не сговаривались, - сказала я, - но никто к мешкам даже близко не подошёл и их дурацкие листовки не стал читать. По-моему, мусорщики перегнули палку и достали людей!

Тут неожиданно к домику подъехала сноха, и наш увлекательный разговор с сыном пришлось отложить.

- А где мы купим сувениры для Марии, - спросила я, усаживаясь в машину снохи. – Хочется, чтобы не просто пустая безделушка была, а со значением, для доброй памяти.

- Я знаю одно место, - сказала сноха. - По дороге расскажу.

 (Продолжение следует)