Люди и Деревья

По улице шёл человек. Самый обыкновенный человек, ничем не примечательный. Небо над ним было холодное. Холодное, словно потолок ледяного дома. Белое. И облака, словно фигурки из белой глины, стояли на небе — неподвижные, воинственные. А человек был очень тусклый. И пальто на нём было бледно-серое. И выглядел он вовсе не человеком, а маленьким серым пятнышком. Каждое дерево заглядывало ему в глаза — он отворачивался. Он боялся. Деревья всегда видят насквозь. Сердце у человека было холодное, но даже в самых холодных сердцах появляется порою горячий страх, жгучий, мучительный...
Человек смотрел на асфальт. Он шёл, сунув руки в карманы, надвинув капюшон и задрав воротник, и смотрел, как на асфальтовой плахе под его ногами безстрашно* умирают униженные листья.
Он был уже не молод. Сердце у него было древнее, как у старика. Если бы можно было сравнить его с небольшим хрустальным шаром, то оказалось бы, что шар этот весь покрыт мелкими царапинками, что на нём есть несколько трещин, словно его не раз роняли с большой высоты, и что вся его поверхность покрыта грязными отпечатками, и оттого кажется, что шар этот — совсем мутный, и оттого внутри шара разглядеть ничего невозможно.
Человек шёл молча. Слова были бесценны прежде, а теперь — обесценены. Каждый считает себя в праве говорить то, что вздумается, забывая о том, что каждое слово оставляет в воздухе шрам, что нитью тянется от человека к человеку, от души к душе, от времени к вечности... Все мы находимся теперь в паутине, которую создали сами. Нити слов повсюду. Одни — тонкие, тоньше человеческого волоса, тоньше самой тоненькой травиночки; другие — жёсткие, как провода, как стальные канаты, упругие, хлёсткие, словно розги; а ещё есть слова весомые — длинные, плотные, будто бы связанные из тысячи мелких ниточек. Это слова-верёвки. Для чего верёвки — каждый сам может погубить свою душу, сдавить свою хрупкую шею этой верёвкой. Такая у слова сила. Поэтому человек молчал.
«Лучше быть немым, чем говорить всё, что попало!» — Думал он.
«Лучше протянуть руку, чем сказать слово лишнее!» — Думал он.
«Слово есть всё. Каждая вещица соткана из Великого Слова. Стоит ли обременять слово мелочным значением мира сего размышлений?!» — Думал он.
Мало кто знает, но у деревьев есть свой язык. Человек же всё это знал. Он шёл через парк, где увядающая осень ходила по макушкам деревьев, и те шелестели, и понимали друг друга, и человек понимал их. Он остановился, чтобы послушать.

— Мой наряд совершенно поник! Мне пора засыпать! Так страшно теперь засыпать, так страшно проснуться другой, так страшно совсем не проснуться!.. — Сказала юная липа.
Мудрый ясень ей отвечал:
— В этом мудрость судьбы! Попрощайся же с миром! Ты можешь больше никогда его не увидеть — тем он и прекрасен!
— Он так хрупок! — Прошептала берёза.
— Это мы хрупки в нём! — Ответил ясень.
— Всё страшнее теперь... — Говорила берёза. — Всё может закончиться так внезапно... Как в разбитое зеркало, смотрю я на то место, где скоро возвысится мёртвый кирпичный гигант, где прежде жили наши верные братья и сёстры!..
Липа вздохнула.
— Пора засыпать. — Сказал ясень.
Человек стоял и слушал.

— Сын человеческий слушает нас! — Произнесла липа.

Они помолчали, и ясень сказал человеку:
— Ты слеп. Ты слышишь нас, но ты не видишь нас. Мы выглядим не совсем так, как ты представляешь нас.
Человек испугался.

— Сын человеческий, скажи своим братьям, что они причиняют нам боль! Они убивают нас понапрасну!
— Они не услышат меня. — Сказал человек. — Они не слышат даже собственный голос, они не слышат в себе голос Бога! Как же я могу надеяться, что они услышат мой слабый голос?!

Ясень покачал головой.
Клён посмотрел на человека с жалостью.
Клён вечно молчал. За всю свою жизнь он не проронил ни слова.
Тонкая осина склонилась над человеком.
Скромные ели посмотрели на человека. Глаза их были полны тоски.

— Я ничего не могу. — Сказал человек. — Сердце моё гибнет, и я не сумею его спасти. Так я слаб.
— Будь же деревом с нами — ты спасёшь своё сердце! — Сказал ясень.

Человек посмотрел себе под ноги. Под ногами у него была сырая земля, усыпанная разноцветными листьями. Он сунул руку во внутренний карман пальто. Там билось сердце. Он нащупал его в кармане и схватил. Сердце вырывалось, как скользкая маленькая рыбка, которую только что вытащили из воды. Человек бросил своё сердце на землю. Струйками по светлым листьям из него потекла бурая кровь. Струйки сплетались в узоры. Узоры становились осязаемыми, плотными, объёмными. Твердели и уходили в землю. Человек встал на своё сердце и стал втаптывать его в землю. Ему было больно, но он знал, что всё делает правильно.
Сердце больше не билось. Теперь оно было по-настоящему живое. Человек поднял руки к небу, пальцы его превратились в ветви, а на ветвях появились свежие зелёные листочки.

— Листья — это твои мысли. Теперь ты по-настоящему жив. — Сказал мудрый ясень.
Клён протянул человеку свою широкую руку-ветвь, и, взявшись за неё, человек стал подниматься всё выше и выше. Он стал высоким деревом.
Если ты пройдёшь мимо него — не заметишь, что раньше он был человеком. Люди и деревья сотканы из одной материи. Мир един. И каждый в нём важен. И у каждого есть выбор, каким ему быть.
Деревья в садах поют свою грустную песню об ушедшей осени, опечаленные и седые.....

(2014)

* приставка "без" перед глухой согласной используется по идейным соображениям