НеШкола педагогики
Маленькая сухонькая старушка сидела на лавочке в парке. Задумчиво листая свежую газету тоненьким пальчиком, она заметила статью: «Новые веяния в педагогике! Основанная на учениях Макаренко, теория воспитания подростков успешно внедряется в средней школе Набережного района».
— Глупости какие. Ничего они не понимают. Вот в моё-то время...
---
«Сядьте прямо! Тут обеденный стол, юная леди!» «Что за ветер в голове, что за тон и манеры эти?» — громкость на максимум. Лишь бы не слышать, как снова ругаются родители. Сейчас мать разобьет тарелку...
— Бздынь!
А теперь отец начнет орать, что это якобы был дорогущий бабушкин сервиз.
— Да как ты посмела! Ты хоть понимаешь, ...
— Бздынь!
— Прекрати немедленно!
— Бздынь!
Забавно, но у мамы впереди ещё пара таких «раритетных» сервизов с ближайшего рынка. Они скоро помирятся, отец купит новую посуду, а горничная приберет осколки. Мать опять под покровом ночи съездит к семейному врачу, которого оплачивает фирма отца, оперативно залечит все синяки и ссадины, приведет себя в порядок. Затем отец уедет в очередную командировку куда-нибудь за Урал, а мать продолжит срываться на мне.
Нужно успеть выпросить новый телефон, пока он здесь. У старого батарея ни к черту, через пару часов музыки уже половина становится разряжена.
— Нелли, ты сделала уроки?!
Резким злым порывом наушники слетают с головы.
— Да, мам, всё готово.
— У тебя скоро экзамены, будь добра, готовься! Отец приберег для тебя тепленькое место юриста в своей фирме!
— Но я хотела пойти в педагогику, мам. Работать с детьми...
— С ума сошла! Там же платят копейки!
— Но мне это нравится...
— Даже думать забудь!
— Мам, это моя мечта!
— Ты не понимаешь ничего, прекрати сейчас же!
---
— Ты знаешь, что посмела вытворить твоя дочь?!
— ..........
— Что значит, она вольна делать, что ей захочется?! Какая она взрослая?! Ей всего двадцать, глупая пигалица! Мало того, что разбила матери сердце своей учебой на педагогическом, так ещё и замуж собралась, ты подумай! Педагогика, видите ли, её призвание, она чувствует, что её миссия — обучать детей, а своя семья даст ей ресурсы для работы с «этими прекрасными ребятишками»!
— .............
— Вы сговорились? Вы точно против меня сговорились! У меня сейчас будет приступ! Врача мне! Сейчас же!
---
— Зачем тебе эта кукла?
— Я сшила её для отца. Хотела, чтобы он играл ей с внучкой.
— Ты ещё даже не знаешь, кто там!
— УЗИ показало...
— Да что понимает это УЗИ! Высокомерные глупцы в белых халатах возомнили себя всесильными правителями и сидят в своих кабинетах, задрав нос.
— Мам, сейчас не время...
— Ты же не собираешься положить это убожество ему на могилу? Он твой отец, а не ребенок!
— Но я сделала это для него...
— Выброси! Немедленно выброси! Дай я это сделаю!
... и результат месяца моих упорных трудов оказывается в мусорном контейнере кладбища. Она даже на его похоронах устроила истерику.
---
— Врачи сказали, я больше не смогу... Стресс сказался на организме, пришлось удалить... Я пойму, если ты уйдешь.
Хлопок двери — и вот перед вами вечно молодая, вечно одинокая Нелли. Мать нашла себе другую радость в жизни, более обеспеченную и с новыми сервизами уже через пару месяцев после смерти отца.
Я же посвятила всё свободное время работе. Тем более, мне это действительно нравилось. Годами я преданно изучала труды лучших педагогов мира, старалась использовать их знания, опыт и разработки, чтобы лучше донести изучаемый материал.
Поток за потоком ученики успешно сдавали экзамены, благодарили на выпускном и... навечно пропадали во взрослой жизни. У них появлялись семьи, дети, жизнь, карьера, путешествия, приключения. Моим приключением оставалась лишь новая твидовая юбка, отвечающая строгим требованиям дресс-кода школы и не выходящая за пределы личного стиля.
Я медленно превращалась в бешеную фанатичку своего дела. Даже внешне.
---
— Представляешь, они нашли у меня рак. Рак! Говорят, он настолько мал, настолько труднодоступен, что может оказаться психосоматическим. Ты где-нибудь видела, чтобы человек уничтожал сам себя силой мысли? Ну что за глупости? — женщина в строгом костюме с размазанным макияжем сидела в парке на лавочке и изливала душу маленькому черному существу. Зверек не пытался сбежать, почти не шевелился, будто понимал каждое слово отчаянной тирады, — Вам, говорят, пару лет осталось. Пару лет! А чего я добилась? Карьеры нет, детей нет, мужа нет. Никого нет! Даже положенные сорок кошек не завела, — на слове «кошки» мохнатый собеседник нервно дернул хвостом, спрыгнул с лавки и куда-то сбежал. Не успела женщина расстроиться, как на то же место вдруг взобралось... яблоко. Совершенно обыкновенное яблоко, каких множество растет в современных городах прямо во дворах спальных районов.
Конечно, оно пришло не само. Просто в вечерних сумерках черный мех сливался с темнотой парка, делая уличную крысу совершенно невидимой.
— Это что, мне? Подарок? Настоящий подарок — мне? А знаешь... Кажется, я поняла. Говорят, у безнадежного больного есть два пути: сдаться и бороться. Однажды я уже сдалась. В тот день, когда позволила матери выбросить мою куклу. Хватит уже жить для других. Существовать для других. Идём со мной?
Черная крыса внимательно взглянула на женщину глазками-пуговками, принюхалась к протянутой руке, а затем шустро взобралась на плечо. Новых лучших подруг ждала гора нереализованных планов, несбывшихся мечт, нерассказанных историй.
---
Старушка встала с лавочки, свернула газету, поправила старомодную шляпку, взяла в руки ридикюль и громко скомандовала: «Лариска, ко мне!». Черная крыса тенью прошмыгнула в привычное место.
— Глупости, не понимают они ни-че-го-шень-ки. Подросток — это не возраст. Подросток — это состояние души, бунт, протест, свобода. Ээхей! Кто людям помогаааает, тот тратит время зря, ага?