cp
Alterlit

В гостях у Риги (часть вторая)

Я посмотрел в проход автобуса. Возле водителя стоял подросток, я таким был в восьмом классе. На нём была светлая куртка, явно не по сезону, такие же светлые брюки, и белые кроссовки в зелёную полоску. На голове у него была одета лыжная шапочка.  

  - Добрый день, господа, - раздался в динамиках автобуса юный прибалтийский голос, - добро пожаловать в Латвию! Я ваш экскурсовод на ближайшие два дня. Мы с вами совершим увлекательную экскурсию по Риге и его окрестностям, а начнём мы прямо сейчас с экскурсии по старой Риге, после чего мы совершим небольшую поездку до города Юрмала, где живут ваши русские знаменитости, после чего у вас будет свободное время, и в два часа вас поселят в этом прекрасном отеле. Надо сказать, что это самый молодой и самый центральный отель Риги. Так что если вы готовы, то мы можем начинать.

Произнеся этот небольшой вступительный монолог, Томас уселся на переднее сидение. Андрей, наоборот, поднялся, и стал собирать с нас деньги сразу за две экскурсии. Однако ехать в Юрмалу захотели не все, и Андрей попутно стал считать тех, кто заплатил за обе экскурсии. Таких оказалось чуть меньше половины автобуса.

Собрав урожай из банкнот по десять евро, Андрей уселся рядом с Томасом. Тот махнул рукой, и наш автобус выехал со стоянки на привокзальную площадь.

- Перед вами железнодорожный вокзал города Риги, - раздался мальчишеский голос Томаса где-то у меня над головой, - надо сказать, что у нас в Латвии принято делать железнодорожный и автобусный вокзал в одном здании во всех городах, потому что нам кажется, что так удобнее. В других странах, я знаю, что это не так, вот, например, у вас в Петербурге вокзал автобусный стоит далеко от железнодорожного. А вот сейчас мы проезжаем через мост через канал, и, значит, мы въехали в старый город. Это очень просто запомнить, как заканчивается канал, так и заканчивается старый город.

Слушать Томаса было одно удовольствие. Совершенно было непонятно, шутит он или говорит серьёзно, он говорил так, словно извинялся перед нами за то, что не очень хорошо говорит по-русски, но, с другой стороны, в его голосе читалась ирония. Одним словом, я и забавлялся, слушая его рассказ, и получал интересную мне информацию с другой.

Автобус тем временем катил по набережной Даугавы с одной стороны, и старым городом с другой. Как только мы проехали один из мостов через Даугаву, автобус затормозил, и припарковался на маленькой площадке, рядом с другими, такими же экскурсионными автобусами.

- Выходимте все из автобуса, пожалуйста, - объяснил причину остановки Томас, - отсюда начнётся наша пешеходная экскурсия. Смотрите на меня, я буду идти вот с этим флагом, - тут Томас покачал над головой небольшим вымпелом, на котором было что-то изображено. Даже с вытянутой вверх рукой Томас доставал только до моей макушки. Впоследствии я узнал, что у Томаса в руке был флаг города Риги.

Высадили нас возле памятника латышским стрелкам. Монумент серого цвета возвышался одиноко над пустым пространством площади. В этот момент на улице было 22 градуса мороза, и дул сильный ветер. Томас остановился возле памятника, и без всякого энтузиазма вяло помахал над головой флажком. Даже без линз было видно, что ему очень холодно, но он стойко держится, как настоящий взрослый латыш.

Что Томас говорил возле памятника латышским стрелкам, я не расслышал. Томас говорил негромко, а вой ветра, и то обстоятельство, что мои уши были заботливо спрятаны под капюшоном пуховика, не давали возможности разобрать слова. Да я особо в этот момент и не прислушивался. Про латышских стрелков я и так знаю с детства, из цикла «Мои первые книжки», где детям рассказывали сказки про дедушку Ленина. Мне показалось, что в самой Латвии не очень хорошо относятся к тому, что стрелки делали в 1918 году. Томас об этом не сказал ни слова.

 А вот возле одного красивого дома из красного кирпича  Томас задержался. Но сначала он ответил на чей-то жалобный возглас из толпы, что его плохо слышно.

- Я понимаю, вам интересно меня слушать, но двадцать два градуса мороза для нас это слишком холодно, и я боюсь сорвать свой молодой голос, а вам меня ещё два дня слушаться, так что подойдите ближе, и если ветер стихнет, вы меня поймёте. Потом мы войдём на улицу под крышей, и там будет всем вам тепло. Вот. А пока немного о Латвии, и откуда появился город Рига.

Вы наверняка знаете, что немцы одевались в костюмы крестоносцев и ходили в походы завоёвывать разные земли. И вот один такой отряд пришёл сюда, где текла река Рига, и решили построить тут город. Местное население городов не строило, им это было неинтересно. Мы, латыши, не любим жить общежитием, нам нравится жить отдельно по хуторам. И вот в 1201 году некто Альберт решил основать на реке Рига город, после чего саму реку засыпали. Дом, который стоит за моей спиной, это дом Черноголовых, он был построен в середине 14 века. Он был построен для молодых купцов, которые пребывали в Ригу по своим торговым вопросам. Патроном у этого здания был Святой Георгий, - покровитель воинов и рыцарей, потом Святой Маврикий, и именно он и дал такое интересное название, - Черноголовые, из-за символа. Изображённого на гербе братства.

Слушать было интересно, а вот стоять на месте очень холодно. Пока Томас рассказывал всю историю здания, я отошёл на несколько шагов назад, и сделал несколько снимков на свой телефон. В это время снова пошёл снег.

- Давайте мы сейчас пойдём греться под крышу на одну из улиц, я вам покажу, где работает наш президент, - сказал, поёживаясь от холода Томас, - идёмте все за мной.

Подняв нал головой флажок, Томас направился к зданию, находящемуся напротив дома Черноголовых, и вошёл внутрь. Наша группа быстро проследовала за ним. Я заходил одним из последних, и увидел краем глаза, как на то самое место, где мы только что стояли, пришла другая туристическая группа.

Внутри было тепло, и я тут же освободил свою голову от капюшона. Вдоль правой стены стояли два лотка с сувенирной продукцией. Я не стал брать ничего в руки и рассматривать, а Томас сказал, что все эти сувениры сделаны своими руками, или, как это говорят у вас, в России, всё это поделки.

- Если вы думаете, что это какой-то торговый комплекс, то очень сильно ошибётесь, потому что это на самом деле улица, вот и табличка с названием, - Томас вытянул руку без флажка, и показал направление, куда надо было смотреть. Действительно, на стене висела табличка с названием улицы, но прочитать его я не смог.

- Городские власти подумали, а почему бы не укрыть эту маленькую улочку под крышу, и сделали это, - продолжал раскрывать перед нами возможности построения фраз на русском языке наш юный рассказчик, - здесь же, в этом здании, наверху, заседает парламент нашего государства, и если вам нечего делать, вы можете прийти, и посмотреть, как страной управляют люди. Это интересно. А вот если зайти с другой стороны этого дома, - тут Томас показал руками, с какой именно стороны дома надо зайти, - то вы стоя на мостике через канал сможете увидеть дворик, где наш президент иногда гуляет во время паузы, когда занимается вопросами государства. С мостика так же можно увидеть окна его кабинета, и если вам повезёт, то и самого президента внутри тоже можно увидеть.

Я слушал этот рассказ, и улыбался своим мыслям. Вот что значит независимое государство, от которого ничего не зависит. Сидит себе президент страны у себя в кабинете, работает, думает, решает вопросы, а снаружи на него туристы любуются, пальцами показывают. Ну, прямо как в зоопарке.

- Ну, я так понимаю, что вы уже согрелись, да? – задал вопрос Томас нашей группе.

- Да, да, конечно, - ответило в ответ несколько простуженных голосов.

- Тогда пойдёмте дальше мёрзнуть, я покажу вам самую известную улицу советского кино, - произнёс Томас, и вышёл через стеклянную дверь на улицу. Вся группа потянулась за ним. С лотков так никто ничего не купил. Невозмутимые латышки за лотками не обратили на нас никакого внимания. К таким делегациям они давно привыкли.

Первое сооружение, которое мы увидели на небольшой площади, напоминало узкую стеклянную трапецию, направленную в небо.

- Это памятник новогодней ёлке, - гордо сказал оттаявший Томас, - Рига, - это первый в мире город, где Новый Год отметили установкой ёлки в центре города. И совершенно не важно, так ли это на самом деле, потому что у нас есть официальный документ на эту тему, так что никто с нами не спорит.

Хорошо, что у нас есть гид, - подумал я про себя, - вот мне бы никогда в голову не пришла мысль, что это памятник именно ёлкё. С таким же успехом можно было назвать этот памятник первой ракете, и подъёмному крану. У кого как развита фантазия.

Томас тем временем повёл нашу делегацию вглубь веков по узким каменным улочкам старого города. Время тут замерло давно. И только современные машины, которые с трудом втискивали себя в крохотное пространство между домами, напоминали нам о том, что на дворе шёл двадцать первый век. Надписи на дверях и окнах говорили о том, что здесь располагаются рестораны, кафе, мастерские, магазины, - но при этом эти рекламы были сделаны под старину, готическим шрифтом. Я шёл и наглядно убеждался, что город действительно строили немцы. Ну, по крайней мере, точно не финны, и не испанцы. Их архитектуру не спутаешь ни с одной другой.

Томас прошёл через проходной двор и остановился, поджидая остальных. Наша группа растянулась почти на сто метров, иначе было никак не разминуться со случайными местными жителями, кто отважился выйти на улицу в такой снегопад. Я подошёл к Томасу, когда он только начал говорить.

- На том самом месте, где сейчас стою я, стояла не одна кинокамера, - Томас протянул руки вперёд, указывая на улицу, которая поворачивала влево, - а вот здесь происходили основные действия. Это улица Яуниела, она всего лишь 225 метров в длину, но все её знают, как Бейкер-стрит, или Блюменштрассе, - Томас повернулся налево, - вот тот самый дом, в котором живёт Шерлок Холмс, - Томас показал на входные двери, - вот дом напротив, - Томас повернулся на 180 градусов, и вся группа повторила его движение, - из окна этого дома выбрасывался профессор Плейшнер, потому что забыл посмотреть на цветок.

Дальше я слушать Томаса не стал, а прошёл немного вперёд. Вот она, та самая улица, на которой я хотел побывать ещё с 1973 года, когда впервые посмотрел «17 мгновений весны». Я ещё не ходил в школу, но фильм этот помню прекрасно с первого просмотра, а уж улицу эту запомнил навсегда. Именно здесь, на этих камнях гарцевал бит-квартет мушкетёров, распевая «пора – пора – порадуемся на своём веку». А то обстоятельство, что конспиративная квартира в Берне находится напротив дома Холмса, повергло меня в состояние лёгкого трепета. Мне захотелось себя ущипнуть. Оказывается, детские мечты всё-таки сбываются! Конечно, если для этого прилагать усилия. Например, не слушать доводов уехать в другой город.

Группа наша ушла дальше, а я ещё задержался, чтобы сделать снимок этой самой известной улицы советского кино на память. Когда я догнал нашу делегацию, Томас рассказывал, почему в Риге не сохранилось узких улочек, не шире метра.

- Дело было так, -  загадочно улыбаясь, говорил Томас. Он уже не мёрз, стало теплее, может быть как раз из-за обильного снегопада. – В те далёкие времена женщины носили очень пышные юбки, такие, что с трудом проходили по узким улицам. И когда две женщины шли навстречу друг другу, то образовывалась пробка. А регулировщиков и работников ГАИ тогда ещё не было, поэтому никто не знал, как им разойтись. Было много драк, шума, и крика. И жители домов написали жалобу в городскую думу, коллективную. И городской глава постановил, что дорогу должна уступать молодая дама, а та, которая старше идти дальше. Но какая женщина признается, что старше она? Столкновения продолжались, и тогда глава города, которому надоело разбирать жалобы, постановил, - сделать улицы широкими. Поэтому в старой Риге нет узких улочек. Сейчас я вам покажу самую узкую, которая у нас есть.

С этими словами Томас сделал несколько шагов вперёд, и вытянул руку вправо. Перед нами открылся узкий высокий проход, где могли бы свободно разойтись люди, двигающиеся в противоположном направлении, но машине в этом месте было уже не проехать.

А Томас уже летел вперёд. Всё-таки холод начинал сказываться. Конечно, было бы неплохо сейчас согреться глинтвейном, или простой водкой, но он был на работе, и не мог себе такого позволить. Мы как раз на работе не были, но позволить себе этого тоже не могли из-за уважения к Томасу. В результате мёрзли все, уважая друг друга.

- А вот в этом здании живее наша городская дума. Нам кажется, что их слишком много человек, тридцать восемь. Они здесь сидят целыми днями и решают вопросы, как нам жить лучше. Иногда у них это получается. Можно прийти сюда с любым вопросом, если он у вас есть, и вас тогда отправят в канцелярию, она находится за углом, в соседнем здании.

Томас повёл нашу замерзающую делегацию дальше. Судя по лицам, подавляющее большинство хотело скорее вернуться в тёплый автобус, дожидаясь того часа, когда нас будут заселять в отель. А во мне проснулось любопытство. Год назад меня пригласили выступить в Выборге на секции местного отделения поэзии. А чтобы мне не было скучно, то для меня организовали экскурсию по городу. И во время этой экскурсии я много интересного узнал о происхождении финского языка. И вот теперь, находясь в Латвии, мне было интересно узнать о происхождении языка латышского.

- Томас, можно вам задать вопрос, - спросил я юношу с флажком, как только он оказался в зоне моего внимания.

- Да, конечно, - улыбнулся он в ответ. Всем экскурсоводам нравится, когда его спрашивают о чём-либо, давая тем самым понять, что он не зря работает языком.

- Скажите, Томас, - я почти навис над ним, - а откуда взялся латышский современный язык? Ведь территория Латвии, как вы сказали, относилась и к Германии, и входила в состав Швеции, была частью Российской империи…

- Оооо, это действительно интересно, - Томас улыбнулся так широко, что ему бы зааплодировали все стоматологи мира, - вы знаете, я расскажу это вам завтра, когда мы будем стоять рядом с картой в одном из не развалившихся до конца немецких замков Латышкой Швейцарии. Там это будет к месту, - Томас лукаво улыбнулся мне, и повернулся к остальной группе, - я так понимаю, что вы уже окончательно заблудились в этих улицах, но ничего. На 90 процентов мы прошли всю старую Ригу. Сейчас мы подойдём к оставшимся развалинам старой городской стены, и вы увидите, какая была крепость пятьсот лет назад.

Подписывайтесь на нас в соцсетях:
  • 2
    2
    24

Комментарии

Для того, чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться в системе.
  • notkolia
    Старичюля 02.12.2022 в 19:50

     Выходимте (с)? 

    Вы серьёзно? Вы же, несомненно, считаете себя писателем, а это обязывает быть грамотным, я думаю.  "Выходимте", мда.... 

  • capp
    Kэп 02.12.2022 в 20:05

    Смеркалос...