Любовь зла

— Я так тебя люблю, что совсем не помню, как жила до нашей встречи!

— У меня тоже всё переменилось с твоим появлением.

— А ведь мы бы никогда не познакомились, если бы ты в тот вечер не проломил мне топором голову.

— Ты тогда не стала вызывать полицию.

— Потому что сразу почувствовала — мы с тобой созданы друг для друга. 

— Я в больницу к тебе каждый день бегал.

— Апельсины таскал. Я их терпеть не могла, но ела, потому что они — от тебя. Потом в туалет мчалась и тошнилась там.

— Я не только апельсины носил.

— Ещё клубнику. От неё у меня сыпь была и понос... Я такая счастливая! Спасибо тебе, любимый, за то, что ты есть у меня!

Станислав остановил прогон и принялся разъяснять актёрам смысл пройденного эпизода. Он говорил о внутреннем действии, направленном в позитив, о разнице первого и второго планов, о зонах заразительности и об особенностях построения диалогов в современной драматургии. Актёры устало слушали и во время пауз вяло кивали. Станислав закончил репетицию, закрылся у себя в кабинете и с наслаждением выпил водки. Можно было идти домой.

На выходе из театра Стаса, как обычно, караулила влюблённая Вера. Он накормил её беляшом из служебного буфета, и Вера отправилась его провожать.

— Понимаешь, какая несуразность — жаловался Стас — вроде бы, всё целесообразно и пропорционально. Видишь — Солнце. Оно горячее потому, что без него всё замёрзнет. А вот — дорога, она соединяет множество точек на плоскости земного шара потому, что людям так удобнее перемещаться. А вот — мы с тобой. При этом — ничто не вечно! Разве это не мучительно?

Вера довела его до самого дома, лизнула в нос, и убежала по своим делам, а Стас поднялся к себе. Здесь он ещё выпил водки и сел на руку. Дождавшись, пока кисть хорошенько онемеет, полюбил сам себя. Этот способ, известный с поры гормонального ада пионерских лагерей, назывался «незнакомка».

Потом Станислав вернулся мыслями к прошедшей репетиции. Раскрыв пьесу, он ещё раз внимательно перечитал пройденный эпизод. Надо было ответить на главный вопрос: полюбила бы героиня героя, если бы встретила его при других обстоятельствах, или всё дело именно в проломленной топором голове? В таких размышлениях он и встретил Морфея, навеявшего сочное видение. Будто бы Стас нагой бежит по ромашковому полю, догоняя неземной красоты незнакомку, тоже абсолютно голую. На голове у Стаса рога, а на мохнатых ногах — копытца. Стас настигает незнакомку, валятся они в цветы и вот-вот начнут то, во имя чего всё, как вдруг, откуда ни возьмись, в руках у Станислава возникает топор, и он, сам не понимая зачем, и внутренне протестуя, крушит незнакомкин череп. Она глядит в его наполненные растерянностью глаза, гладит пальчиками его рога и копытца, и едва слышно шепчет: «Я люблю тебя, козел!».

Тут Стас проснулся и сразу всё понял. Решение, как это почти всегда бывает, плавало на поверхности океана ума! Дело в том, что персонажей неудержимо тянет друг к другу, но им никогда не будет вместе хорошо. Они будут мучиться до конца своих дней. Единственный выход — расстаться навсегда, но это настолько больно, что они предпочтут рубить теменные бугры и поедать аллергогенную, провоцирующую диарею клубнику, лишь бы быть вместе. Такая у них любовь. Злая.

Довольный своей находкой, режиссёр выпил ещё водки, посмотрел видео для взрослых в сети, и пошёл прогуляться по тёмным переулкам городских окраин. За первым же поворотом он встретил Веру.

За ней жадно припрыгивали голодные кобели. Никак не меньше шести. Разных размеров и масти. «Собачья свадьба», — подумал Стас. Все любят её, — его Веру. «Сука», — крикнул он. Какая-то непонятная досада, очень похожая на ревность всецело овладела им. Подняв с тротуара камень, Станислав швырнул в центр оргии. Потом ещё и ещё. Потом схватил палку и бросился разгонять подлых псов. Все разбежались, включая невесту. Кажется, Стас перебил ей ногу.

Благо, рядом оказался ночной магазин. Выпил ещё 250. И пива. Денег при этом оставалось изрядно — хватало на проститутку. Где ж её взять? Ага! В бане! Купил две шампанского и пачку дешёвых сигарил. Взял такси, поехал в центр города. Нашёл сауну. Заказал два часа и девочку. В парной уснул.

Утром был в театре. Актёры с энтузиазмом отнеслись к новым задачам и заиграли как по маслу. 

После репетиции Стаса никто не ждал. Он побежал искать Веру по городу и нашёл её у своего подъезда с переломом лапы и сухим языком. Поднял на руки и помчался в травмпункт. Оттуда, поскольку животных не обслуживали, — в ветеринарную лечебницу. Там Веру оперировали. Наложили гипс. Станислав отнёс её к себе, купил кило говядины, пил водку и просил прощения. Она лизала ему нос.

Премьера прошла с головокружительным успехом. 

Выздоровев, сука сожрала режиссёра.