«Аттракцион эмоций»: Почему к фильму «Мира» не получится остаться равнодушным
В прокат вышел фильм «Мира» от режиссера картины «Время первых» Дмитрия Киселева. Космос — полноправный герой картины, которую еще до выхода прозвали «нашим ответом «Интерстеллару», поскольку фильм также рассказывает об отношениях отца и дочери.
В начале картины есть кадры, как в самом обычном сериале. И невольно можно напрячься — неужели весь фильм будет такой. Перед нами — семья. Отчим — Максим Лагашкин, мама — Дарья Мороз. И двое детей. Старшая — Лера (Вероника Устимова) и младший — сводный брат Егор (Александр Петров). Лера — подросток, живет особняком, в своем мире. И со взрослыми, и со сверстниками у нее не складывается. Есть только друг Миша (Евгений Егоров), но он с особенностями. У него нет одной руки, вместо нее — протез. У Леры также есть свои особенности, и она их стесняется, еще не понимая, что сила человека — в его отличии от других. А еще у Леры есть отец, которого все время называют по фамилии Арабов — его играет Анатолий Белый, и он по роли космонавт. Однако же папа все время рядом, так как следит за Лерой с помощью различных технических устройств.
В какой-то момент фильм перестает быть похожим на сериал и начинает катастрофически набирать обороты. Поясним этот речевой оборот. По жанру «Мира» — фильм-катастрофа, и вот уже к планете Земля летят осколки небесных пород — метеоритный дождь. Никто не может понять масштаб разрушений, кроме... специалистов по спецэффектам. Глава студии Main Road Post, которая отвечала за спецэффекты, Арман Яхин написал у себя в соцсетях по поводу фильма слова «мы оторвались». Да, специалисты «оторвались», и это прекрасно для картины, потому что, отпустив себя, они смогли показать, как «оторвались» от земли дома, машины, люди и так далее. Город Владивосток, где снимали картину, воспет уже надолго благодаря «Мире». Именно в нем «развернулись» масштабы происходящего. А безутешный отец с высоты космической станции пытается найти девочку, подключаясь к различным электронным системам и предметам, примерно как искусственный интеллект полицейско-литературного алгоритма в романе Виктора Пелевина «iPhuck 10».
Кстати, в «Интерстелларе» Кристофера Нолана отец из космоса взаимодействовал с дочкой через книги. В итоге зрители, переживая, охая и ахая, переносятся в космос и обратно на Землю, как на качелях, при этом наблюдают, как критический момент помогает людям сплотиться, выяснить отношения и понять друг друга. Более того — простить. Ведь что еще остается сделать, когда каждый миг как последний.
В российском кино сильна традиция — еще со времен «Экипажа» Александра Митты — сопереживания героям, которые находятся в условиях повышенной опасности. А если герои эти еще и соотечественники, то зал пропитан пониманием, как губка водой. Может быть, это происходит оттого, что история ставит Россию в условия выживания так часто, что в менталитете людей держаться самим и помогать другим. Таким образом, все герои фильма образуют некий магический круг взаимопомощи, когда каждый зависит от остальных, и вся конструкция рухнет, если слабым окажется кто-то один. И герой Анатолия Белого благодаря тому, что он выше всех, — самое крепкое звено этого круга. Сломается он — не выдержат остальные. В первую очередь его дочь, которая уязвима в силу того, что глубочайшая детская травма осталась у нее непроработанной.
И в этом главный спецэффект картины — не дать разрушиться людям и их внутренних связям. Однако же другие спецэффекты — настоящие, они демонстрируют то, в чем еще больше продвинулось отечественное кино — со времен «Вторжения» и «Притяжения» и даже «Салюта 7» и «Времени первых». Невольно во время просмотра «Миры» зрители задумываются — если так космос снят и показан в этой картине, то что же мы увидим в фильме «Вызов» — который реально снимался на борту настоящей космической станции? Как же нужно будет постараться режиссеру Климу Шипенко — получается, что они с коллегой Дмитрием Киселевым снова конкуренты? И снова картины выходят с перерывом в несколько месяцев. «Мира» — 22 декабря, «Вызов» — 12 апреля.
Однако стоит еще раз подчеркнуть, что главный вызов — не в эффектах и съемках, он — эмоциональный. Константин Эрнст буквально вчера на презентации «Централ Партнершип», анонсируя тизер «Вызова», который покажут перед обращением президента в новогоднюю ночь, сказал, что зрители при просмотре обрыдаются. Пока же зрители уже рыдают во время фильма «Мира». Особенно когда играет композиция кульминационного момента — песня «Туда» в исполнении Михея со словами: «Будет день, и я вернусь туда, где... не ждали... забыли... любили».
Но перед этим не плачут — в том эпизоде, когда рушится большое высотное здание, с крыши которого открывался лучший вид на звезды. Потому что понимают: дом рушится, но спастись — можно.
Кстати
В фильме есть яркие запоминающиеся второстепенные роли. Так, нельзя не отметить дуэт Владимира Симонова и Татьяны Догилевой. Они играют парочку с рыжей кошкой Марусей в придачу, которая пытается спастись от метеоритного дождя, попутно помогая главной героине. И их персонажи и качество игры дают ту необходимую разрядку, которая так нужна при просмотре любого фильма, держащего зрителей в сильном эмоциональном напряжении.
© Сусанна Альперина, «Российская Газета»