Время цвета апельсина (часть двадцать шестая)

Как только я доехал до станции метро «Проспект Ветеранов», как у меня зазвонил телефон. Звонила женщина из отдела кадров.

- Андрей, для вас у меня хорошие новости. Вас приняли на работу, так что ждём вас в понедельник со всеми документами.

- Спасибо большое, буду обязательно!

У меня упала гора с плеч. Я тут же позвонил Апельсинке.

- Привет! Наконец-то я работу нашёл, меня взяли!

- Куда? – судя по шуму голосов, и звону посуды, Апельсинка шаманила в винном отделе магазина.

- Фирма называется «Парфюм».

- Ты будешь заниматься косметикой?

- Нет, там есть продуктовый склад.

- Как интересно! Ну, ладно, потом расскажешь, извини, мне сейчас некогда.

   Я подошёл к одному из стеклянных павильонов возле метро, вошёл внутрь и заказал шаверму на тарелке с пивом. Голоден я не был, но очень хотелось отметить это событие, как устройство на новую работу.

В понедельник я снова сидел в том самом кабинете отдела персонала, возле той самой красивой и милой женщины.

- Вот, пожалуйста, я всё принёс, - сказал я, и выложил перед ней перечисленные мне документы.

- Хорошо, - женщина взяла лист бумаги, и стала на нём что-то писать, - вот адрес, где находится поликлиника, которая нас обслуживает. Два раза в год они приезжают к нам для медосмотра наших сотрудников. В этом случае осмотр бесплатный. Но вам придётся самому оплатить осмотр.

- Оплачу, не вижу в этом никаких проблем, - с готовностью согласился я.

- Прекрасно, - широко улыбнулась она, только не затягивайте с осмотром.

- Не затяну, - уверенно пообещал я.

- Ну, тогда мы занимаемся вашим оформлением, вы, скорее всего, начинаете работать с первого декабря, потому как у нас именно с первого числа открыта вакансия, но вам лучше всего уточнить это у заведующей, с вас медицинская книжка в течение недели, ну, вот, в общем, и всё.

- Замечательно, - я был искренен в своём высказывании, - значит, я сейчас иду к Ольге Владимировне, и уточняю дату своего выхода на работу?

- Да, именно так!  - ответила мне милая работница кадров, и добавила, - вы хорошо знаете, как до нас добираться?

- Я обычно доезжал до метро «Волковская», а оттуда на маршрутке.

- Понятно, - она кивнула головой, - но знайте, что у нас ходит каждый день развозка от метро «Московская», её график висит на каждом складе, вы можете сейчас с ним ознакомиться, и лично вам я могу посоветовать маршрутку номер 344, она идёт от рынка «Юнона» до «Волковской».

- Здорово! – мне очень захотелось спросить у неё, не этой ли маршруткой пользуется она сама, но удержался.

- Всё, если будут какие-нибудь вопросы, то обращайтесь.

- Обязательно! – я встал с места, попрощался со всеми, сидящими в комнате, и вышел.

Ольга Владимировна сидела в своём кабинете. Точнее сказать, она делила свой кабинет ещё с двумя операторами. Это были две женщины, Наталья Алексеевна, и Татьяна. Татьяна только что устроилась на работу, за неделю до меня. Наталья Алексеевна работа по графику обычной пятидневки, а Татьяна работала только в нашей смене. В другой смене работала девушка, имени которой я не знаю до сих пор.

- Добрый день, - поприветствовал я всех, кто оказался в этот момент в комнате, - меня оформили, и сказали, что, скорее всего, мне выходить на работу первого декабря.

- Кто это тебе такое сказал? – вместо приветствия обрушилась на меня Ольга Владимировна. Позже я узнал, что для неё это была обычная реакция на происходящее. Энергии у неё было много, к своей должности она относилась более чем ответственно, и считала свои долгом влезть в любую ситуацию, даже если её вмешательство обстоятельства не требовали.

- В отделе персонала. Там у них официально должность с перового числа открыта, если я их правильно понял.

- Официально, с перового, у меня людей не хватает, а они бюрократию разводят, - заведующая схватила телефонную трубку, и набрала трёхзначный номер, - что вы там за бюрократию развели у себя, а? Мне человек нужен уже завтра. Что? Оформляйте его как хотите, а он уже завтра на работе будет! Договорились!

- Значит так, - повернулась лицом ко мне Ольга Владимировна, - выходишь на работу завтра. Есть во что одеться, потому что холодно, будет ещё холоднее, а на тебя сейчас одежду мне никто не выпишет.

- Найду.

- Молодец! Значит так! Смена начинается в 7.30 утра, но ты завтра приходи на час позже. Я прихожу к девяти часам, и сама тебя поставлю на место, объясню конкретно, что делать. График такой, завтра и послезавтра, то есть вторник и среда, полный рабочий день, с 7.30 до 22.00. Потом два выходных дня, в субботу до 17.00. Воскресение всегда выходной. Потом выходишь в понедельник, вторник и среда выходные, работаешь в четверг и пятницу. Затем три выходных, и снова выходишь во вторник. Всё понятно?

- Да, меня это и устраивает, что только три дня в неделю я здесь работаю, у меня ещё есть занятия.

- Что ты будешь делать в выходные, меня не волнует, - подвела итог нашей встречи заведующая, - до завтра!

- До свидания! – я вышел на улицу в хорошем настроении.

На самом деле, при всех положительных моментах, была и масса неудобств. Например, если моя смена охранника начиналась в 8.00, и для меня это было очень рано, то тут смена начиналась ещё раньше. То есть, вставать на работу надо было не в шесть часов утра, а на час раньше, в пять. Я с трудом представлял себе, как у меня это получится. Но деньги подходили к концу, и надо было думать о хлебе насущном. Но даже при всех этих неудобных для меня моментах, я не переставал сочинять. Конечно, в этих стихах уже не было летнего оптимизма, но всё равно, с поэзией я не расставался, ни на один день. 

Заждался первый снег зимы,
Не отпускает осень лето.
Как всё причудливо, но мы,
С тобой не думаем об этом.

Играет память нашу роль,
Листая писем прошлых строчки.
В них живы и любовь и боль,
А мы как будто одиночки.

Закончен был ли наш роман,
И стоит ли искать ответа?
Как сладок может быть обман,
В случайных поисках сюжета.

Но прошлое не будет ждать,
Есть что сказать о том, что было.
Найдётся старая тетрадь,
И в ней про то, как мы любили.

Апельсинка удивилась тому, что мне выходить на работу уже завтра. Но с другой стороны, ей было приятно, что я закончу бездельничать, и займусь, наконец-то делом. Она приготовила для меня завтрак вечером, чтобы я его утром только разогрел в микроволновке. Звонок будильника она всё равно не услышала бы. Как Апельсинка просыпалась в моё отсутствие, для меня так и осталось загадкой.

Я звуки будильника слышу хорошо. В данном случае роль будильника исполнял мой мобильный телефон. Я не любитель ставить на звонок разные мелодии. Меня вполне устраивает обычный зуммер.

За завтраком я прочитал свежий номер «Спорт-Экспресса». Газету эту я не люблю. В ней работают наглые зажравшиеся москвичи, которые считают, что все должны перед ними пресмыкаться, и что московские команды должны всегда быть первыми, а остальные им обязательно проигрывать, а судьи подсуживать. Но другой такой же газеты, равной по объёму материала, в нашей стране нет. В маленькой Италии три газеты о спорте, а вот в России одна. Монополия…

Минут сорок я ел, поглощая информацию со страниц электронной газеты. Потом запил всё это чаем и стал собираться на улицу. Свою рабочую одежду я вчера сложил в два больших полиэтиленовых пакета. Там были ботинки, брюки, свитер, шапочка, и фуфайка. Фуфайку мне как-то давно подарил мой хороший знакомый, автомеханик Сашка. Откуда она у него появилась, я не знаю, но мне он её отдал, сопровождая голосом, не терпящим возражений.

- Бери, Андрон, она словно на тебя сшита.

Действительно, фуфайка подходила под мою фигуру идеально. Сашка в ней просто напросто тонул.

Выход за территорию был возможен только после открытия любой их трёх калиток магнитным ключом. Я пошёл по направлению к остановке на проспекте Ветеранов. Людей в это время суток на улице практически не было, в основном хозяева собак выгуливали своих питомцев. Маршрутка подошла сразу же, и вскоре я уже стоял возле станции метро «Московская», где у меня была пересадка. Развозка в это время уже не ходила, так что я добрался до работы на другой маршрутке.

На работу с Ольгой Владимировной мы пришли почти одновременно. Я только успел поздороваться с моими новыми коллегами по работе. Это были молодые парни, каждый из которых был вдвое младше меня. Я тут же вспомнил себя восемнадцатилетнего, каким пришёл работать на ЛОМО. Тогда я ко всем обращался на Вы, пока мне не объяснили, что это лишнее.

Теперь уже меня парни, здороваясь со мной, называли меня на Вы, но я сразу пресёк эти попытки. Контакт был налажен, я переоделся, и Ольга Владимировна отвела меня к старшему смены, которого зовут Стас.

- Стас, объясни ему принцип хранения товара, и покажи, как правильно заполнять адреса, - с этими словами заведующая протянула Стасу распечатанную таблицу.

- Ну, вот, смотри, - Стас развернул таблицу ко мне лицом, вот здесь идёт название товара, вот его адрес, а вот его штрих-код. Пока ты ничего не запомнил, всегда смотри на штрих-код, он у каждого товара свой, как бы они не были похожи.

- Я правильно понял, что вот это номер стеллажа, это номер ряда стеллажа, а это номер, под которым в ряду стоит товар, - спросил я Стаса, вглядевшись в таблицу.

- Ну да, видишь, ничего сложного. Пошли, я покажу, как товар ставить правильно.

И Стас отвёл меня в стеллажи, где на полу стояло много паллетов со стеклянными банками.

- Берёшь одну единицу товара, - Стас вынул из упаковки банку, - смотришь, какой у неё штрих-код, находишь адрес по этому штрих-коду, и аккуратно ставишь товар в адрес. Если что-то не помещается, то оставляешь на паллете, только, чтобы оставался ровный ряд. Остатки надо подписать, вот как тут они подписаны, - Стас вынул лист бумаги, на котором была видна надпись «Огурцы маринованные», а внизу стояли какие-то цифры, - но ты пока ничего не пиши. Расставляй с этих паллет товар в адреса, что не влезет, выставляй на линейку, я потом сам подпишу.

Сказав всё это, Стас удалился по своим делам. Я взял стоящую неподалёку рохлю, и стал освобождать себе пространство для манёвров. Работа была совсем не сложная, трёх классов образования для неё вполне хватало. Но что делать, винить в том, что я занимаюсь именно этим, а ничем ни будь другим, было некого, кроме себя.

В процессе работы я и не заметил, как подошла Ольга Владимировна, и молча смотрела на то, как я расставляю товар по адресам. Когда я всё-таки её увидел, она кивнула мне головой, и пошла дальше. Судя по всему, я делал всё правильно, как мне и объяснял Стас.

Около десяти часов утра мне позвонила Апельсинка.

- Привет, что делаешь? – глосс у неё был весёлым, чего я не наблюдал давно.

- Я работаю, - машинально ответил я, пользуясь небольшой паузой, чтобы передохнуть.

- Я понимаю, что ты работаешь, но что ты конкретно делаешь? – Апельсинке было всё интересно, что со мной происходит на новом месте.

Я конспективно изложил её то, чем занимаюсь. Мне было понятно, что не только расстановкой буду я заниматься здесь, на складе, но всему своё время, есть приход товара, есть отгрузки, причём утренние и вечерние, но меня они коснутся позже. Пока я привыкал к обстановке, знакомился с людьми, а они знакомились со мной.

У Стаса оказалось здоровое чувство юмора. В первый же день работы он мне доверил подписывать паллеты, на которых надо было указать название товара, и я решил пошутить. К известному названию «Баклажаны в аджике» я добавил одну букву, и получилось «Баклажаны в таджике». Стас смеялся очень громко, но попросил меня переписать название. По его словам, руководство не любит такие шутки.

Днём я пошёл обедать. На территории склада находятся три питательные точки, и я решил дегустировать все по очереди. Начал я со столовой, вход в которую находился на второй эстакаде нашего склада. Там работникам «Парфюма» полагалась скидка при предъявлении пропуска. У меня такого пропуска на период испытательного срока не было, так что мне пришлось бы платить полную стоимость обеда. Но я там поел всего один раз. Столовая напоминала мне своим интерьером придорожное кафе Новгородской области, у поворота на Малую Вишеру. Было уютно, чисто, но как-то безвкусно. Через полчаса после обеда хотелось съесть не меньше.

Кафе возле въезда на территорию было маленьким и грязным. Сюда приходили все, кому не лень, и все были одеты в спецодежды. Рядом помещались боксы для ремонта автомобилей, за забором база стройматериалов «Петрович». Все голодные ремонтники и строители ходили сюда обедать. Посуда тут была одноразовая, но зато тут был телевизор, и вечерами можно было смотреть футбол или хоккей.

Но я выбрал третий вариант. Это было кафе, находящееся в здании, которое сдавалось в аренду многим организациям. В том числе, и «Парфюму». Коротко его все называли «канцигрушка», из-за названия одной фирмы, арендовавшей тут помещение. Это кафе тоже походило на придорожное, но оно было чуть меньшего размера. Здесь в обед подавали бизнес-ланч, стоимостью 120 рублей. Однако порции здесь были почти в два раза больше, и во столько же раз сытнее. Апельсинка дома одобрительно кивнула, когда я ей рассказал об этом.

Второй день работы мало отличался от первого. Позже стало понятно, что большого разнообразия тут ждать не приходится. Отгрузка утром, расстановка, приём товара, расстановка, вечерня отгрузка. Раза два в день можно было поесть. Большинство парней возили еду с собой из дома, и потом разогревали её в комнате, где стояла микроволновка. У меня язык не поворачивается назвать её столовой.

В общем, жизнь моя вошла в новую стабильную колею, чего нельзя сказать про наши отношения с Апельсинкой. Проще сказать, что в декабре уже никаких отношений не было.