В гостях у Элвиса

Когда 20 лет назад я приехала в Америку, я тотчас влюбилась.

Влюбилась в прекрасное молодое, красивое, юношеское лицо, высокую, подтянутую, грациозную фигуру. В бархатный, обволакивающий голос.

Я влюбилась в кумира Америки 20 века и 21 века - музыканта и певца номер один в Соединенных Штатах - в Элвиса Пресли.

Которого в Советском Союзе совершенно не знала.

И тотчас пополнила ряды миллионов поклонниц Элвиса - моих ровесниц-американок, и старших, и младших, и совсем маленьких.

Без всякого преувеличения, Элвиса Пресли обожает половина женского населения страны плюс какая-то часть мужского.

Магнетизм артиста таков, что его, скончавшегося в 70-х годах прошлого столетия, любят, помнят и чтут в каждом американском доме.

Его песни распространяют миллионными тиражами, существует целая книжная Элвис-индустрия, и в течение всего года, в любую погоду, его дом-музей и усадьбу осаждают толпы американцев, мечтающих хотя бы взглянуть на место, где он жил, и прикоснуться к вещам, к которым он прикасался.

Второй такой или похожей всенародной любви я не знаю.

А тут вскоре, через несколько лет, я сильно заболела.

Сразу резко похудела, как будто стала ниже ростом, кожа пожелтела, силы ушли, и я передвигалась по дому по стеночке, так меня шатало.

Пошли к врачам, и после долгих исследований, анализов и врачебных пыток мне поставили самый неутешительный диагноз.

Я настолько обессилела, что мне было все равно.

Какое-то равнодушие, апатия мной овладели.

Я смотрела на себя, как бы со стороны, и ничего не хотела - только лежать и глаза закрыть.

У нас в семье тогда уже было трое маленьких детей - моих очень любимых внуков, и где-то внутри себя я осознавала, что причина болезни - мой многолетний недосып и утомление.

К троим подряд младенцам мой организм оказался неготов.

Я просто надорвалась.

Ночной ор младенцев содержит в себе какие-то ультра-звуковые составляющие, убивающие всё живое вокруг.

В этом меня никто не разубедит.

А наши - горючая смесь русских и ирландцев - отличаются мощностью и интенсивностью звука вообще от всех.

Мой сын и его жена сделали все, чтобы меня вылечить.

Создали мне курортные домашние условия, нашли превосходных врачей, ну а медицина в Америке - сами знаете, какая: мертвого поднимут.

Подняли и меня.

Как только со здоровьем стало чуть лучше, моя сноха - жена сына, однажды пришла и сказала:

- Мама, я знаю, как вы любите Элвиса, - и я достала вам две путевки для поездки на автобусную экскурсию в его имение "Грейсланд". Поезжайте вдвоем с папой ( так у нас в семье зовут моего сына). Ехать надо послезавтра.

- Ой, - сказала я от неожиданности, - у меня и сил нет. И ходить я не могу

- И не надо тебе ходить, - поддержал жену сын. - Автобус довезет.

- А ты одна с тремя малышами останешься? - сказала я снохе. - Как же ты справишься?

- Не волнуйтесь, мама, - сказала сноха. - С нами моя мама пока поживет.

Как я теперь понимаю, своим последующим выздоровлением я всецело обязана моей снохе. И сыну, конечно.

В самых тяжелых условиях жизни американцы приучены принимать нестандартные решения.

Ну, собрались за день и поехали.

Я положила себе в дорожную сумку по дюжине всякого белья на 10 дней и несколько маек-рубашек-бр…юк.

С этой болезнью мне всё равно стало, как я выгляжу. Даже не стриглась уже полгода, так и поехала. Да там и стричь-то уже нечего было - после химиотерапии все волосенки повылезли.

* * *