Лес чёрно-белых берёз...

Лес чёрно-белых берёз
фильма шестидесятых
позже Чернобыль снёс,
и горько-сладкой мятой

снова травлюсь один:
альфа-частицы — сахар.
Каждый дождливый день
хочется слать всё... Пахарь

делит напополам
Землю и вместе с нею
атом. По городам
я разнестись успею

прахом, откуда все
вышли по воле Божьей.
В поле посеяв смерть
можно дождаться рожи

злаковой иль своей
в зеркале индевелом,
вёснами соловей
чиркнет не «здравствуй» — «велком».

Жизнь зачеркнёт всех нас
линией между чисел:
Здравствуй, мой адресат.
Сколько доходит писем?

Можешь ли их прочесть
в грязном противогазе?
Есть ли хоть где-то честь,
или вы все в экстазе,

или вы все в говно
с пятницы в понедельник?
Мне уже всё равно,
каждый мертвец — бездельник,

каждый, кто мёртв — не смог
выполнить пятилетку.
Сизый противный смог
лезет в грудную клетку

даже когда там нет
лёгких, и сердце стихло.
Каждый приказ звенит
в ухе, и глупо имхо,

что мы их всё же ждём
— верно дождёмся скоро.
Падают вниз дождём
капли кислот и сора,

падает вверх наш крест
с вашей костлявой башни.
Смерть — это не арест,
Суд — не такой уж Страшный.