agresnovv ANDREW GRESHNOVV 14.11.22 в 08:59

Street Boy's: история одной фирмы (Part 1)

DISCLAIMER

Мнения, озвученные в данных историях, являются оценочными суждениями и не направлены на возбуждение ненависти, вражды, какого-либо уничижения достоинств человека, равно как и группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а также принадлежности к какой-либо социальной группе. Автор против любого проявления насилия и к нему не призывает. Данный контент носит исключительно развлекательный характер, а все персонажи являются вымышленными и любое совпадение с реально живущими или когда-либо жившими людьми случайно.

 

INTRO

«В Москве избили подростка-инвалида из-за шарфа "Динамо"»

«Компания подростков избила 16-летнего инвалида на западе Москвы – они атаковали студента колледжа возле одного из торговых центров на Кутузовском проспекте. В это время юноша со своим другом шёл по торговому центру, к ним подошёл ещё один подросток и стал высказывать недовольство шарфом "Динамо".

Пострадавший утвердил, что "фанатом" он не является, а шарф использовался с целью согреться. На данный момент он переведён из реанимации в отделение.

Касаемо этого инцидента возбуждено уголовное дело по статье "Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью", ведется работа по установлению личности всех причастных к избиению. О дальнейших новостях по этому событию следите в нашем…»

 

ХАРДБАСС

— Прикиньте? Я — звезда, получается, — гордо произносит К., сворачивая потрепанную распечатку из онлайн-газеты.

Мы смотрим на этого козла, как козлы. Этот дурень реально избил скарфера-инвалида в Москве?

— К., ты долбоеб? — спрашивает Ю. — Ты хочешь, чтоб нас хуесо…

— Да погоди!

— Я тебя перебивал? Нет! Поэтому завали рот и слушай. Ты должен был поехать в Москву с Ж. и Н., чтобы собрать материал для зина. Я вас направил туда, как скаутов. А вы ходите там и избиваете инвалидов, сука? Я сейчас сам тебе въебу! — Ю. резко поднимает над головой К. кулак.

— Йоу-йоу, погоди, погоди! Это блядское сми, зуб даю, отвечаю! Это они, как всегда, испоганили историю, чтобы властей привлечь к борьбе с фанами. Дело было вообще по-другому. Мы с Ж. и Н. шли по Кутузовскому, выискивали фанов, увидели двух этих динамиков, а один как начал кричать нам: «Уебки ростовские, ну идите сюда, щас все трое у меня отсосете», а там Ж. был со паленкой стоника цветов нашего клуба. Вот и заварилась драка. Мы-то их загасили втроем, но тут серые сбегаться стали, мы деру, а меня за шиворот схватил тот пидор и сказал в глаза: «Я тебя запомнил, конч», а я ему на ушко: «А я тебе сломал колено, конч», — и ебнул по коленке, ахах! Мы с Ж. и Н. сбежали, а этот додик серым наплел, что он не фан ваще и что мы сами на него напали (как мы и сами обычно делаем, чтобы не привлекли). А потом он наплел смишникам, мол, он инвалид. Хотя кинулся на нас, как чертов гимнаст Москвы!

Выслушав К., мы признаем, что погорячились. «То-то же», — приговаривает он и с концами опускает распечатку из онлайн-газеты в карман. Это был его первый трофей. Обращаясь к СМИ, хотим сказать: «Сними очки, сними наш зад!»

Уже ранний вечер субботы (бля, как будто Лев Толстой пишет). Всей многошумной толпой мы ждем остальных, в т.ч. и наш молодняк. Собрались на Текучева, у спортивного клуба «Динамо» (по иронии судьбы, походу). Сегодня треня вместе с другой РСМ фирмой — Union's. Все с нетерпением ждут — у всех нетерпеливые кулаки (еще и чешутся, сука, следы от зубов не сходят – покрываются новыми). Обсуждаем фанзины, стараясь выделить те, которые нас интересуют для создания нашего собственного. По общему голосованию выносим вердикт: топ-5 − «Street News», «Ultras News», «Madness13», «Молодые страницы» и «Fan's magazine». На том и порешали. Тем временем Л. травит анекдоты, и один из них прям разрывает: «Зенитовцы проходят мимо бомжей и говорят в их сторону: "Фу-у, бомжи", а бомжи смотрят на них и говорят: "Фу-у, бомжи"».

Треня прошла как обычно: разминочные упражнения, отработка ударов, приемы из рукопашки, стенки (когда один ряд стоит и выдерживает удары другого ряда, далее — смена защиты/нападения), контроль над дезориентацией (раскручиваешься минуту на месте, потом резко — стоп, и бой с тенью) и напоследок отработка стенки-на-стенку (честно, нам лень сейчас описывать; если интересно с описанием почитать, то опустись ниже, к главе «17х18…»). Как итог: мы попускаем Union's. Обходится не без фонарей, крови и боли. Боль причем проступает уже с середины трени. А. вообще научился на шпагат садиться (ну там как… там просто Ю. подходит к нему, когда все шпагат тянут, и что есть силы давит ему на плечи; ходить А. теперь тяжело, конечно, но зато шпагат, сука, ровный, все девочки его).

Ближе к ночи мы заканчиваем тренить. Прощаемся с Union's. Выходим из зала. Улица встречает нас синим сумраком и желтизной фонарных столбов. Уставшие, двигаемся вдоль Ворошиловского проспекта. Мы хлопаем в ладони и кричим: «Рос-товс-кий Сель-маш! Рос-товс-кий Сель-маш! Рос-товс-кий Сель-маш!».

Завтра мячик Ростова с Зенитом в гостях. По прогнозам: три в очко, качественная шиза и плачущие бомжи, прижатые ногой к забору. И точка.

 

КАМЕННЫЙ ОСТРОВ

Сегодня долгожданный день — к нам в гости приезжает Локомотив с паровозиком лохомотов. Хотелось dratsing, хотелось gasitt кого-нибудь по полной программе. Поэтому решаем собраться крупным составом, чтобы зашизить на мячике и зашизить красно-зеленых бедолаг до полусмерти. Не мы такие — футбол такой.

Подтягиваемся к правому берегу Дону — к набережной. Dvizj накаляется, и накаляются жопы прохожих. А нам палец в рот не клади (реально, бля, а че?). Мы почему в людном месте собираемся, когда можем пройти с речевками по Ворошиловскому мосту и уже там развариться? Потому что набережная, она как клуб «Голубая Логуна» для модников и уебанов-карликов.

Собравшись, бахнув по банке 0,33, мы направляемся сажать на банку «настоящих хулюганов». Подкатываем шумно к компашке трех парней. Стоят такие, с подкатиками на skinny, в кепочках от Polo Ralph Lauren и часами, которые вызывают у G − шок.

— Вечерочек добрый, пацаны, — вальяжно говорит Р. — Че стоим тут такие нарядные? О! Да тут кто-то с подкатиками.

— Реально, — театрально удивляется К., — подкатики! — К. схватывает двух парней за плечи. — За подкаты пояснять будем?

Пацанам ваще невдомек, что сейчас произойдет. Они стали отнекиваться, мол, а что такого в подкатах, все сейчас носят их.

— За кого гоняем, лохопеды? — грозно спрашивает Р.

Вы когда-нибудь видели, как парни на глазах становятся заиками? Балдежное зрелище.

В наших лицах явно не шутки читаются — пацанчики сразу принимаются подкатики опускать. Ха! Но стоит им только нагнуться, как мы всей толпой бросаемся на них. Сначала перекидываемся кулаками, а потом ебнутый Р. влетает одному по круглой харе с ноги, и тот рушится, как домино. Второго А. кидает прогибом, к чертям сворачивая opp’у шею. Третий ложится от удара в солнышко. Теперь модники будут знать вкус нашей подошвы: лежат, как улитки, плюются кровью, но дышат! Мы наказываем, но мы не убиваем!

В качестве наказания, кепки Polo Ralph Lauren мы снимаем с этих олухов. Р. оставляет одну себе (как трофей), а все остальные выкидывают в мусорку. Говно паленое.

— А кроссы говно у тебя! — кричит Р. и заезжает со всей дури одному по затылку.

Мы ржем (но мы не кони) и бросаемся в стороны — по-быстрому смешаться с толпой. Ну, делимся на мелкие группы, договорившись собраться у Ворошиловского моста.

Пока идем, встречаем еще двух модников. Тоже с подкатиками на skinny, но один был в кепке от Fred Perry, а другой уже с более громким диагнозом — в кофте от Stone Island, с патчем, конечно же. Завидев нас, они ободряются (если только не усираются).

— Че кого, ребят? За кого гоняем? — спрашивает А., дергая одного за патч.

— Тебе дело какое? Вы последствия не вывезете. Пиздуйте, васьки.

Нихуя вы пацаны жоские, думаем мы. С иронией, само собой. Потому что всем своим видом они напоминают нам какую-то школоту, ну и их голосок… Тоненький, как целка у целки.

— Последний раз спрашиваю, за кого гоняем? — сурово спрашивает А.

Но А. не дожидается ответа и бросается с ноги в первого попавшего. Следом вписываются Р. и Н. Карликам пизда… Типичные «настоящие хулюганы», у которых не фирма, а компашка со школы. Пацаны полегли, как kal. А мы что? Мы встаем над карланами и шизим на всю набережную: «Ро-стов-ский сель-маш! Ро-стов-ский сель-маш!». И двигаем к Ворошу. Но А. возвращется, точнее он с разбега прыгает на побитого бедолагу и, сказав: «А это я на память возьму, ты не против?», срывает с кофты карлана стоник (с клочьями ткани). И стоила ли овчина выделки?..

Всю дорогу Р. восторгается от произошедшего. Он гордо басит:

— И так будет с каждым у нас, у меня на пути! А то развели тут модный инкубатор, сука. Они недостойны носить наши бренды. Я теперь даже в шараге у себя со всех снимаю одежду. У меня там много таких. На словах они Львы Толстые, блять, а на деле… Меня даже бояться начали, потому что знают, что я забивной. Я сам им всем сказал, чтобы не было доебов в мою сторону.

Мы с ребятами недоумевая переглядываемся, а Ю. смотрит на него с отвращением.

— Р., что за показуха? Показухи мы не одобряем. Думаешь, из Москвы, значит, крутой? За твои выпады никто из нас заступаться не станет. Все, что происходит на футболе, — остаётся на футболе, разве тебе не вдупляли? Или тупой, блять, не понимаешь, что из-за тебя нас космонавты могут наколоть? Что репутация фирмы падет? У нас этого блядства быть не должно. Мы не гордимся тем, что деремся. Мы гордимся нашим клубом. Мы бьемся за честь клуба. А ты как ебан… Под такими делами не подписываются. — Ю. накаляет злоба. Его понять можно, ведь репутацию фирмы поддерживать нужно. Мы не бунтари, не нацики, не гопники какие-нибудь.

— Ну, Ю., я же… Это же к слову о модниках было. Я преувеличил немного… Не принимай в штыки…

— Ты — ебло, мразь и овца, и нет у тебя нихуя — ни города своего, ни страны, ни клуба. Ты — карлан ебучий! Ты позоришь нас! Ты больше не член этой фирмы!

Наверно, Р. думает, что это шутка, и поэтому двусмысленно тянет лыбу… Ну… Ю. сам натягивает нашего карлана. Ух… Он ему и кофточку Lonsdale рвет заодно (оригинал причём). А мы гоним его поджопниками. Бежал он как истинный недоносок.

В это же время подтягиваются и все остальные. С речевками и бодрым настроем мы двигаемся через мост до стадика.

Нам уже позвонил скаут и передал, где находятся красно-зеленые. Вечер обещает быть красочным.

 

FAN-ZONE

«Ебать, ебать, ебать коней! Ебать, ебать, ебать коней! Ебать, ебать, ебать коней!» — горланим мы до Ростов-Арены, гремя руками. Нас обходят стороной. На нас тревожно смотрят. На нашем пути — ничего, кроме коней у турникетов. А те нас уже тоже заприметили… Среди них, кстати, видим, наш Р., шлюха цветная, — натянул на локоть красно-синий шарфик и вместе с ними шизит: «Крикнем "ЦС" / Крикнем "КА" / Крикнем фанаты / "Вперед ЦСКА!"» — орут долбоебы и цветная шлюха. Мы его угондошим при первой возможности.

Прокричав «Отсоси у желто-синих!», мы несемся — толпа на толпу, волна на волну, гора на гору, будто нас бросили Полифемы. Но мы вас расстроим: ничего не происходит, потому что набегают ОМОНовцы; и они ни то чтобы делают неплохой массаж спины и головы дубинками, они ограждают нас от RBand и ведут их лично на стадион. Нет ничего теплее момоновской юбки, правда же? Суки. Рекламу, что ли, не смотрят? Прерванный половой акт — ненадежный метод контрацепции. А когда на горизонте мелькают кони — все мы немного зоофилы.

Сквозь толкучку болел и скарферов мы пробираемся быстро и без очереди. Стадик наполняется с каждой минутой, а мы в ожидании мячика разворачиваем баннеры и разогреваемся — октябрь на арене, а мы майки поснимали. В конюшне тоже виден кипиш. И все это время, до начала мячика, на нас неотступно из-за всех углов зыркают серые. Мы с ухмылкой переглядываемся:

— Это они еще не знают, что мы подготовили…

— Дай бог, не ослепли бы.

Итак. Игроки вышли на поле, поклонились своим фанатам и разошлись по позициям.

ФК РОСТОВ V ПФК ЦСКА; обратный отсчёт (Д. уже сжимает в руках мегафон): 3, 2, 1… Понеслась!

Первый тайм. Шизим на уровне: «Не болей за коней! Ростсельмаш их всех сильней! Рос-товс-кий сель-маш! Рос-товс-кий сель-маш!». Сразу полетели петарды и файера. Боевая молодежь и модники на секторе справа, на левом болелы, слева внизу фан-клуб неистово крутит шарфиками. Н. бьет в барабан. Д. заводит: «Желто-синий самый сильный! Эй! Эй! Желто-синий самый сильный! Эй! Эй!». 7-жс обводит 14-кс, передает 17-жс, семнадцатый принимает, вырывается вперед, удар — вратарь-кс принимает. Красно-синие ликуют, кривляются и показывают нам задницы. Культура… Их шиза почти на нуле, че-то ржут там, копыта строют, пукают в лужу, а толка как от hool's гандбола (таких типа вообще нет). Тем не менее ЦСКА забивает Ростову гол…

— Блять, ну вот нахуй мы тут орем, а они ноги не могут воедино собрать. Я уже заебался.

— Так, — Ю. чуть не вмазал этому нытику, — ты нахуя сюда пришел?! Игру посмотреть? Наше дело — команду поддерживать, несмотря на ход мячика и на результат. Мы — лицо нашего клуба! Мы — дух его! И не ной тут, сука. Пришел на фан-сектор — топи за фан-сектор, чтобы все калдыри и карлики слышали тебя за километр! Ты! Меня! Понял?!

Пацаненок покорно охуел. Мы не знали, кто это и что он делает среди нас. Но уже как-то похуй.

Перерыв. По нашему сектору проходят космонавты и выискивают тех, кто устраивал файер-шоу. Но хуй там. Их обвести легче, чем корову: перекидываешь стрелки друг на друга и в какой-то момент они такие: «Да ну нахуй, у турникетов вычислим», и идут себе жевать травку (мы, вот, вроде, hool's, но casual-style всегда спасает: все как один человек, не отличишь). А вот коням на фан-секторе не повезло — заварилась там коневасия... Они кидались какими-то нелепыми дымовушками в ментов, которые больше воняли, чем дымили (в смысле, дымовухи, а не менты). В итоге, половину красно-белых выводят и безвозвратно мудосят дубиновыми хуями.

Второй тайм. Начинается активнее с нашей стороны, потому что коней почти не осталось. И это сказывается на ходе игры. Д. поднимает мегафон. Мы бросаем ладони вверх и хлопаем: «Вперед, Ростов! Вперед, клуб мой! Вперед, Сельмаш! Фанат с тобой!» и «Надо, надо, надо, надо го-о-ол! Надо го-о-ол! Надо го-о-ол! Надо, надо, надо, надо го-о-ол! Надо го-о-ол! Надо го-о-ол!». И, боже, о чудо, первый гол от нас! Счет 1:1. Мы ободряемся, а шиза становится в два раза громче. В это же время С. (молодняк наш) выдохся и решил ненадолго присесть.

— Оп-па… а кто у нас тут на очко присел? — влезает К.

Ю. долго не ждет — отвешивает подзатыльника С., что тот аж перекатывается через два ряда.

— Ни разу не был на фан-секторе, малыш? — спрашивает Ю. — Запомни. Мы никогда не садимся. Никогда. За клуб, за город, за страну — стоять надо до последнего. Либо дома у телека сиди.

Матч идет напряженно. Мяч то летит в ворота, то перехватывается нашими, но толка ноль. А остаются последние 5 минут. Остается решающий гол. В такие моменты и впрямь локти грызешь, перила грызешь, ворота грызешь.

91 минута. Го-о-ол! Насрать на усталость. Гол! Внизу не выдерживают решетки, которые отделяют нас от беговых дорожек. Мы висим на них, как отбитые орангутанги. Мы бросаем кулаки. Мы прыгаем. Мы кричим. Гол!!! Петарды, дымы, просто класс! Вот это — футбол. Великая игра! Команда швыряет футболки. Ну и пусть не на тот сектор. Ну и что. Такие матчи запоминаются на всю жизнь!

Мы видим, как на выходе с арены нас поджидают космонавты. Но тут случилось то, без чего мы нормально не прошли бы. Короче, всю игру на фан-секторе коней бушевал какой-то дикарь. Этот даун корчил из себя обезьяну, изгаляясь в показывании fuck в разных позах. Когда ему это надоело, он принялся растягивать ширинку, предлагая нам отсосать. Дегенерат! И вот, в конце второго тайма, мы выходим. И видим — этот даун пошел резво и злостно на выход. Вышел он далеко от нас и видимо настолько увлекся кривляками, что оступился и упал, а мы покатились со смеху. Космонавты повязали его и немного попиздили под наши аплодисменты. Пока они им занимались, мы спокойно проходим к турникетам. Но всей kodloi понимаем, что на выходе всем либо пизда, либо сейчас нас спасет чудо.

Однако кто при взгляде на космонавтов надеется на чудо…

 

A.C.A.B.

Недовольные мячиком Ростов-Спартак (1:3), выходим с арены, перевязываем кулаки бинтами, покидаем область турникетов, видим мясо в 30-40 рыл, кричим: «Ро-стов-на-До-ну! Ставит раком всю страну!», и с разбега взбиваем мясо с ноги. Начался движ. Движ за честь клуба, за цвета клуба, за эмблему клуба, за родной город! Отбиваясь от зашедших сзади свиней, мы крушим ебла без разбора, без меры в ударах. К. вообще красавчик — он грамотными двойками посылает всех на землю. Ю. словно панда — от его кулаков валятся, как kal. А. влетает во всех с ноги и добивает прыжками по лежачим. Ж., сжимая обе руки в «молот», прыгает на тех, кто уже отхватил, и всей своей массой вымещает удар то по печени, то по затылку. Но как мы ни стараемся напомнить мясным, что издевательские речевки в сторону Ростова недопустимы на южной территории, их количество нас перевешивает. С Луны тут же спускается пара космонавтов, пока остальные, на Земле, пытаются найти выход с арены. Один из них подходит к нам вплотную. И на что он надеется? Войдя в гущу фанатов, мент исчезает там, как в Бермудском треугольнике. Это уже было серьезно, и на клич последнего мента сбегаются все остальные…

Менты набегают, как муравьи. Они, блять, везде, куда ни смотри, будто в деревенский туалет кинули гранату. Везде резиновые дубинки и сферы с щитами. Нас гасят вплотную. Всех. И мясных тоже. Но мясных было больше, следовательно, менты забегают со стороны мясных, поэтому первым делом они дубасят и закидывают в бобики именно их. А нас в составе было меньше, примерно на половину. Поэтому все потихоньку линяют в толпе и толкучке, мол, да я просто с девушкой гулял, а тут шум, гам, драки, ничего не понял и стал самообороняться. Не всем, само собой, удается слинять. Половина нашего движа уже была задержана и их заломанными руками ведут к забору. Но проблема: бобики переполнены мясными (на мясокомбинат повезут, сделают котлеты для ростовских ребят), плюс мясные начинают бунтовать и выбивать стекла в бобиках. Менты на них отвлекаются, и все наши заломанные ребята на спокухе проходят к выходу. Учреждаем это событие как: «Живой пример патологии безмозглых, или работа ростовской полиции».

Собрались на пл. Карла Маркса. Похуй, что ночь уже. Радости было — полные штаны. Отметить такое вот подобие «акции» решаем в «Спорт баре» на Селиванова. И двигаемся туда.

Мы идем, разводя руки, и поем, как сумасшедшие: «Если с другом вышел в путь, Если с другом вышел в путь — Веселей дорога! Без друзей меня — чуть-чуть, Без друзей меня — чуть-чуть, А с друзьями много!». Как вдруг кто-то из нашей массовки разглядывает, что где-то в переулке какой-то чурбан пытается припихнуть молоденькой девочке. Он прижал ее к стене и уже снял штаны, оголив миру свой макаковый сраный зад. А девочка истошно пытается крикнуть, но не может — он жестко сжимает ее губы в ладони. И улыбается, как хуев садист, сука, тыкаясь в нее миллиметровой писькой. Мы знатно охуеваем от этой картины. Иногда нас называют животными, но мы явно будем культурнее тех, кто в матрас долбится от скуки.

И всей kodloi мы идем на извращенца, спугнуть чисто (тех, к кому лично нам не за что доебаться, мы не трогаем). Он нас замечает, и не то фрустрация, не то ужас кривят ему и без того поганое ебало. Натянув штаники и швырнув девочку в асфальт, дает по тапкам. Мы плюем в его сторону и идем обратно (бухнуть хотелось больше, чем бегать). Но Ж. бросился вдогонку за этим уебаном. Понимая, чем это может кончиться, — бежим за ним.

Ж. несется со всех ног, а чурбан, убегая, вечно спотыкается, ибо не мог завернуть в труханы свою письку. Но он так и не завернул… Ж., будучи уже в метре от чурбана, прыгает на него и валит на асфальт.

— Тварь! Я, блять, сейчас сам тебя выебу, сука! — Ж. и так крупный и лысый, а в своем бомбере вообще кажется к хренам отбитым челом.

Чурбан кричит от ужаса:

— А, молодой, не трогий миня, ни буду больше, чес-слово! Толька не бей миня!

Но Ж. это в пень не ебет. Он переворачивает чурбана на живот, берет за шиворот и грубо тащит по асфальту (пизда письке).

Тем временем мы подбегаем и видим, как Ж. ставит лежачего чурбана зубами на бордюр, заносит ногу над его затылком и со всей дури бьет ногой в затылок. И еще, и еще… И тут же стекает черная кровь…

Слава богу, мы успеваем оттолкнуть Ж. от пары ударов — так бы чурбан вообще сдох. Оттолкнул его Ю., причем оттолкнул аперкотом, ибо знает, что Ж. больше никак не успокоить.

Мы смотрим на этого бедолагу, который орет от боли (пару зубов ему точно выбило и, кажется, немного порвался рот). Вызываем скорую и говорим:

— Сукин сын, если ты что-то кому-то расскажешь, мы найдем тебя, и тогда уже точно закончим начатое. — А неблагодарный чукча плюется кровью и посылает нас. Мы даем ему пару лещей и уже строже: — Не забывай, что есть запись, где ты присунул девочке и за это твоя ходка обойдётся дольше, чем вот ему, — указываем на вырубленного Ж. — И скажи спасибо, что в живых оставили и скорую вызвали. Животное блядское, сука!

Ебанув скрюченному чурбану поджопника, выдвигаемся обратно, таща на себе Ж.

— Слушай, Ю., может, ну его из нашей фирмы? Вдруг загребут всех из-за него…

— Кого? Ж., что ли? Нет, Ж. хороший парень, мы с ним еще в две тысячи четвертом году в одном ряду стояли. Просто у него очень тяжелое прошлое и лучше тебе не знать об этом. Тогда культура околофутбола была более жестокой… А после ходки он стал спокойнее.

— Да… его спокойность прям на лице того извращенца…

В паб мы так и не приходим. После всех этих движений хочется спокойно вернуться домой и отрубиться. Так и решаем.

По пути обсуждаем выезд в Казань. Там послезавтра состоится матч ПФК Рубин-ФК Ростов. А мы уже и басик нашли. Поедем контузить «татар».

Подписывайтесь на нас в соцсетях:
  • 3
    3
    141

Комментарии

Для того, чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться в системе.