Три дня

Вход со служебного! –  прозвучало – И не забудьте бейджи!!! И это было совсем не важно! 

А важно было то, что Маша уже была на «Большой сцене» в четвёртом классе, и не понравилось. Вот вообще не понравилось. Народный танец, в представлении Анны Васильевны,  народным был только кокошниками. Ну, и музыкой, чего лукавить. По мнению Маши – мероприятие никому не нравилось. Её кокошник съехал набок, пузыри под носом надувались, она так и вышла "в массы». Сами понимаете, так себе опыт. 

В этот раз, уже Надежда Васильевна, пыталась Машу приободрить . 
- Маша, нужно так провести экскурсию, чтоб у всех челюсти отвалились – как понимаете, так себе стимул. 

В процессе подготовки Машка озвучила все свои страхи и даже приукрасила. Всё пыталась слинять. 
Но Наденька доверительно сказала -  «Нет ножек - нет мультиков», что в переводе значило - Тогда ты, Машка, без засчитанной практики - как понимаете, выбора нет. 

- На таких площадях - она про квадратуру - обычно проходят концерты или митинги. 
От осознания этого и без того большие глаза Маши округлились. От страха. Но, слушая  весёлое щебетание коллег по несчастью, и глядя на строгое, не обременённое мимикой, лицо Надежды, на Машку "напало" смирение. 

Детство и юность её прошли в Третьяковке: картины с изображением леса, моря и прочей природы,  красивых, благородных лиц в пышных одеждах, и сцен с распятым Христом. И порой, Марию накрывала ностальгия. Потому она и выбрала, факультет искусства. Он позиционировался, как факультет с полным погружением в творческую среду. 
 – Прикольно! – пищала Маша от восторга, читая отзывы. 

И вот свершилось!  Первое погружение, да и ещё и на реальной международной выставке – ярмарке. Но чего-то, вообще, не прикольно. 
Современное искусство - это не совсем то, что висит в Третьяковской галерее или Эрмитаже. Из серии, совсем не то… Машка его вообще не понимала.

 - О чем они? Вот, например, эта? – спросила она, рассматривая картину, на которой дама, с ликом святой Марии, ловит подлетающую «юбочку Монро». 
- О, в ней глубокая философия! – важно откомментировала Наденька. Мария, современное искусство  - это то, что сейчас хорошо продаётся! А мы с коллегами учим вас великому мастерству – менеджменту!

Мишка, друг детства, он же «продажник» от Бога, говорил, что продать можно всё, что угодно. Но она-то - вообще не продавец!      
Поболтать, для информационного обмена, не более.  А чтобы товар втюхать, любить это надо, или хотя бы испытывать симпатию к предмету втюхивания... 

Вспомнила, и оглядев территорию, на которой  придётся «творить» три дня, прошептала – Блин, придётся это полюбить… 
В первый день уже освоилась. Творческие люди, конечно, с прибабахом, но душевные, чего уж скрывать.

- А это любопытно, - под свой нос, сказала Маша  -  разные люди, формы и стили в одном месте, любопытно. Единого стиля, из серии «греческий зал», здесь не было. У каждого творца был свой маленький мирок, который они ревностно оберегали от других «дуэлянтов». Вы когда-нибудь думали, что выставка, особенно выставка - ярмарка – это маленькая дуэль. Кто, кого и чем. Скульпторы, художники, фотографы бьются за место под солнцем и за кусок хлеба. 

День первый. 

Информация, картинки, люди – всё смешалось. Жëваный текст в голове. Паника и безнадёга. Так Маша и «вышла в массы», и это было похлеще съехавшего кокошника.
Маршрут у неё был клёвый. Сама выбрала. А Надежда ободрила
 – Хороший подбор экспонентов.

Поясню, экспоненты – это люди такие или целые группы людей. Ранимые и плаксивые, чрезмерно весёлые, громкие или закрытые, в своей внутренней «коробочке». Разные. И все с тараканьими стадами... Одним словом – творческие.

Стенд А280-гб.

Старт был от девчонок – подружек. Кардинально разных девочек. Одна с цветными тараканами, которые, судя по картинам, ломились то в одну, то в другую сторону. Другая с возвышенными. 

Группа досталась спокойная. Машка доверительно сообщила, что это её дебют и ей очень страшно. И страшно парит всё это. Её вяло поддержали аплодисментами за смелость, что чуть вдохновило. И началась дуэль. 

Яркий пикассизм, против этнически – философской абстракции. Первая решила презентовать себя сама, без Машкиного участия, перебивая и вводя её мысли в ещё больший хаос. Вторая, находясь рядом, прибывала в «дзен» состоянии и прикрывая, и без того полуприкрытые глаза, бросала фразы, типа: «Мария, вы же специалист! Ваша работа не мямлить!» 
У Маши ничего не купили. 

- Если первый день комом, значит дальше пойдёт, как по маслу – постановила Надежда. 
- Странная логика – обречённо вздохнула Маша. 

День второй.

Стенд А32- пп.

Её встретил взрослый, улыбчивый мужчина. Он начал рассказ со своих сновидений, которые выплеснуты на холсты и закончил краткой биографией. Из которой следовало, что его вечер свободен и ему не помешала бы муза, в виде Маши. И был очень настойчив. 

- Ярки и до безумия филигранны, по словам художника, созданы не "от головы", они так и кричат о его богатом внутреннем мире! – презентовала его работы Мария. 
- Точно не от головы! Другим местом думал - пробубнила она. 

Дуэли не случилось. Он был одиночка и не коммуницировал ни с кем. Продано было много и Маша даже подумала, что Наденька наколдовала. 

День третий.

Стенд… ох уж эти стенды. - Нафига такая нумерация??? Их всего восемьдесят, стендов, не проще: один, два, три, восемьдесят? – она была в бешенстве! Стенд АБ322- е. 

«Маленький домик, русская печка, стол деревянный…» - только это нарисовано, а не спето. Самобытность работ этого автора вызывала восторг. Он единственный, из Машкиной подборки, кто расположил всех, без исключения, к своему творчеству. 
К третьему дню, Машины коленки  уже не дрожали, речь стала внятной и спокойной. И все вокруг стало очень родным. 

Вечер, заключительного дня. Движения размеренны и ленивы. И тут, яркая дама, в красном берете и длинном жакете, лениво кутаясь в него, объявляет что всё, что она здесь видит – не живопись! 

- Они совсем не умеют пользоваться палитрой. И академии они, как видно, не заканчивали - это она про художников. 

Конечно, в группах Маше довелось встретиться  и с отрицательным мнением посетителей. Здесь и уход от академизма. И потеря собственного «Я», и многое другое. Но заключительный вечер, она изгадить не позволит! 
- На то она и живопись, – спокойно сказала Маша – чтобы не всем нравиться. 

Красный Берет перевела взгляд на Машу. И этого было достаточно, чтобы  спокойствие  Машкино, как говориться, в трубу смыло, и она прошла полную гамму чувств: от желания ударить даму, до желания убежать с выставки. 

Но вспомнив Надежду, на выходе сказала - Благодарю вас! Ведь, негативное мнение тоже ПИ-АР! Сейчас есть идейность, художники, как и весь современный мир, ускорились в своем творчестве! – и обратила внимание масс на «юбочку Монро», упомянув, при этом, о глубокой философии произведения. А сама подумала – Обожаю Наденьку)) 

И случился баланс. Группа пустилась в обсуждение увиденного. Очень живенько стало. 

В итоге: " Юбочка Монро» была куплена Красным Беретом, Наденька была довольна экскурсией, Машка получила зачтенную практику, отличную характеристику и чаевые от дамы в красном...