Выживут
Меняются имена, но люди одни и те же —
как, впрочем, и все слова,
которыми строить-рушить,
лудить-паять изнутри
давно проржавевший стержень,
а выживем ли — бог весть.
Не верить же нам Джармушу
и прочим, кто сладко врёт
про душу в заветной лире,
как если бы впрямь могли
остаться — нужны навеки —
мы, —
тесные города,
заброшенные квартиры,
целители скорбных дум —
ладонью — легко — на веки.
Неловкостью первых фраз,
несказанностью прощальных —
болеть не переболеть,
и так ли уж важно, кто там,
с другой стороны тебя.
Глухой не знает пощады.
Лудит-паяет немой
бесчисленные пустоты.