Никто не поверит
Восход был великолепен. Такой, что бывает только ранним зимним утром на реке — тонкие солнечные лучики отражались от ледяной глади и сугробов, окрашивая окружающий мир в восхитительные переливы розового и золотого. Под этим чудесным светом из маленькой палаточки на льду вылез Михаил Петрович. Он сунул в зубы сигарету и со вкусом потянулся, хрустнув затекшей спиной. С довольным видом рыбак обозрел ледовое царство и выпустил облако терпкого дыма. Улов был, но неважнецкий- пара красноперок да четыре плотвички. И стоило подумать — сидеть ли дальше в ожидании более крупной добычи или сворачиваться.
Не успела «беломорина» истлеть до половины, как лед у берега вспучился и стал колом, а из открывшейся полыньи ударил свет. Следом из темной воды показался хвост огромной рыбины. Он медленно поднялся вверх, как ноги синхронистки, а следом за ним величаво выплыл... капот легковушки. Петрович от изумления открыл рот. Вишнёвый автомобиль выбрался на берег, передние двери распахнулись и оттуда с потоками воды и криками вывалились мужчины в камуфляже. Тот, что был на месте пассажира, кинулся за водителем. В руке он держал за хвост крупного окуня.
— Ай, шеф, не надо! — щуплый парнишка рванул вкруг машины.
— Стой, скотиняка, стой, кому говорю! Вот как дам больно! — орал шеф, размахивая окунем, как томагавком, — Сюда иди, зараза такая!
Они дважды обогнули авто, прежде чем старшему удалось изловить водителя. Он загнал его в прибрежный ивняк и принялся наносить урон самолюбию.
— Кто.. Штраф... За... Сбитого... Осетра... Платить... Будет?! — каждое слово вбивалось рыбой в голову незадачливого водителя. Тот пытался вжаться в кусты и вяло отпихивался. — Как... В рапорте... Эту... Херню... Описать?! А?! Я... Тебя... Спрашиваю! — словно поставив точку, начальник пришлепнул провинившегося по макушке и выкинул измочаленного окуня.
— «Я знаю, где брод, я знаю, где брод!» Тьфу! — сплюнул он в сторону. Парнишка грустно опустил усыпанную чешуей голову. Шеф достал из кармана пачку сигарет, повертел в руках и с огорчением выкинул в сторону. Все безнадежно промокло.
Тут его взгляд упал на Михаила Петровича. Тот так и стоял с раскрытым ртом. С прилипшим к губе окурком.
— Мил человек, у Вас сигаретки не найдётся?
Петрович отмер и дрожащими руками протянул пачку.
— Вот спасибо! — «камуфляжный» вытянул одну и откинул крышечку серебряной зажигалки. На ее боку Михаил Петрович разглядел гравировку «КБ СТ». Рыбак окончательно пришёл в себя и только сообразил, что от странного пришельца валит пар.
— Вам, мож, погреться, а? — с запоздавшим гостеприимством он откинул полу палатки. — Чайку с сахаром или покрепче чего?
— А можно! — шеф крякнул и потер руки.
***
Мужики молча сидели, потягивали крепкий чай и любовались восходом. На берегу водитель с красным от натуги лицом отдирал пристывшего к капоту осетра. «Камуфляжный» шеф уже пообещал его Петровичу. А тот радовался и размышлял, как объяснить жене следы от шин на рыбьем боку.