Пока живы воспоминания
Теперь у меня много времени – целая вечность! – и я мог бы с этим повременить…
Но нет! Пока еще живы воспоминания, пока еще волнуется дух, я все-таки хотел бы разобраться, что же там на самом деле послужило триггером, который включил цепочку последовательных действий, которые привели меня к тому, что, в конце концов, я сыграл в ящик, дал дуба и приказал долго жить?
Все было странным в тот выходной день: облака по небу летели против ветра, который дул над землей в другую сторону; турникеты пригородных поездов Ярославского вокзала не пропускали прибывающих пассажиров для прохода в метро; электрички, которые должны были быть полупустыми в этот полуденный час, отходили переполненными; табло на платформе не работало.
Табло не работало, но мне подходила любая из этих электричек, и я стал выбирать ту, где, на мой взгляд, было меньше всего народу – для удобства отдохновения – и нашел! А мог бы сесть и в любую другую – но сел именно в эту! Из удобства…
Я вошел и двинулся по проходу в поисках свободного места. Если оно и попадалось, то обязательно оказывалось на солнечной стороне, что меня никак не устраивало. Только в четвертом вагоне я углядел, наконец, место в тени – и тут же его занял. А мог бы сесть и в другом месте – но сел именно тут! Сел – и тут же достал из рюкзака журнал со сканвордом – и углубился, опрометчиво перестав обращать внимание на все вокруг. И зря!
Это был День города, и я возвращался домой после неудачного пешего похода на фотоохоту – туда и обратно от Трех вокзалов протопал ногами, не пользуясь ни метро, ни другим общественным транспортом! – возвращался домой, потому что был не допущен на Красную площадь и другие массовые скопления людей из-за того, что не захотел избавиться от колюще-режущего предмета, который некстати оказался в моем рюкзаке. А ведь я мог взять и другой рюкзак, но я взял именно этот, потому что он более всего подходил к недолгой прогулке – с большим количеством всяких отделений для нужных и ненужных мелочей, легкий, но вместительный.
Удобный!
В его дальнем кармашке завалялся складной ножик, купленный мной еще весной, с красивой костяной рукояткой и изящным изгибом лезвия из дамасской стали, про который я напрочь позабыл. Не мог же я его теперь выбросить? Я и не выбросил: издалека поснимал на свой Nikon с шестидесятикратным зумом народную гулянку и двинулся пешком в сторону Комсомольской площади, к Ярославскому вокзалу, делая по дороге свои последние снимки…
Сканворд тоже был странным, потому что на его левой стороне оказался квадратик с взятыми в кавычки словами ”Бразильская слива” и стрелкой, направленной вниз, а на правой стороне – квадратик со словами без кавычек Слива бразильская и стрелкой направо. В обоих случаях это было слово из четырех букв. Я даже стал подозревать, что это одно и то же слово. Полез в ответы – и со смехом обнаружил, что это разные слова, хоть и отличаются всего на одну букву. Составители сканворда решили, что ”Бразильская слива” – это умбу, а Слива бразильская – имбу.
Пока я так развлекался, я не заметил, как попутчица в кресле напротив меня, красивая женщина с бледным лицом, стала негромко покашливать, редко и как-то поверхностно: кх – и все, пауза. Кх – и тишина…
Я не обращал на нее внимания, а когда обратил, то было уже поздно.
Таким глупым образом, потакая сам себе в поисках и выборе удобства – начиная с легкого рюкзака и заканчивая местом в тени! – я стал полем битвы.
На второй день после заражения – еще не догадываясь об этом! – я стал полем горячей битвы – температура перевалила за тридцать девять! – битвы между последней модификацией коварного вируса covid-19 и моими антителами. А я думал, что это простуда или грипп – ведь было просто больно глотать…
Потом еще три дня впустую потратил, безуспешно пытаясь унять боль в горле и сбить высокую температуру парацетамолом, полосканиями горла растворами соды и фурацилина, а также традиционными средствами: горячим молоком, медом и малиновым вареньем. Раньше я всегда чутко реагировал на такие примочки.
Помню, однажды в командировке я подхватил простуду – в разгар рабочего дня, в летнюю жару! Уже вечером, в гостиничном номере, температура под сорок сотрясала мое слабое тело ознобом, а сам я исходил соплями и беспрерывным кашлем. Вечером мне устроил экзекуцию осветитель Измалков, по прозвищу Иваныч: кипятильником заварил в кружке крутого кипятку, вбухал туда полбанки сгущенки и этим горячим пойлом заставил меня запить стакан приготовленной для меня водки с перцем. После этого меня уложили в кровать под гору одеял и велели до утра носу не высовывать. Как младенец в утробе матери, я провел под одеялами мокрую и горячую ночь, – а на утро выбрался на свет божий полностью исцеленным, типа заново родился.
Но на этот раз мое тело упорно не желало исцеляться, не смотря на все мои медико-целительные усилия. На третье утро я убедился, что никакого улучшения не предвидится, и вызвал по телефону врача. Он приехал после обеда и проверил меня на заразность длинной пластмассовой палочкой: поковырял ей в моем носу, а потом сунул ее кончик в специальную проверялку. На миниатюрном экранчике появились две полоски, и врач констатировал у меня коронавирус.
По моему мнению, вирусы – эти мелкие твари – создали себе человека, венец природы, чтобы всегда иметь под рукой удобное место для форсированного размножения и самоусовершенствования. Они вовсе не собираются нас убивать. Они нам не враги. Просто некоторые несознательные люди не выдерживают по своей слабости этих жильцов.
До недавнего времени я вел статистический журнал – дайджест, составленный из сообщений о количестве заболевших, госпитализированных, выздоровевших и умерших за каждый день пандемии, как только она была объявлена. И очень переживал по поводу цифр. Теперь-то я переживать перестал…
На седьмой день болезни я помер и спокойно себе лежал-остывал дома в своей одинокой постели. В этот самый незабываемый день на мою электронную почту пришло письмо от Федеральной государственной информационной системы «Единый портал госуслуг» или кратко «Госуслуги» – от этих самых услуг пришло мне письмо с уведомлением о том, что мне выдан сертификат иммунизации после болезни COVID-19: «Уважаемый Порфирий Павлович! Вы переболели COVID-19, и теперь у вас есть сертификат с подтверждающим QR-кодом. Сведения о перенесённом заболевании: медицинская организация – ГБУЗ МО "МГКБ", дата выздоровления – 20.09.2022»…
Однако, ну и что? Я так и не понял, отчего получилось так, как получилось, и с чего все началось? Но времени у меня, как вы догадываетесь, навалом – целая Вечность!
Потом разберусь…