Для детей от трех до пяти (с конфискацией)
— Павлик, а где же твой друг?, — спросила мама сына вошедшего в дом.
— Он мне больше не друг, — угрозой, шмыгая носом ответил Павлик.
— Ободрал?
— Да. Сволочь.
— Это что за слова еще такие, ты где нахватался, — стала сердиться мама.
— Так бабушка Маша деда Колю называет, — парировал Павлик.
— Не нужно всё и всегда повторять от взрослых, особенно от бабушки Маши. Она уже старенькая, у неё под платком мозги поседели.
— А мозги седеют?, — удивительно спросил Павлик.
— Конечно. И я стану старенькая, и у меня мозги поседеют. Вот уже на висках несколько седых волос выбиваются.
И мама Павлика выдернули один седой волос.
— Мама, а подари мне этот волос, ну, пожалуйста, — стал конючить сын.
— Ой, да зачем он тебе?
— Мне очень-очень-очень-очень нужно! Мамочка, любимая, ну, подари!
— Глупости, Павлик.
— Ну, пожалуйста.
— Если скажешь зачем, то я подумаю, — утвердительно сказала мама, все это время она накручивала седой вьющийся волос на безымянный палец.
— Он мне нужен для колдовства.
— И над чем же ты собрался колдовать?
— Над Мурзиком. Потому что он гад и сволочь, ободрал меня. А я его заколдую и он никуда не рыпнется.
— Кто же тебя колдовать научил?
— Как кто — деда Коля! Он мне говорит, Павлик, я почему еще живой, а потому, что я старуху свою на коротком поводке держу, найду её седой волос и специальную молитву прошепчу. Она меня и не трогает. А также бы убила давно, выдра. Или я её. Хотя я её любил, по молодости. А теперь что, трудовому герою выпить нельзя, курица седая, коза без колокольчика. А трудовой герой заработал горбом. Так говорил Павлику дед Коля.
— Ну и ну, папаня совсем разошёлся. Не пойдешь больше к ним.
— Почему?
— Деда Коля весёлый, а баба Маша слов много знает. И пирожки у неё с вишней, и кошка Брыська умная. И Бобик на цепи один заскучает. Почему, мам?
— Не мамкай.
— А волос, ты же обещала. Там Мурзик в грядке спит, я его сейчас как заколдую.
— Глупости всё это, сынок. Дед Коля пошутил. Он всю жизнь шутит, шут гороховый.
— Нет, не глупости. Я сам видел, как деда Коля седой волос бабы Маши на палец крутил и особый заговор говорил. А баба Маша потом ему сама самогона налила.
— Сама, да не ври уж. Врать, Павлик, не хорошо.
— Да, честное слово, мамулечка. Сама, сама.
— Значит твой дед колдун.
— Конечно, а ты дочь колдуна, а я внук.
— Ну да, ну да.
— Мам, волос...
— Всё хватит, — гаркнула мама.
— Ты обещала если расскажу зачем, ты мне его дашь. Там Мурзик сейчас проснётся и убежит к своим кошкам драным. Мне прямо сейчас нужно. Ну, пожалуйста.
— Ой, да бери, только кота не мучь.
— Это он меня мучает. Сволочь он сволочь и есть. Ну ничего, сейчас я его заколдую.
В грядке с подвешенными помидорами сладко спал чёрный как смоль кот Мурзик. Послеобеденная нега сморила старого крысолова и он растянулся в блаженной тени. Павлик подкрался незаметно.
Павлик присел возле грядки, из которой торчал только тонкий облезлый хвост Мурзика. Да и то торчал только кончик хвоста. Павлик достал из кармана шорт седой волос и принялся повязывать его на хвост дерзкому коту. Какое-то время Мурзик терпел, только пытался сдернуть хвостом манипуляции юного колдуна. Но Мурзик был старше и опытнее, одних только крыс за этот год он изловил восемь штук, а мышей — и того не счесть. Мурзик снова ободрал Павлика. На этот раз не так сильно, но на руке остались четыре горящие красные линии, которые сразу начали саднить.
В тот день Павлик окончательно расстроится, весь день пропадал во дворе и пришёл только к ужину.
— Сынок, ну как твоё колдовство?, — с улыбкой спросила мама.
— Я думаю, что я приёмный. Я не ваш настоящий.
— Ты что сынок. Я сама тебя родила в третьем роддоме. Да ты же сам все свои детские фотографии наизусть знаешь.
— А почему тогда я не могу колдовать?, — шмыгая носом и вот-вот готовясь зареветь спросил Павлик, — почему?
— Ты просто еще не готов. Я тоже не сразу стала колдуном.
— Правда?
— Конечно. Хочешь, я тебе завтра ещё один седой волос подарю и мы вместе пойдем Мурзика заколдовать?
— Очень. Очень-очень хочу.
— Тогда завтра мы этого Мурзика заколдуем, что он тебя больше никогда обижать не будет. А сейчас давай я тебе йодом помажу, чтобы никакой заразы от этого кота не занести.
— Только ты мне подуй, мамулечка, а то я боюсь.
— Конечно, подую, сынок.