РЕФЛЕКСИЯ

Человек зашел в кабинет. Как-то безнадежно боком рухнул в кресло и долго так сидел, пока не стал затекать бок. Он встал, обижено посмотрел в окно. Хмарь неприветливого февральского дня мокрой пощечиной ударила в стекло. Человек скривился. Снял пальто. Вышел из кабинета и вернулся обратно, неся кружку с горячим кофе. Поколебавшись и глянув на часы, плеснул в кофе коньяка и сделал большой глоток.

Развод был практически решен. Они еще не говорили о дате, но уже давно было ясно, что жить дальше вместе — невозможно.

Он побарабанил пальцами по столу, открыл ноутбук.

Его вечная работа, ее вечное домохозяйство. «Бабки», которые он так тщательно зарабатывал, не создавали в доме покоя и радости. Ни домработница, ни няни, занимающиеся детьми, не могли предоставить его жене того равновесия, которого она желала. Первый ребенок, потом второй. Ее учеба, которой она так гордилась, оказалась излишней. Дом, хоть и дорогой, но все равно четыре стены. Время уходило, она чувствовала себя стареющей, невостребованной.

Он сделал еще глоток. Потом подумал и налил коньяка еще, до краев чашки. Он нашел на «рабочем столе» папку «Архивы». Открыл — там были старые фотографии. Он, не торопясь, стал пролистывать их, один за другим. Внезапно он наклонился к самому экрану. Это была одна из первых фотографий, которую он сделал, когда они познакомились. Он вперился глазами в ее глаза на фотографии. Он даже провел рукой по экрану, потом отдернул, смутившись этого детского порыва. Он ощупывал глазами каждую ресничку, каждую точку ее лица. Даже сейчас, когда отношения, точнее — общение стало невыносимым, он продолжал любить ее. Он сделал еще несколько глотков. Он смотрел, приблизившись к экрану почти вплотную. Дело было не в той молодой девушке и не в свежести молодого лица. Он смотрел... машинально провел рукой по лицу и понял, что плачет. Он плакал тихо, знаете, как взрослые мальчики плачут на похоронах, не стесняясь, но, не показывая своих слез.

...............................................................

Человек смотрел. Слезы давно уже высохли. Коньяк неприятно отдавал на языке жженой пробкой. Он попробовал губами остывший кофе. Отодвинул кружку. Куда... куда все ушло... почему ни во что не трансформировалось и не переродилось... почему? Что он не сделал, чтобы оставить на этом лице, такую детскую и счастливую улыбку? Ведь он же старался, по-честному, на самом деле...