Чарльз Диккенс, «ЛАВКА ДРЕВНОСТЕЙ»
Доброго времени суток, друзья. Продолжаем наш марафон чтения. Сегодня у меня долгожданное — автор, чтение которого для меня праздник. Который оставил по себе много книг и которого, если Бог даст, мне хватит ещё надолго. Это моё любимый писатель из литературной классики (которую я тоже очень люблю). И это один из самых известных его романов. Встречайте:
Чарльз Диккенс, «ЛАВКА ДРЕВНОСТЕЙ»
Книга эта в чём-то даже уникальна — она стала культовой ещё в процессе написания. Да, друзья, бывает и такое. История сама по себе интересная и, в общем, вполне современная. Дело в том, что, как я уже много раз говорил, Диккенс был «звездой». Во всех, опять же, современных смыслах этого слова. И каждая его новая книга была чем-то вроде современного ТОПового сериала. Сравнение далеко не случайное — его книги публиковались по частям в журналах прямо во время их написания. Собственно, «Лавка древностей» стала культовой именно так. А происходило всё своеобразно. К примеру, очередной выпуск данного журнала везли в Америку на корабле и к моменту его прибытия в порту Нью-Йорка на набережной собирались приличные толпы. Портовые служащие и граждане залезали на канаты и кричали на корабль матросам, мол, что было в новой серии. А с палубы им спойлерили продолжение. Вот представьте себе это очаровательную картину, друзья.
Ну, а лично я могу сказать, что мне сюжет этой книги тоже заспойлерили. Точнее — её финал. Не намеренно — случайно. Но всё равно это было плохо. Никогда так не делайте, дорогие товарищи. В принципе, заранее знал, чего мне от книги ожидать. В том плане, что для данного автора она, скажем так, не вполне типична.
Впрочем, Диккенс в этой книге всё равно был верен себе и нанёс удар буквально со старта. Его великолепные описания начались уже с самых первых страниц — со вступления, где рассказчик гуляет по вечернему викторианскому Лондону. Что сказать? Как же это было круто. Вообще, мощнейшие диккенсовские описания периодически встречаются по всему повествованию. Например, описания завода, в котором ночуют главные герои — эти индустриальные картины Англии времён промышленной революции, магия огня в домне, который поддерживает встретившийся им потомственный кочегар, буквально завораживают. И таких моментов там немало. Как, впрочем, и во всех остальных романах Диккенса.
Или другая бесспорная диккенсовская «фишка» — его колоритные персонажи. Справедливости ради, здесь они не настолько колоритны, как, скажем, в «Пиквикском клубе» или «Больших надеждах», но, тем не менее, тоже крайне живописны. Например, Квильп — злобный карлик и главный мерзавец этой книги. Или главная героиня Нэлли — девочка просто запредельной кавайности, чем-то напоминающая Дженни Рен из его же романа «Наш общий друг».
Всё это просто классно. Всё это высшей пробы. И, сразу говорю, книга просто замечательная. Но вынужден признать, что «Лавка древностей» — это первая книга Диккенса, которую я воспринимаю не однозначно положительно, а, как минимум, противоречиво. И причина здесь именно в той самой её «нетипичности», о которой говорилось выше.
Дело в следующем — это нереально грустная книга. Которая заканчивается плохо. Не для всех, конечно, но тем не менее. Как я уже говорил, в ней в полной мере присутствуют такие авторские черты, как гениальные описания и колоритные персонажи. Но при этом почти полностью отсутствуют две другие, за которые я тоже ценю Диккенса — его блестящее чувство юмора и неубиваемый оптимизм. С которыми он не расставался даже тогда, когда описывал самые низы общества. А здесь этого нет. И за вычетом данных качеств это уже не Диккенс. Это уже какой-то... Достоевский! Серьёзно. Здравствуйте, Фёдор Михайлович, какая неожиданная встреча. Юмор ситуации в том, что Достоевского я читал как раз перед Диккенсом и всерьёз рассчитывал от него разгрузиться. А вместо этого получил «передоз». Ну, что ж, бывают в жизни злые шутки. Может быть поэтому того объёма удовольствия от книги, на который я рассчитывал, мне получить не удалось. Впрочем, повторюсь: книга всё равно отличная.
Сюжет книги вполне классический и вполне викторианский. Дедушка и внучка владеют лавкой древностей. Но дед имеет довольно мерзкую тайную страсть — он игроман. В самом отвратном смысле этого слова. Примерно такого типа, как показан в одном из эпизодов сериала «Сопрано» (кто в теме — тот поймёт). Итог закономерен — они всё теряют. Ну, и плюс ещё некоторые подлецы этому способствуют. И вот они отправляются в странствие по Англии. Их путешествие и то, что в это время происходит с их близкими — и есть сюжет книги. Читается она довольно легко. За линиями повествования следить интересно. Собственно, как и во всех книгах данного автора.
Но не могу не подогнать ещё некоторое количество негатива. Который, впрочем, не относится непосредственно к автору или книге. Хотя, я совершенно не ожидал, что с чем-то подобным столкнусь в плане Диккенса. Честно — даже представить себе не мог. И это проблема альтернативно одарённого переводчика. Да, друзья мои, даже классика, как выяснилось, от такого не застрахована. Данный персонаж творит под аббревиатурой А. Н. (не знаю, почему). И если вы решите эту книгу прочитать — даже не думайте брать её в таком переводе. Нет, в чисто литературном плане он переводил вполне прилично (если не считать мелких косяков вроде «старенький старичок»). Однако персонаж почему-то решил, что будет правильно загаживать оригинальный текст «артефактами», ну, никак не относящимися ни к данной эпохе, ни к данной культурной почве. К примеру, они у него там все пьют «водку». Серьёзно. В викторианской Англии. А одного из детишек он обозвал «Яша». Какой ещё, нафиг, Яша? Это Англия, товарищ. Причём, середины XIX века. Я так понимаю, в оригинале там был Джейки или кто-то в этом роде? Или то, что в одном из эпизодов героев приглашают «пройти в избу»... Куда?!! Вот реально, у меня слов нет. А почему бы тогда «глинтвейн» не обозвать «сбитнем», а «грог» — «ершом»? Серьёзно — почему нет? Раз уж начал — выступи на все деньги, родной. Или родная. Не знаю, что у этой аббревиатуры с гендерным вопросом. Меня в таких случаях всегда интересует только один вопрос: зачем? Ради чего? С какой целью? Это что, какой-то способ самореализации? Или пациент/пациентка всерьёз считает, что так будет лучше? В общем, цензурных слов у меня нет, если честно. Впрочем, полагаю, вы это и так поняли, друзья.
Ну, а напоследок, скажу вот что. Даже несмотря на то, что книга очень грустная — она ещё и очень добрая. Может в этом и есть её секрет? Диккенс — он вообще был очень добрым и это чувствуется. Так что я однозначно продолжаю его читать. Моё категорическое желание прочитать его полностью только укрепилось. Рекомендую ли вам? Вопрос риторический.
Хорошего чтения, друзья.