тромплёй

Ты даришь мне платье из джерси, а я выбираю рваньё.
Менять направление шерсти для гладящих против неё –
Такой себе ряд трансформаций, натянутость нитей и жил.
Но я не желаю казаться,

я буду оплакивать жизнь.

Надежды — бродячие кошки — в холодном лежат феврале.
Ботинки на толстой подошве – чтоб крепче стоять на земле.
Пусть войско соломенных пугал придёт, чтоб меня наказать,
Рисуй меня сломанной куклой,

мне нечего больше сказать.

Дешёвое мыло отчизны, верёвка за четверть цены.
И колются мне твои кисти, и рамки портрета тесны.
Ломаются хрупкие кости напрасно потраченных лет.
Рисуй меня чёрной от злости у дома,

которого нет.

Нам с детства вбивали как данность:

покорством прокачивать скилл,
Ходить выражать благодарность копателям наших могил.
За счастье положена жертва, мол, жертвовать надо уметь,
Но я же не жница, я сердце,

и буду отстукивать смерть.

Мы южно любили друг друга и ждали пресветлой весны,
Когда заповедала вьюга делиться на «мы» и «они».
Они, как неверные, сдохнут, а мы, как мучители, в рай?

Мать смотрит, как будто оглохла, и шепчет:
«Не приезжай».